А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Штурман Коноплев автора, которого зовут Крапивин Владислав Петрович. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Штурман Коноплев в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Крапивин Владислав Петрович - Штурман Коноплев без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Штурман Коноплев = 13.65 KB

Штурман Коноплев - Крапивин Владислав Петрович -> скачать бесплатно электронную книгу


ШТУРМАН КОНОПЛЁВ
Рассказ

За окном был двор и горячие от солнца гаражи. За гаражами -
улица. За улицей - тополя. Среди тополей виднелась озерная вода:
местами - серая, местами - блестящая от полуденных лучей. Озеро
страдало от жары и безветрия.
Над тополями белела треугольная верхушка паруса. Серёжа знал,
что это яхта класса "финн", гоночный швертбот-одиночка заводского
яхтклуба. Рулевого с "финна" звали Саша Мартынчук. Серёжа и еще двое
ребят из морского пионерского отряда "Варяг" позавчера гонялись с
этим Сашей на своем швертботе "Четыре ветра" от острова Петушок до
водного стадиона. Сперва "финн" ушел далеко вперед, но ребята сбро-
сили стаксель и подняли прямой парус брифок и летучий кливер. У са-
мого финиша они обошли Мартынчука, и Серёжа показал ему с кормы кон-
чик пенькового троса...
Сейчас "финн" еле движется. Никакого удовольствия ходить под
парусом в такую погоду.
Впрочем, торчать на вахте в кают-компании отряда - тоже не
очень большая радость. Ребята купаются или жарятся на песке - животы
кверху. Своего помощника Владика Стрельцова Серёжа отпустил: все
равно на вахте делать нечего, пусть малек гуляет.
Скучно.
Серёжа расстелил на штурманском столе карту Балтийского побе-
режья, взял параллельную линейку. Но заниматься не хотелось. Карта с
четкими квадратами меркаторской сетки, с разноцветными колечками ма-
яков и цифрами глубин была знакома, и задачи по прокладке курса уже
не вызывали интереса. Все это Серёжа изучил еще прошлой зимой. Неда-
ром же у него на форменной рубашке две золотых полоски под якорем:
штурманский шеврон. Штурман пионерской парусной флотилии Сергей Ко-
ноплёв...
Штурманское звание заслужить не просто. Мало тут в картах раз-
бираться и задачи решать, мало уметь управляться с компасом и пару-
сами. Надо, чтобы вообще... Ну, как это сказать? Надо, чтобы ребята
знали: такой человек не подведет.
Что ж. Серёжка и не подводил. Он второклассником был, октябрен-
ком еще, когда его взяли в отряд. Совет дружины в школе ворчал слег-
ка: непорядок, мол, отряд-то пионерский. Ну, только это все же не
обычный отряд, как в каком-нибудь пятом "А" или четвертом "Б", а
морской, сводный. И вожатый у него не какой-нибудь восьмиклассник,
который без классной руководительницы боится лишний шаг ступить, а
Валерий Васильевич Стронский. Аспирант университета, почти кандидат
педагогических наук. Чемпион области по стрельбе из пистолета и
спортсмен-парусник. Командир флотилии.
Он сказал совету дружины:
- Люди, не будьте бюрократами. Мы должны воспитывать октябрят?
Должны. Кроме того, отряду нужен хороший барабанщик.
А барабанщиком Серёжка уже тогда был настоящим. Сейчас у Серёж-
ки на околыше черного морского берета четыре золотистых звездочки:
четыре года он в морском отряде. И не расстается с барабаном. На
красном, облупленном кое-где барабанном ободе выцарапано "СК". Это
чтобы другой барабанщик - Вовка Голосов - не перепутал инструменты.
Сам-то Сергей никогда не перепутает.
