А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Белогруд Игорь

Звездный зоопарк


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Звездный зоопарк автора, которого зовут Белогруд Игорь. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Звездный зоопарк в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Белогруд Игорь - Звездный зоопарк без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Звездный зоопарк = 9.33 KB

Звездный зоопарк - Белогруд Игорь -> скачать бесплатно электронную книгу



Звездный зоопарк
Вы, конечно, удивитесь и скорее всего мне не поверите. Я бы и сам не очень-то поверил человеку, рассказавшему мне такую историю. Тем более что я даже не исследователь-межпланетчик, а простой лаборант.
Работаю я в зоопарке смотрителем отделения каракатиц. Но зоопарк не простой, а звездный.
Это огромная космическая станция, повисшая в пустоте где-то посередине исследуемого сектора галактики и похожая с расстояния на макет кристаллической решетки. Это сотни километров металлических коридоров, маленькие электромобильчики, заменяющие обслуживающему персоналу собственные ноги, искусственная гравитация, вольеры, клетки, кормушки и... тысячи самых разнообразных существ, привезенных автоматическими разведчиками с новых планет. Среди них попадаются довольно милые зверушки, например мои каракатицы, но это уж кому как повезет.
Вообще-то, в смотрители я попал по ошибке. Я только-только закончил курсы лаборантов-химиков и как раз ожидал рейса на Промакс, коротая время в буфете космопорта, когда меж столиков пробрался толстый растрепанный человек и истошно завопил: "Лаборант Иванов! Срочно следуйте за мной. Звездолет отправляется через пять минут!"
Я срочно последовал за толстяком и лишь через четверть часа обнаружил, что лечу к звездному зоопарку. Это происшествие открыло мне, что лаборанты Ивановы встречаются несколько чаще, чем я предполагал.
Возвращаться из-за меня, выйдя на трассу, естественно, не стали. Растрепанный заведующий кадрами тяжело вздохнул, но уже через минуту уговорил меня принять отделение каракатиц. Я согласился. Звездный зоопарк - это звучало так романтично...
Но романтика кончилась в первый же рабочий день. Правда, мне повезло каракатицы, как их называли запросто, а по-научному - животные с труднопроизносимым названием, отличались мирным нравом и устойчивым добродушием. Их привезли с планеты Бромб, атмосфера и тяготение которой почти ничем не отличаются от земных. Ребята мне очень завидовали: многим из них приходилось день-деньской просиживать в барокамерах или плавать в аммиачных бассейнах вместе с прожорливыми гильдинскими тюленями.
Но и с моими подопечными скучать не приходилось. Они постоянно требовали пищи и нисколько не заботились о поддержании в вольере чистоты и порядка.
Кроме того, они любили петь. Я затыкал уши ватой, но каракатицы это сразу замечали и, чтобы не лишать меня удовольствия, тут же принимались визжать с удвоенной энергией.
Обязанности мои при внешней простоте отличались трудоемкостью. Экс-смотритель отделения за два часа ввел меня в курс дела и побежал подписывать обходной лист.
Но, честно говоря, в зоопарке мне понравилось. Я подружился с ребятами, записался в секцию настольного тенниса и отпустил бороду. Через три месяца я так изучил станцию, что с завязанными глазами смог бы найти отсек каракатиц, панцирных бегемотов или каких-нибудь электрических кур.
А в тот памятный день я сидел возле вольеры и сочинял стихотворение для нашей стенной газеты "Веселая рептилия". Я поглаживал бороду, грыз карандаш, смотрел в потолок, но никак не мог придумать рифму к слову "жабры". В голову лезли какие-то "швабры", которые никак не хотели вписываться в выстраданный мной сюжет. В вольере шла обычная возня.
Собственно, вольеры в традиционном понимании этого слова не было. Была просторная комната с кондиционерами, пол которой перекрывался слоем искусственного грунта. По пластмассовым свайкам взбирались гирлянды голубого бромбского вьюнка, разраставшегося под потолком в пышную ажурную кровлю. Сверху веером расположились двенадцать мощных кварцевых ламп, поддерживающих жизнедеятельность каракатиц и со временем окрасивших мое лицо и кисти рук в цвет крепко заваренного чая.
Каракатицы, зелененькие, как молодые огурчики, покачивали овальными глянцевыми головками и задорно подпрыгивали на четырех упругих щупальцах. Их большие синие глаза тряслись на тонких антеннках и при особенно сильных прыжках стукали владельцев по головам.
