Филлипс Дональд - Звездный властелин http://www.libok.net/writer/9612/kniga/36149/fillips_donald/zvezdnyiy_vlastelin 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я бы не беспокоил по пустякам.
Беннетт невольно улыбнулся доктор Бен совершенно не изменился.
— Ну да, человека надо подмаслить, прежде чем жарить на сковородке, — ответил он. — Что случилось?
— Прежде всего мне нужны деньги. Я остановился в «Шангри-Ла» с одним приятелем, но мне нечем заплатить за гостиницу.
На этот раз Майлз рассмеялся:
— Господи, док, но ты же миллионер! Как это у тебя может не быть денег?
— То есть их у меня нет здесь, с собой! Поэтому я и прошу завтра с утра перевести мне телеграфом несколько тысяч. Но только послать их надо на твое личное имя, на Майлза Беннетта. Под этим именем я здесь зарегистрирован.
— Как? Ты воспользовался моим именем?
— Я не мог воспользоваться моим собственным, а ничего другого мне в этот момент в голову не пришло. Не беспокойся, тебе не грозят никакие неприятности.
— Ты хочешь сказать: пока не грозят?
— Перевести деньги нужно в отель, на мой, то есть, собственно, на твой счет. Это можно сделать?
— Да, да, конечно, — ответил Беннетт почти с удовольствием, поудобнее устраиваясь в кресле. — Это и есть то самое большое одолжение?
— Отчасти. Помнишь, Майлз, тебе всегда хотелось узнать, что произошло со мной после того, как я оставил практику? Так вот, считай, что такая возможность появилась. Один из моих друзей, не тот, который со мной здесь, а другой, находится где-то у нас в Соединенных Штатах и попал в беду. Может быть, я ошибаюсь, но скорее так оно и есть. Это необходимо выяснить. Поэтому я прошу связаться с одним из наших агентств по расследованию, чтобы они помогли собрать полные сведения, насколько возможно, о человеке по имени Микел Ард Ри. — Бен повторил это имя по буквам, а Майлз быстро записал его.
— У меня есть основания считать, что он живет в США, хотя и нет стопроцентной уверенности. Это, должно быть, человек очень богатый, живущий как отшельник. Но при том он любит тратить деньги. Ты меня понимаешь?
— Конечно, док, — ответил Беннетт, пытаясь разобраться во всем услышанном.
— Да, и вот еще что, только не возражай с порога. Я попрошу выяснить, нет ли где-нибудь каких-либо сведений, сообщений, хотя бы слухов и сплетен насчет говорящей собаки?
— Насчет чего?
— Говорящей собаки. Я понимаю, как это звучит для тебя, но я как раз имею в виду своего второго друга. Его зовут Абернети, и он выглядит как пшеничный терьер. Но при этом он умеет разговаривать. Записал?
Майлз дрожащей рукой записал все, что услышал сейчас от Бена.
— Док, я надеюсь, ты не разыгрываешь меня? — спросил он.
— Это очень серьезно. Абернети — человек, превращенный в собаку. Позже я объясню. Прошу выяснить все, что только возможно, по этим двум вопросам и поскорее прилететь сюда с полученными данными. И сделай это как можно скорее. — Бен помолчал. — Я понимаю, что будет нелегко, но прошу: сделай, что сможешь, Майлз. Все это очень важно для меня!
Майлз недоверчиво хмыкнул:
— Самым нелегким делом, Бен, будет объяснить тем, кто займется расследованием, что мы ищем говорящую собаку!
— По крайней мере можно будет собрать информацию о чем-то хотя бы похожем на это, например, о собаках, которые считаются способными разговаривать. Ты бы мог вырваться сюда?
— Конечно. Для меня это было бы как раз неплохо. Я тут работаю над делом о налогах и уже буквально утопаю в море цифр. Отдых не помешал бы. Так вы остановились в «Шангри-Ла»? А кто там с тобой?
Бен помолчал немного.
— Если я расскажу, ты все равно не поверишь, Майлз, — ответил он. — Прилетай и сам все увидишь. Но не забудь о деньгах. Нам без этого здесь не выжить!
— Не беспокойся, не забуду. Да! — Майлз не сразу решился задать этот вопрос:
— У тебя все в порядке, док? То есть не считая того, о чем ты рассказал?
— Со мной все хорошо, Майлз. Ей-богу. Мы вскоре сможем поговорить обо всем здесь. Идет? До встречи. Только ничего не перепутай.