Каждую неделю, в среду, в семь вечера, на отрядной линейке Се-
режа и Вовка выбивают торжественный марш, двигаясь навстречу знамен-
ной группе. Потом они разворачиваются и выводят знаменосцев и ассис-
тентов на правый фланг. Отточены движения, отмерены шаги, палочки
будто сами собой скачут в дробном ритме. Другое дело, когда идешь
впереди отряда по городу. Шагай да не сбивайся! За тобой сорок чело-
век, и вся улица смотрит на тебя.
Серёжа вспомнил Ригу. Странный, так и не узнанный до конца го-
род. Высокие башни с флюгерами и мачты парусных баркентин. По ста-
ринным улицам шагали к памятнику Ленину отряды, которые съехались на
слет юных моряков. И Серёжа шагал впереди. Летел вдоль улиц пасмур-
ный ветер, полоскал знамя, взмахивал флажками на трубах горнистов. И
далеко разносил стук Серёжкиного барабана. Барабан стучал лихо и за-
дорно. Отряд тогда впервые оказался у настоящего моря...
Серёжа подошел к стеллажу и снял с полки альбом с фотографиями
рижской операции. Вот плавбаза морклуба, на которой жили ребята. Вот
немецкая бриган тина "Вильгельм Пикк" - были на ней в гостях. Вот
катерный тральщик "Румб", на котором выходили в море... А вот сам
Серёжа - в шеренге, вместе с другими ребятами. Это утренняя линейка
на палубе плавбазы.
Серёжа грыз колпачок шариковой ручки и разглядывал снимок. За
спинами ребят видна была покрытая рябью Даугава, старинные башни на
том берегу, небо в серых облаках. Крейсерская яхта с приземистой ка-
юткой, накренившись, бежит мимо большого сухогруза "Витя Хоменко"...
Серёжа хорошо помнил эти ранние линейки. Погода стояла свежая,
и ребята поеживались в строю. Вот и на снимке видно: Валерка Садовс-
кии втянул голову в плечи, а у Юрки Сараева лицо такое жалостливое,
будто сейчас слезы побегут. Он вообще такой - часто обижается.
Серёжа усмехнулся и на Юркиных щеках нарисовал слезинки.
Он тут же испугался. Тут же подумал: "Что это я, с ума сошел?
Испортил зачем-то..." Он сразу же вспомнил, что снимок этот - единс-
твенный, негатив не сохранился. Альбом ребята листают часто, особен-
но новички. Сегодня же увидят, как Серёжка изукрасил фотографию.
А кто узнает, что Серёжка?
Это была не очень-то хорошая мысль, противная какая-то, но он
представил, какую нахлобучку получит от Кэпа, и поежился.
Кэпом звали десятиклассника Сергея Семенова, капитана флагманс-
кой яхты, заместителя командира флотилии. Кэп суров был и требовате-
лен. Его побаивались. Впрочем, если случалось что-нибудь серьезное,
Семенов никогда не ругал виноватого, ничего не решал сгоряча. Всегда
разбирался, что и почему. Но всякое мелкое разгильдяйство и глупые
поступки он не переносил. Он считал, что как раз из-за глупых мело-
чей случаются большие беды, и часто рассказывал, как его яхта выле-
тела на камни, потому что на стаксель-шкоте был неправильно завязан
узел (потом двое суток чинились).
Когда Кэп увидит чернильные слезы на снимке, он начнет рвать и
метать, потому что поступок Серёжки совершенно глуп и непонятен. Се-
рёжка даже не сможет объяснить, зачем это сделал. Лучше не риско-
вать.
Серёжа медленно, почти против воли, снова взял ручку и добавил
еще два штриха: на своем собственном лице нарисовал усики. Кто те-
перь его заподозрит? Ведь умный человек не станет портить свой порт-
рет.
Сережа зажмурился и захлопнул альбом. Было чертовски неприят-
но...
А потом все случилось быстро. Будто во сне. Новый вахтенный
стал искать список дежурств, начал перетряхивать альбом, увидел ис-
порченную фотографию, разозлился и отказался принимать вахту. Позво-
нил Семенову.