Площадку огораживала стена из шести рядов оголенного провода, оставлявшая небольшое пространство для моего стола, ведер, щеток и комбинезонов. Каракатицы пролезали через любую щелку, но как огня боялись проводов под напряжением. Учитывая их миролюбивый нрав, их вполне можно было бы держать и без ограды, и если это и делалось, то только для того, чтобы любопытные четырехножки не просочились в клетки каких-нибудь не очень разборчивых в пище хищников.
К ограде припрыгала Машка - моя любимица. Она остановилась в полуметре от стены и осторожно просунула антеннки между проводами. Глазки свесились и заглянули ко мне в листок. Каракатица задумалась, механически пережевывая стебель вьюнка. Я подул на влажные глазки-капельки, и Машка, обиженно пискнув, унеслась в общую свалку.
Рифма не находилась, я вконец разозлился и порвал листок на мелкие клочки.
Психологи утверждают, что для снятия нервного напряжения и чувства неудовлетворенности полезно считать слонов, баранов... и просто одинаковые, похожие друг на друга предметы. Слонов у меня не было, и для успокоения я принялся пересчитывать каракатиц. Раньше их у меня было пятьдесят штук, затем двух увезли на Землю, так что на тот день в вольере должно было резвиться сорок восемь огуречных четырехножек. Я закончил подсчеты и не поверил глазам: между зарослями вьюна прыгало сорок девять каракатиц! Я пересчитал еще раз. Затем еще и еще... Их было сорок девять! Если бы одно животное исчезло, это все-таки как-то можно было объяснить. Могла ведь какая-нибудь шалунья удрать из электрической клетки, заглянуть в отсек хищников и закончить свою жизнь в необъятном желудке летающей крысы с планеты Гефест? Но появление лишней особы...
Для верности я сверился в журнале передачи дежурств. Сорок восемь! Не мог же кто-то пронести каракатицу под халатом и выпустить ее в вольеру ради шутки?
Я позвонил на пункт приема, где мне с иронией сказали, что с Бромба уже три месяца ничего не поступало.
Родиться сорок девятая четырехножка за то время, что я сочинял стихи, определенно не могла. Каракатицы несут салатовые граненые яички, которые высиживают никак не меньше шести месяцев. Я пробрался в вольеру и стал пристально изучать своих питомцев. Вдруг к Машке подскочила маленькая блестящая каракатица, приложила щупальце к ее голове и тут же умчалась в заросли вьюнка.
И тут случилось неожиданное. Машка замерла, неуверенно повела глазками и, завалившись на бок, пошла по какой-то странной кривой. Я вскрикнул, бросился вперед, но было уже поздно: каракатица налетела на оголенные провода и, обмякнув, повалилась на пол. Машка была мертва. Ее глазки затянуло белой мутью, а антеннки обвисли, вытянувшись желтыми ниточками. Каракатицы никогда и близко не подходили к проводам под напряжением. Они улавливали даже очень слабое электромагнитное поле и болезненно реагировали на его повышение.
Я был в панике: сначала неизвестно откуда появляется лишнее животное, а затем совершенно противоестественным образом, погибает милая, сообразительная Машка. Видимо, только моим возбужденным состоянием и можно объяснить то, что я отважился позвонить самому директору зоопарка.
Трубка прохрипела что-то неразборчивое, и послышались гудки отбоя.
Надо отметить, что директора Ганса Пфаффа на станции побаивались. Он был строг, педантичен и сух. Казалось, его взгляд проникает в глубины сознания и, не обнаружив там ничего интересного, устремляется в заоконные пейзажи.
Через несколько минут дверь отделения распахнулась и в комнату въехали на маленьких электромобильчиках тощий Ганс Пфафф со своим оруженосцем завхозом Аполлинарием Кышмарским.
Пфафф выстрелил в меня лазерным взглядом, а Кышмарский оглядел отсек с явной подозрительностью.
Я выскочил из-за стола и принялся сбивчиво докладывать о таинственном происшествии, имевшем место в моем владении. Глаза директора бегали из стороны в сторону, и я догадался, что он пересчитывает каракатиц. Наконец я закончил рассказ, и в комнате повисла напряженная тишина.
Директор кашлянул и скрипуче проговорил:
- Объявляю вам выговор за гибель животного. И за неумение считать хотя бы до пятидесяти.