Беннетт рассмеялся:
— Это ты говоришь после того, как меня совершенно запутал?
— Ну, ничего, Майлз. Ты человек толковый. Заранее благодарю.
— До скорой встречи, док!
Разговор закончился. Беннетт повесил трубку и встал. «Нет, каково, а?» — подумал он улыбаясь. Напевая веселую мелодию, он подошел к буфету и достал бутылку шотландского виски «Гленливет», которое так любит Бен. Сейчас не выпить было бы просто грехом.
Глава 11. КАК В СКАЗКЕ
Лежа в темной клетке, Абернети грезил о залитых солнцем лугах Заземелья. Он плохо чувствовал себя и относил это на счет своей неволи и пищи, которую он здесь получал. Писец шкурой ощущал, что вся обстановка этого мира действует на него угнетающе, но проверить эту догадку пока что было невозможно. Во всяком случае, Абернети теперь постоянно дремал или предавался мечтам о хорошей жизни, находя в этом единственную отдушину.
Уже больше двух суток не приходила к нему Элизабет. Зато тюремщики теперь навещали его чаще, и Абернети догадывался, что девочка, очевидно, боится, что ее выследят. Два дня назад к нему явился Микел Ард Ри. Он бросил на пленника бесстрастный взгляд и опять спросил, не хочет ли тот что-нибудь вручить ему. Когда Абернети посоветовал Микелу не терять времени, тот ушел, не сказав более ни слова.
Последнее время в душе Абернети поселился страх. Он боялся, что ему уже никто не поможет выбраться отсюда, что так и придется умереть в темнице.
И на этот раз мрачные мысли заставили писца выйти из оцепенения, вернуться к жестокой действительности. Может быть, мысль о гибели пугала бы его меньше, если бы возникла прямая угроза жизни? Абернети еще раз подумал о том, есть ли у него выбор в деле с королевским медальоном. Выбора не было. Отдать медальон не позволяли совесть и чувство долга. Никак нельзя было вручать столь могущественный волшебный талисман такому лиходею, как Микел Ард Ри. Уж лучше умереть, чем совершить подобный поступок. С другой стороны, если он, Абернети, погибнет, кто тогда помешает Микелу снять медальон с мертвого тела?
Эти мысли буквально приводили Абернети в отчаяние. Он снова закрыл глаза, надеясь забыться…
— Абернети, Абернети, проснись! — услышал писец знакомый голос. С трудом открыв глаза, он увидел перед собой Элизабет. — Да проснись же, Абернети, — повторила она нетерпеливо.
Он с трудом поднялся, разгладил грязную одежду, полез в кармашек жилета за очками и надел их.
— Я не сплю, Элизабет, — заверил он девочку.
— Ну и хорошо! — прошептала она. — Мы должны выбраться отсюда прямо сейчас!
Не веря своим глазам, Абернети увидел, как девочка достала ключ, вставила его в замок и открыла дверь клетки.
— Ну, что скажешь? — спросила она, не скрывая радости.
— Элизабет…
— Я взяла ключ в караульном помещении, где висят запасные, — продолжала девочка. — Сейчас пока не хватятся. А я еще успею повесить его на место, прежде чем обнаружат пропажу. Не беспокойся, меня никто не видел.
— Элизабет… — повторил он, не находя слов.
— Скорее, Абернети. Чего же ты ждешь? Абернети, пожалуй, и сам не знал чего.
— По-моему, это ужасно опасно для тебя, — пробормотал он.
— Ты хочешь выйти отсюда или нет? — спросила Элизабет уже с некоторым раздражением.
Откуда-то из коридора, из-за запертых дверей, послышался лай и визг несчастных собак.
— Конечно, хочу! — поспешно ответил Абернети, выбираясь из клетки.
Впервые за время заточения он получил возможность выпрямиться и сразу почувствовал себя намного лучше.
— Пора, Абернети. Скорее! — повторила девочка. Они вместе прошли через отверстие в стене. Впереди Абернети увидел лестницу. Элизабет нажала на рычажок в стене, и за ними закрылась потайная дверь. Теперь лая больше не было слышно.
Девочка тут же зажгла электрический фонарик. К своему удивлению, Абернети еще помнил то, что он читал в журнале об этих карманных фонариках в тот день, когда прятался в спальне девочки. Значит, неволя не так уж подточила его силы.