Кэп сказал:
- Докатились. И велел собрать отряд.
Собрали. Пришел "командор" - Валерий. Узнал. в чем дело, и ска-
зал привычную фразу:
- С такой жизнью не соскучишься.
Потом спросил:
- Кто валял дурака? Делать было нечего, что ли? У кого это руки
чесались?
Отряд молчал.
- Люди,- сказал Валерий уже встревоженно,- вы что? Ну сделал
кто-то глупость, так пусть уж скажет. Ну нельзя же так, это уже и
трусость, и обман, и шут его знает, что еще получается. Ведь мы же
никогда не врали друг другу.
Самое простое дело было встать сейчас и сказать "я". Ну отруга-
ли бы, и все. Но Серёжку будто веревками привязали к стулу.
- Может, кто из посторонних начеркал? - сказал Мишка Данько.
- Посторонних целую неделю в кают-компании не было, - сердито
сказал Сергей Семенов. - А фотография еще позавчера была чистая, я
помню.
- Ребята, давайте кончим этот разговор, - попросил Валерий. -
Есть ведь простой выход. Поднимите руки, кто дает честное пионерс-
кое, что фотографию не портил.
С облегчением (действительно, как все просто) вскинули ребята
руки.
Поднял руку и Серёжа.
Что он думал в этот момент? Пожалуй, так: "Все равно никто не
знает. А раз не знает, этого будто и не было. Ну что хорошего слу-
чится, если признаюсь? Ведь снимок лучше не станет, значит, все рав-
но пользы никакой никому. А я с этих пор никогда-никогда не буду
больше нарушать слово, врать не буду и дурацких вещей таких делать
не буду тоже..."
Потом он увидел очень удивленные, обиженные какие-то глаза
Владьки Стрельцова и услышал, как он спрашивает: - Ну зачем ты? Я же
у окна стоял, я же видел. Зачем ты так врешь?
Ух как тихо и тошно стало кругом...
И в этой тишине Сергей Семенов хмуро сказал:
- Встань... штурман Коноплёв. Рассказывай.

Он рассказал. Сбивчиво, но подробно.
- Зачем ты все это сделал? - спросил Семенов.
Серёжка молчал. Если бы он знал - зачем!
- Бестолочь, - сказала семиклассница Ольга Сватова. - И трус.
Из-за такой глупости из пионеров вылетишь.
- Ну уж! - вскинулся спорщик Валерка Садовский. - Из-за ка-
кой-то фотографии - сразу из пионеров!
- Ну и глупый же ты, Садовский, - сказал Мишка Данько. - При
чем здесь фотография?
- Жалко же человека, - проворчал Садовский. - Вот если бы тебе
так пришлось...
- И меня бы выгнали. А что еще можно сделать? Хоть десять раз
жалко...
- Когда из пионеров исключают, должен совет дружины утверждать,
- напомнила Ольга.
- Да не утвердит совет, - капризно сказал маленький кругловатый
Павлик Локтев , по прозвищу Бритый Ёжик.
- Почему это не утвердит?
- Да, не утвердит! Скажут: подумаешь, из-за одного слова.
- Вот балда! Не из-за одного, а из-за честного пионерского.
Вовка Голосов метко плюнул себе на колено и начал оттирать с
него смолистое пятно. Так, не поднимая головы, он и объяснил:
- В этом совете честными пионерскими как фантиками играют. С
каждого двоечника требуют: дай честное пионерское, что будешь хорошо
учиться. Ну он и дает, чтоб поскорей отпустили. А через неделю опять
"гусей" нахватает, а ему опять: дай слово... Вон, спросите у Валерки
Садовского. Его Мария Яковлевна весной два раза на совет вытаскива-
ла.
- А чо я сделал... - на всякий случай мрачно сказал Садовский.
В дальнем углу засмеялись.
- Я, что ли, давал слово? - разозлился Валерка. - Я просто ска-
зал, что обещаю исправиться. А что там исправлять, я и не знаю. Что
ни сделаешь, все равно не так. Раз у меня характер такой...