Автомобильчики развернулись и, бибикая, выехали в коридор. Завхоз Аполлинарий на минутку обернулся и выразительно постучал себя пальцем по виску. Потом машины растворились в полумраке тоннеля.
Я был сбит с толку и лишь спустя некоторое время догадался заново пересчитать каракатиц.
Их было снова сорок восемь!
Все оставалось по-прежнему: Машка лежала у оголенных проводов, остальные четырехножки резвились в зарослях вьюнка, но всех теперь их было столько, сколько и положено,- сорок восемь! Мне сразу стала понятна реакция Пфаффа на мой рассказ. Сорок девятая каракатица появилась ниоткуда и исчезла в никуда...
В бессилии я опустился на стул и вызвал ребят из патологоанатомической группы. Они ввалились шумной группой, завернули Машку в полиэтилен и ушли, посоветовав мне напоследок не принимать все так близко к сердцу. Знали бы они, что творилось у меня в голове...
Внезапно заверещал телефонный звонок, я поднял трубку и услышал голос Олафа:
- Малыш! Тут у меня происшествие... Заскочи на минутку.
Я повесил трубку и вышел в коридор.
Олаф - швед-богатырь, был смотрителем отделения перевертышей. Его отсек располагался сразу за моим.
Олаф, спокойный и рассудительный, как нельзя лучше вписывался в свое отделение. Пушистые палевые зверушки, пойманные в пещерах Бергонии, отличались редкостным флегматизмом. Они существовали словно в замедленном времени. Каждое их движение тянулось так долго, что казалось, оно никогда не кончится. Перевертыши жили на потолке и не желали спускаться на землю. Они
передвигались на мягких лапках-присосках, накрепко приклеиваясь к своду искусственной пещеры. Их круглые умные глазки приветливо поблескивали в вышине, и складывалось впечатление, что перевертыши способны воспринимать действительность только вниз головой.
- Что случилось, Олаф? - спросил я.
- Перевертыш погиб.
- Но ты ведь знаешь: не было ни одного случая гибели перевертыша.
- Оказывается, может! Фантастика какая-то,- пробормотал Олаф.- Ты представляешь, малыш, сидели они, как всегда, на потолке, и вдруг один разжал присоски, рухнул на пол и... Но не это главное. Мне показалось, что его подтолкнули.
- Как подтолкнули? - не понял я.
- За секунду до этого к нему подполз какой-то перевертыш и ткнул его лапой
По спине у меня побежали мурашки. Я сосчитал животных на потолке. Вместе с погибшим их было тринадцать. Сдерживая волнение, я спросил:
- А сколько их у тебя?
- Двенадцать,- ответил Олаф.
- Ну-ка, сосчитай!
Олаф обежал взглядом потолок и, побледнев, выговорил:
- Невероятно! Что происходит. Паша?
Я присел на край стола и подробно рассказал о лишней каракатице, гибели Машки и выговоре Пфаффа.
- Что же делать, малыш? Надо бы заявить руководству.
- Я уже заявлял,- напомнил я.
- Но тогда ты просто не был подготовлен к докладу. Теперь же... Вот что! Ты оставайся здесь и понаблюдай за перевертышами, а я пойду в дирекцию, по телефону всего не объяснишь.
Олаф вскочил в электромобильчик и, заложив крутой вираж, вырвался в коридор.
Я отодвинулся подальше от раскаленного рефлектора и мрачно уставился на повисших вниз головой животных. Они сбились в плотную группу и, казалось, изучали меня веселыми влажными глазами.
Один из перевертышей отделился от группы и неловко пополз по щербатому гранитному потолку. Он сделал несколько растянутых шагов, мелко задрожал и... вдруг растаял в воздухе.
Я чуть было не свалился со стула. Перевертышей стало опять двенадцать. Только что под сводом сидел пушистый зверек, и вдруг он растворился на глазах, как кусок сахара в кипятке!
В коридоре послышались нервные гудки, и в отсек въехал завхоз Аполлинарий. Директор же составлял годовой отчет и не был расположен отрываться от дел из-за всякой ерунды. Раздражение Кышмарского перешло точку и вошло в период. Он теребил остатки волос и свирепо вращал глазами.