Элизабет пошла вперед, Абернети — за ней.
— У нас мало времени, — сказала она. — Колсы уже приехали. Они хотят отвезти меня на концерт нашего школьного хора. Помнишь мою подругу Ниту? Это ее родители. Они сейчас в гостях у моего папы, сидят и ждут, когда я переоденусь. — Только теперь Абернети заметил на ней бело-розовое платье с оборками. — Они думают, что я сейчас занимаюсь именно этим. А Нита — у меня в комнате, как будто бы мне помогает, а на самом деле ждет, пока я вернусь. В нужный момент она скажет папе и своим родителям, что я сейчас приду. А тем временем я успею довести тебя до двери, которая выходит во двор. Там стоит машина Колсов, и ты сможешь спрятаться в багажнике. Стража не будет проверять их машину, раз с ними едет мой папа.
— Ты говоришь про автомобиль, про один из тех механизмов, которые… — начал удивленный Абернети, глядя во все глаза на Элизабет.
— Чшш! Тихо! Да, про автомобиль. Слушай! Когда мы приедем на место и пойдем в школу, я скажу Колсам, что мне нужно вернуться за кошельком, который я нарочно оставлю в машине, открою багажник и выпущу тебя. Здорово?
Абернети с сомнением покачал головой:
— А что, если ты не сможешь выпустить меня? Да и смогу ли я дышать в этом.., багажнике? Что, если меня…
— Абернети! — перебила его Элизабет, не в силах больше слушать его сетования. — Только не беспокойся, ладно? Я вытащу тебя оттуда. И в багажнике ты сможешь нормально дышать, поверь мне. Теперь послушай: один человек может помочь тебе добраться до Виргинии! — Они дошли до лестничной площадки и остановились у какой-то двери. — Этого человека зовут мистер Витсел, — радостно продолжала Элизабет. — Он дрессирует собак, выступал у нас в школе и рассказывал о том, как правильно ухаживать за животными, ну и все такое. Мистер Витсел говорил мне, что если я тебя приведу к нему, то он поможет тебе.
Элизабет открыла дверь, передала свой фонарик Абернети и быстро скрылась за следующей дверью. Абернети трясся словно от холода, боясь ненароком угодить в лапы служителей Микела Ард Ри.
Но слава Богу, Элизабет вскоре вернулась и принесла ему плащ, шарф, перчатки и шляпу с полями.
— Давай одевайся, — велела она писцу. — Я нашла эту одежду в кладовке, где держат всякое старое барахло.
Пока Абернети одевался, девочка снова взяла у него фонарик. Пальто висело на Абернети мешком, а шляпа наполовину закрывала лицо.
— Ты похож на шпиона, — захихикала Элизабет и мгновенно зажала рот руками.
Затем подхватила Абернети под руку, быстро провела его через кладовую, где хранились швабры и тряпки, потом по коридору к винтовой лестнице, которая вела на нижний этаж, к дверям, выходившим на задний двор.
Сквозь стеклянные двери Абернети увидел у стены замка автомобиль. Двор был освещен электрическим фонарем, но людей, казалось, не было.
— Ты готов? — спросила Элизабет.
— Готов, — ответил он.
Отворив двери, Элизабет бросилась к автомобилю, а за ней — Абернети. Девочка успела открыть багажник, когда писец добежал до автомобиля.
— Давай залезай быстрее, только не бойся, — прошептала она и помогла влезть в багажник. — Потерпи немного. Я выпущу тебя, как только мы доедем до школы, — пообещала девочка, прежде чем закрыть багажник.
***
Через несколько минут Абернети услышал голоса людей, приближавшихся к автомобилю, потом кто-то открыл и снова закрыл дверцы машины, после чего заработал двигатель. Когда же автомобиль тронулся, постепенно набирая скорость, началась тряска, и писцу пришлось туго. Внутри багажника был постлан ковер, но, несмотря на это, Абернети не раз получал чувствительные удары. Он пытался найти какую-то точку опоры, однако ухватиться было не за что. Сверх того, от автомобиля исходил отвратительный запах, от которого Абернети стало тошнить. Ему уже казалось, что этот кошмар никогда не кончится, но тут машина замедлила ход и остановилась. Дверцы снова открылись и закрылись, вновь послышались голоса, постепенно затихшие. Пассажиры ушли. Абернети, получивший желанную передышку, лежал, потирая ушибленные места, и терпеливо ждал возвращения девочки. Он поклялся себе, что, случись ему благополучно вернуться в Заземелье, он никогда даже и думать не посмеет о повторении ужасного путешествия на таком механическом чудовище.