- От такого характера знаешь что помогает?
- Ну, вы! Тут о серьезном деле говорят...
- А я серьезно.
Солнце сквозь окно жарило спину, и Серёжа устал стоять. Перес-
тупил с ноги на ногу.
- Сядь, - как-то жалостливо сказал Семенов. - Чего тебе зря
торчать.
Серёжа сел на краешек скамьи между Локтевым и Вовкой Голосовым.
Бритый Ёжик чуть отодвинулся. Серёже показалось, будто тихо и пусто
вокруг.
А может быть, не случилось ничего? Может быть, не о нем и гово-
рят? Ведь все кругом как раньше. Вон и фотография на стенде, где он
вместе с Вовкой Голосовым барабанит у палаток сигнал подъема. И чер-
ный якорь с балтийского тральщика, привезенный из Риги. Он прочно
лежит у стены, опираясь веретеном на серый гранитный валун с вершины
Солнечной горы. А на треугольной лапе якоря шевелит крыльями зале-
тевшая в окно оранжевая бабочка.
Никто не старается накрыть бабочку беретом. Никто даже не смот-
рит на нее. Все слушают Валерия.
- Когда мы шли на операцию "Черные ветры" и тральщик мотала
волна, глуховато говорит он, - помните, меня позвали в рубку. И вы
дали мне слово, что ни один без меня не сунется на палубу. Потому
что могло смыть. Запросто могло, вы же помните. И я был спокоен там,
в рубке, потому что знал, что ни один не высунется из люка. И ни
один не высунулся даже тогда, когда навстречу летела под зарифленным
марселем немецкая бригантина - зрелище, которое видишь не часто.
А когда в прошлом году кто-то изрисовал, исцарапал новый гараж
у Висловых и они подняли крик, что это Садовский и Данько, мы даже
не стали ничего доказывать, а только смеялись в ответ. Потому что
Мишка и Валерий сказали ребятам: "Честное пионерское, не мы".
А когда группа "Ветер" дала слово, что через три дня соберет
библиотеку для октябрят Северки, разве кто-нибудь сомневался?
До сих пор наше слово было как закон. Давшему слово верили как
себе. Не надо было ничего доказывать, подтверждать, бояться обма-
на... А теперь?
Тридцать девять человек смотрели на Серёжку и молча спрашивали:
"А теперь?" Может быть, не только его спрашивали, но и себя.
Вот если бы речь шла о другом каком-то деле, Серёжка огрызнулся
бы уже десять раз. Он вспомнил бы, что часто попадало Садовскому за
грубость со взрослыми, что Бритый Ёжик однажды в походе отказался
вставать на ночную вахту и заревел, когда его начали будить покреп-
че, что у Мишки Данько вечно мятая форма и, кроме того, он чуть не
заработал годовую двойку по русскому. Он мог бы сказать, что сам
Сергей Семенов чуть не был пойман в сквере детского сада, когда ла-
зил за сиренью (знаем для кого!).
Но все эти грехи, большие и маленькие, все-таки можно было
простить. Они не нарушали главного. А главное нарушил он, Серёжка
Коноплёв, - человек, никогда не просыпавший ночных вахт, не боявший-
ся трудных походов, смело встречавший на паруснике семибалльные
шквалы, гордо носивший отрядную форму и дробными веселыми сигналами
встречавший пионерское знамя.
И снова стало тихо и пусто вокруг.
- Что же теперь делать? - спросил Валерий. - Не громко и груст-
но спросил, совсем не для того, чтобы лишний раз упрекнуть Серёжку.
И все молчали. Было ясно, что в словах Валерия не один, а два
вопроса. Во-первых, что делать вообще. Во-вторых, что делать с Ко-
ноплёвым.
Вообще делать было нечего. Просто с горечью запомнить этот слу-
чай. Потому что никуда не денешься: что было - то было.
А с Серёжкой?