Подсчет перевертышей не занял много времени, и на нас с Олафом обрушился рокочущий бас:
- Когда, наконец, прекратятся эти дурацкие шутки? Я давно замечаю: творится форменное безобразие. Лаборанты распустились, животные гибнут, а смотрители сочиняют глупые истории и пытаются таким образом отделаться от справедливого возмездия. Но оно грядет! Например, в четвертом отсеке от истощения скончался плантоид! Так что, по-вашему, придумал смотритель Мелини? Он уверял меня, что животное разучилось жевать!! Но это не помогло: в соответствии с приказом ему был объявлен выговор! Вы думаете, что, если я завхоз, так уж ничего не понимаю в зоологии?
Мы промолчали, и Кышмарский, гневно махнув рукой, направился к электромобилю.
- Ну что, попробовал? - спросил я красного, как помидор, Олафа.- Пока тебя не было, лишний перевертыш взял да и растаял у меня на глазах. Так что доказательств нет.
Олаф пнул груду комбинезонов в углу комнаты и выпалил:
- И все равно, этого нельзя просто так оставить! В зоопарке
происходят странные вещи, и стоит попробовать в них разобраться. К примеру, почему мы считаем, что лишние особи появляются только в наших вольерах? Может быть, подобное происходило и в других?
- И никто ничего не заметил? - с сарказмом спросил я.
- А что? Ты и сам обнаружил прибавление чисто случайно.
- Ну хорошо,- согласился я.- Тогда как ты собираешься доказать, что мы были свидетелями реальных событий, а не какого-нибудь миража или галлюцинации?
- А вот посмотри: фантом появляется у тебя, и сразу же погибает Машка. Потом он перемещается в мой отсек - и перевертыш отклеивается от свода. Тут есть какая-то связь, с животными что-то происходит. Давай посмотрим журнал регистрации происшествий.
Часа два мы просидели над сводками отдела регистрации и наконец получили странную картину периодичности разного рода происшествий. Животные бросались на силовые барьеры, тонули в бассейнах, отказывались принимать пищу, погибали от истощения или по неизвестным причинам. Первым погиб плантоид, про которого с таким пылом рассказывал Аполлинарий Кышмарский. Произошло это две недели назад, и с тех пор погибли еще несколько животных. Мы с удивлением обнаружили, что смерть-призрак как бы путешествует из отсека в отсек.
- Ну что ты теперь скажешь? - спросил Олаф, и вдруг его осенила идея.- Предположим, что фантом появлялся во всех отсеках, где произошли несчастья с животными. Он, по-видимому, умеет как-то воздействовать на обитателей вольер.
- Но ведь тогда,- сообразил я,- кое-какие данные можно получить у патологоанатомов! Животные из других отделений, конечно, уже препарированы, но нашими-то наверняка пока еще не занимались.
Олаф повернулся к телефону и заскрипел наборным диском.
- Славик, к тебе только что привезли животных из наших двух отсеков. Нам просто необходимо узнать, что с ними случилось.
- Ну вы и шутники! - ответила трубка.- Что с ними случилось! Сами будто не знаете: у каракатицы электрический удар, а у твоего перевертыша в черепе дыра с палец!
- Я не об этом. Нужен полный отчет о состоянии органов животных. Сделай по дружбе. Залезь в каждую клеточку, но найди. Какие-то аномалии у них должны быть!
Под вечер раздался звонок, и удивленный голос Славы Сорокина сообщил:
- Вы оказались правы, ребята. Психодиагностики установили, что с каналов памяти мозга животных снята вся информация вплоть до рефлексов.
Олаф положил трубку и спросил:
- Теперь тебе понятно?
- Еще бы!-ответил я.- Фантом снимает накопленную информацию с мозга животных, и в результате те превращаются во взрослых новорожденных. Именно поэтому Машка натолкнулась на провода - она просто не знала, к чему это приведет, именно поэтому перевертыш отклеился от свода - он понятия не имел, как за него держаться, и именно поэтому плантоид смотрителя Мелини отказался принимать пищу - он действительно не представлял, как ее пережевывать. Когда мозг пуст, животное обречено: так или иначе оно погибнет.
- Но главное не в этом,- сказал Олаф.- Необходимо понять, зачем у животных снимается информация и что собой представляет фантом.
- Хорошо! - я рассуждал вслух.- Допустим, снятие информации - цель появления фантома. Но что же может извлечь он из памяти животного?