- Как же нам быть? - громко и с легкой усмешкой спросил Сергей
Семенов. - Что с тобой делать, бывший штурман Коноплёв?
И многие поняли, что за этой усмешкой и громкостью он прятал
нерешительность: начиналось самое неприятное.
Серёжа встал. Можно было уже и не вставать, все равно. И все же
он встал, подчиняясь давней привычке, опустил по швам руки. Только
голову не поднял.
Он знал, что никто не станет считать его врагом. И разговари-
вать с ним будут, и футбол будут гонять вместе. И в кино бегать. И
лишний раз не напомнят о том, что было. Но когда заполощут у пирса
паруса, когда выйдут горнисты на склон горы и заиграют старый сигнал
"Ветер с утра", когда мимо окон побегут с рюкзаками и веслами Вовка
Голосов, Павлик Локтев, Мишка Данько, как же он, Серёжка, будет
жить?
Вот если бы заплакать сейчас, сказать, что больше не будет ни-
когда-никогда... Но заплакать было почему-то нельзя.
И, отвечая на прямой безжалостный вопрос, он одними губами ска-
зал:
- Выгнать из пионеров и из флотилии.
Видимо, этим он спас себя.
Все-таки, сами понимаете, у каждого сердце не камень. Четыре
года он был вместе со всеми. Шагал по горам, спал у костров, строил
яхты и пел отрядные песни.
- Все-таки жалко же, - сказал Вовка Голосов и стал смотреть в
угол. - С ума, что ли, вы посходили?
Как будто ему одному было жалко! Но что делать?
- Пусть просто так уйдет из отряда,- сказал Мишка Данько. - Не
надо его ниоткуда исключать. Мы никому ничего не скажем. И в школе
никто не узнает. Будет он в отряде шестого "А", запишется в ка
кой-нибудь кружок... И будет вроде как все люди.
- Значит, в нашем отряде он не может быть пионером, а в другом
может? Это правильно? - жестко спросил Сергей Семенов.
- Ну, я не знаю, - тихо сказал Мишка. - Наверно, неправильно.
Только, по-моему, так можно. Ну, ради него...
- Лучше уж наоборот, - неожиданно предложил Павлик Локтев. -
Пусть во флотилии остается, а галстук забрать.
- Ну, Ёжик! Сам же говорил: совет не утвердит.
- А какой совет? Нету никакого совета дружины, потому что кани-
кулы. Да вы что думаете. Серёжка жаловаться пойдет? Пойдешь?
Серёжа мотнул головой: не пойду.
"Наверно, все надо не так,- торопливо и растерянно думал Вале-
рий. - Наверно, с точки зрения педагогики, здесь делается что-то не
то. И не так. А как надо? Вот тебе и педагогика".
Он не знал. И, наверно, никто не мог дать совета. Когда проис-
ходит такой случай, все старые правила никуда не годятся.
- Пусть решает сам, - твердо сказала Ольга Сватова. - Если хо-
чет, пусть уходит из отряда. Ну, а если нет... Ну, тогда пусть все
начинает заново... Уйдешь?
Серёжа покачал опущенной головой: не уйду.
- А галстук? - спросил дотошный Павлик Локтев.
- Тоже... Сам пусть решает.
...Разбежались кто куда. Будто сразу про него забыли. На улице
стояла солнечная знойная тишина. Даже малыши не возились в песочни-
це. И снова подумалось Серёже, что, может быть, ничего не случилось.
Ведь все, как прежде, спокойно и светло. Но это был секундный обман.
Ведь еще не стерты с фотографии проклятые чернильные следы. А вах-
тенный Андрюшка Копытов сейчас делает короткую беспощадную запись в
журнале про недавний сбор отряда. В конце, перед сдачей дежурства ,
он , конечно , напишет : "Вахту здал" . Не "сдал" , а именно "здал".
И получит очередной нагоняй от Сергея Семенова за безграмотность. И
несмотря на этот нагоняй, он будет в тысячу раз счастливее Серёжки.
Серёжа ушел с солнцепека за угол, за кусты черёмухи, и, моргая,
стал развязывать галстук.
Дома не горели. В озере никто не тонул. Лесные пожары щадили
ближайшую сосновую рощу, яростные циклоны обходили наши края сторо-
ной, высоковольтные линии не обрывались, бандиты не нападали по но-
чам на уставший от похода отряд. Некого было спасать, негде риско-
вать, не с кем сражаться. Даже работать как вол было нельзя: строи-
тельство яхт кончилось, шла парусная практика. И требовалась лишь
точность, уверен ность, умение. Но ведь это - не подвиг.
Лишь один раз, во время ночной операции "Десант", Серёже пока-
залось, что он может, что он должен рискнуть.
Охрана острова прозевала подошедшие из темноты парусники и не
включила вовремя контакты взрывпакетов. Группа отчаянных малышей с
тендера "Стивенсон" уже готова была высыпаться на отмель и заголо-
сить "ура". А если пакеты начнут рваться у них прямо под ногами? Се-
рёжа ринулся на нос парусника и хотел уже прыгнуть на берег, чтобы
опередить ребят. Но Валерий крепко взял его за плечо.
- Куда? Не лезь без команды.
Он прыгнул сам, скомандовал малышам и вывел их по отмели правее
опасного места. В траве запоздало начали хлопать безвредные "мины".
Тогда Серёжа испугался. Ему показалось, что все обязательно до-
гадаются о его тайных мыслях. О том, что он геройством хочет добыть
прощение.
И с тех пор он больше не надеялся на подвиги и риск. Стал жить,
как все. И даже часто забывал о том, что с ним случилось. Лишь на
линейках становилось неловко и грустно, когда, шагая навстречу зна-
мени, малёк Валерка Свешников неумело колотил в его, Серёжкин, бара-
бан. И непривычно было стоять с опущенной рукой, когда отдавали са-
лют. Рука сама рвалась вверх, когда звенела команда: "Флаг пошел'"
Несколько раз он отдавал салют вместе со всеми, и ему ничего не ска-
зали. Серёжа понял, что его пожалели.
В конце июля вернулся из лагеря Юрка Сараев. В лагере он совсем
отвык от морского порядка и явился на линейку без ремня. Он стоял в
строю и украдкой под дергивал сползавшие шорты.
- В следующий раз без ремня в строй не пущу. Ясно? - сказал
Сергей Семенов.
Юрке бы ответить "ясно", и делу конец. А он полез в бутылку:
- Подумаешь, ремень забыл один раз. Вон Серёжка без галстука
пришел, а ему ничего не говорят.
И очень удивился, когда Мишка Данько локтем саданул его под
ребро. Удивился даже не удару, а тому, что этот случай - толкание в
строю - сошел Мишке совершенно безнаказанно.
А Серёжа опять подумал о пожарах и ураганах.
На рассвете с зюйд-веста сорвался сухой колючий ветер. Озеро
вздыбилось крутыми гребешками, высокие травы прижались к берегам,
телеграфные провода застонали. А если так поют провода и тросы, зна-
чит, не меньше семи баллов.
Когда вахтенный Владик Стрельцов прибежал к мачте, чтобы под-
нять флаг, мачта поскрипывала, а фанерный кораблик на её верхушке
взад-вперед ходил в синем, очень чистом небе, словно его мотали тя-
желые волны.
"При такой безоблачности и вдруг такой ветер", - подумал Вла-
дик. И загляделся на кораблик. Зря, конечно, загляделся. Когда раз-
дергиваешь фал, надо смотреть на узел.
Ветер вырвал у Владика из пальцев один конец фала, и конец этот
сразу взлетел почти до нижней перекладины. Не допрыгнешь, не ухва-
тишь.