- Между прочим, из памяти животного можно извлечь не так уж мало,- задумчиво отметил Олаф.- Каждый врожденный рефлекс содержит информацию о неизменности среды обитания организма, а приобретенный - о ее эволюции. Даже анатомические признаки могут рассказать о составе атмосферы, строении поверхности планеты, температуре и ее перепадах, гравитации, звездной активности и так далее. Память же, или, вернее, ее запас, полученный при жизни, поведает об условиях обитания, повадках друзей и врагов.
- Значит, если сложить все данные анатомии, физиологии и памяти животного, а потом провести подробный анализ, то можно составить довольно полное представление о планете, откуда это животное было доставлено? - спросил я, пораженный промелькнувшей вдруг догадкой.
- Да, это будет примерно соответствовать предварительной разведке планетной системы.
Мы замолчали, пытаясь восстановить порядок в мыслях. Наконец я не выдержал и спросил:
- Послушай, если это действительно "гости оттуда" и таким образом они получают первичную информацию о неизвестных им планетах, то почему же они не вступили с нами в контакт и просто не попросили аналогичные сведения?
- Ас чего ты взял, что это представители внеземного разума? - спросил Олаф.- Мы, между прочим, прежде чем лететь на какую-нибудь новую планету, посылаем туда автоматического разведчика, обладающего довольно скромной и чрезвычайно жесткой программой.
- Ты хочешь сказать, что фантом - кибер? - Я покачал головой.
- Если мы не занимаемся пустым фантазированием, то логичнее всего предположить, что фантом именно кибер. Представь себе: он передвигается по ранее заданному маршруту и вдруг натыкается на зоопарк! Это же море информации, и кибер тут же включается в работу. Он по порядку переходит из отсека в отсек, записывает информацию о среде обитания животных с разных планет.
- Но зачем этот маскарад? - спросил я.- Зачем лишние каракатицы и перевертыши?
- Для маскировки. Легче всего подобраться к животному, не вызывая у него подозрения, приняв его облик.
- Это что же получается? - спросил я растерянно.- Кибер маскировался не от нас, а от обитателей вольер?..
- Конечно! Он ведь не мог знать, что мы разумные существа, не сняв информацию с нашего мозга. Для него мы ничем не отличаемся от остального населения зоопарка. Кстати, вполне может случиться, что до нас, как до объектов изучения, просто не дошла очередь.
Я представил себе, что случится, когда очередь дойдет, например, до меня, и сразу почувствовал неприятный холодок в области сердца.
- Олаф! Фантазии фантазиями, но можно ли проверить хоть что-нибудь из наших догадок?
- Кое-что мы определенно можем узнать. Ведь какой бы это ни был совершенный разведчик, на чем-то он должен был сюда прилететь? И потом, вполне возможно, что именно в это время фантом спокойно разгуливает по следующему отсеку.
Через пять минут мы с Олафом разделились: он пошел к Марку в отделение "тряпичных черепах", а я помчался на пост внешнего наблюдения. За пультом сидел сменный наблюдатель.
- Шандор! Скажи, за две-три недели не происходило ли в пространстве в районе зоопарка чего-нибудь необычного? Шандор посмотрел на меня с подозрением и спросил:
- И как тебе удается узнавать все первому? Происходило, только не две-три недели, а две-три минуты назад. Похоже, у меня начались галлюцинации. Случайно взглянул на экран, и... представь себе, абсолютно пустой кусок космоса, и вдруг ниоткуда возникает светящаяся точка, разгоняется до скорости перехода и ныряет в подпространство.
- Шандор! - крикнул я.- Давай побыстрее ленту регистрации.
Он отворил дверцу регистратора и смотал с вала длинную абсолютно чистую полоску бумаги.
- Пусто,- прокомментировал он.- Я так и думал, что это галлюцинация. Надо бы наведаться к медикам.
Мы его спугнули! Он улетел, не оставив ни одного доказательства своего существования.
И все же с того дня мы находимся в постоянном ожидании. От зоопарка стартовал один звездолет, но никто не скажет, сколько их к нему прилетело...


Звездный зоопарк - Белогруд Игорь -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Звездный зоопарк на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Звездный зоопарк автора Белогруд Игорь придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Звездный зоопарк своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Белогруд Игорь - Звездный зоопарк.
Возможно, что после прочтения книги Звездный зоопарк вы захотите почитать и другие книги Белогруд Игорь. Посмотрите на страницу писателя Белогруд Игорь - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Звездный зоопарк, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Белогруд Игорь, написавшего книгу Звездный зоопарк, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Звездный зоопарк; Белогруд Игорь, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...