Тот конец, который остался у Владика в руках, был длинней и по-
тому тяжелее. В короткий момент затишья плотная веревка начала мед-
ленно скользить в блоке у верхушки мачты, затем побежала быстрее. И
вот свободный конец выскочил из блока. Фал кругами упал к Владькиным
ногам. Ветер обрадованно взвыл. Владик тоже чуть не взвыл, потому
что через полчаса должны были собраться ребята. Ну и скандал же бу-
дет, если флага не окажется на мачте! Как теперь продергивать верев-
ку?
Стрельцов потоптался ещё у мачты и с несчастным видом пошел к
Сергею Семенову.
Нахлобучки не было. Вздохнул Сергей, глянул на щуплого, вконец
расстроенного Владьку и сказал:
- Иди собери ребят, несчастный человек. Может, кто доберется до
блока. Я бы сам полез, да подо мной мачта сломается, это точно.
- Она и так может сломаться, - предупредил Владька. - Такой
ветрище, гнет как тростиночку.
- Утешил, - сказал Сергей.

Мачта была высотой метров восемь. Гладкая, блестящая. В прошлом
году ребята сами шкурили ее наждачной бумагой, стеклышками скребли и
покрывали лаком.
- Легче на сосульку забраться, - сказал Мишка Данько.
- Я бы забрался, - сказал Валерка Садовский, - да Сергей не
разрешает.
- Потому что ты толстый и тяжелый. Она сломается.
- Ну и лезьте сами...
Они стояли полукругом, мальчишки в черных морских рубашках и
беретах с якорями. Смотрели, запрокинув головы, на фанерный кораб-
лик, мотавшийся взад-вперед под свистящим ветром. И думали, как
быть. Подниматься было страшно. Мальчишки не были трусами, им прихо-
дилось попадать в переделки среди ветра и волн. И дело было не в
страхе: боишься ты или не боишься, а тонкая мачта действительно мо-
жет сломаться под твоим весом и напором ветра.
А что делать?
Мачта стоит высоко на горе. Со всех окрестных кварталов виден
был флаг отряда. Всегда. С восьми утра и до захода солнца. Его виде-
ли и малыши, мечтавшие когда-нибудь надеть морскую форму, и мальчиш-
ки-ровесники, тайно завидовавшие ребятам из парусной флотилии, и
вредные соседки, считавшие, что в отряде "одно хулиганство на уме",
и ребята из ближнего пионерского лагеря - постоянные друзья и сопер-
ники юнморов. Флаг трепетал в небе - яркий и постоянный - как сигнал
о том, что "есть отряд".
А сегодня флаг был особенно нужен. К вечеру из городского пио-
нерлагеря должны были прийти ребята. Линейку надо выстроить, чтобы
все как полагается. А тут...
Пришел Валерий. Поглядел на мачту. Сказал привычную фразу:
- При такой жизни не соскучишься.
- Кинем жребий, что ли, кому лезть?- просил Вовка Голосов.
- Я вот тебе кину, - сказал Валерий.
- Кто сильный, тот тяжелый, - проговорил Сергей Семенов. - Кто
легкий, у того сил не хватит забраться.
- У меня, может, хватит, - нерешительно сказал Мишка Данько. -
Я попробую, ага, Валера?
И, не дождавшись ответам он поплевал на ладони и полез.
Он очень старался. Было видно, как на тонких Мишкиных руках и
ногах натянулись под коричневой кожей мышцы и сухожилия.

Штурман Коноплев - Крапивин Владислав Петрович -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Штурман Коноплев на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Штурман Коноплев автора Крапивин Владислав Петрович придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Штурман Коноплев своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Крапивин Владислав Петрович - Штурман Коноплев.
Возможно, что после прочтения книги Штурман Коноплев вы захотите почитать и другие книги Крапивин Владислав Петрович. Посмотрите на страницу писателя Крапивин Владислав Петрович - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Штурман Коноплев, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Крапивин Владислав Петрович, написавшего книгу Штурман Коноплев, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Штурман Коноплев; Крапивин Владислав Петрович, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...