Время шло, а Элизабет все не возвращалась. Абернети уже стал беспокоиться, что случилось худшее: девочке помешали вернуться к нему, и теперь он так и останется в этом багажнике, словно в ловушке. Потом писец начал дремать и уже почти заснул, когда услышал чьи-то шаги.
Снова открылась дверца машины, потом кто-то поднял крышку багажника, и Абернети вновь увидел Элизабет. Она задыхалась от быстрой ходьбы.
— Поспеши, Абернети, — сказала она. — Мне сразу же надо вернуться. Прости, что я заставила тебя столько ждать, но дело в том, что папа непременно хотел идти со мной, и мне пришлось пойти на хитрость… Как ты себя чувствуешь? У тебя такой помятый вид! О, извини меня, Абернети, мне очень жаль, что так вышло!
— Ничего, ничего, — поспешно ответил писец. — Тебе не нужно извиняться. Со мной все хорошо, Элизабет. — Вдали появились какие-то люди, видимо, опоздавшие, и Абернети поспешно укутался в плащ и надвинул шляпу на глаза. — Милая Элизабет, благодарю тебя за все, — тихо сказал он.
Она обняла его и быстро отстранилась.
— Мистер Витсел живет в двух милях отсюда, если идти на север, — сказала девочка. — Иди вон по той улице, видишь? Когда заметишь табличку с надписью «Форест-парк», поверни направо и смотри на номера домов, пока не найдешь номер двадцать девять восемьдесят шесть. Этот дом будет на левой стороне улицы. Прощай, Абернети!
Они снова обнялись, и Абернети сказал ей:
— Не волнуйся, Элизабет, я обязательно найду тебя. И еще раз спасибо.
— Мне пора, — сказала девочка. Она пошла к школе, но вдруг повернула назад. — Чуть не забыла! Вот, возьми. — И Элизабет вручила ему небольшой конверт.
— Что это?
— Обещанные деньги на авиабилет, в общем, на что понадобится.
Он попытался вернуть девочке деньги, но она воспротивилась:
— Нет, нет, они могут понадобиться тебе. В крайнем случае вернешь, когда мы с тобой увидимся в следующий раз.
— Элизабет…
— Нет, оставь их себе, — повторила она. — До свидания, Абернети. Я буду скучать по тебе. И она побежала в сторону школы.
— И я по тебе, Элизабет, — прошептал Абернети, глядя ей вслед.
***
Было уже около полуночи, когда Абернети дошел до нужного ему дома. Перед этим он свернул не туда и с трудом нашел дорогу. Окна маленького уютного домика закрывали жалюзи, но одно из них частично оставалось открытым, и там Абернети заметил человека, дремавшего в кресле.
Рядом с его креслом горел светильник, единственный в доме.
Писец подошел к двери и осторожно постучал. Не услышав ответа, он постучал снова.
— Ну кто там еще? — проворчал хозяин. Абернети не знал, что ответить, а потому молчал. Вскоре тот же голос произнес:
— Ну хорошо, подождите минутку, сейчас открою.
Послышались шаги за дверью, потом дверь отворилась. На пороге стоял человек, которого Абернети видел в окно, — бородач с заспанными глазами. Он был в синих брюках (кажется, они называются джинсами), в расстегнутой рубашке и майке. Рядом с хозяином стоял маленький черный пудель.
— Вы мистер Витсел? — спросил Абернети. Бородач уставился на гостя раскрыв рот.
— Ах.., да, — вымолвил он наконец.
— Меня зовут Абернети, — сказал писец, беспокойно озираясь. — Вы, кажется, слышали…
Хозяин, видимо, окончательно проснулся и понял, о чем идет речь. Он слабо улыбнулся:
— Помню! Мне говорила девочка в школе имени Франклина! Она еще сказала, что вы сидели где-то взаперти, верно? Ну конечно, вы говорящая собака!
— Человек, превращенный в собаку, — уточнил Абернети не без раздражения.
— Конечно, конечно, она говорила то же самое. — Хозяин отошел в сторону.
— Ну что же, входите, э… Софи, назад! Позвольте повесить ваш плащ. О, кажется, он вам великоват! Шляпа тоже не по размеру. Проходите, садитесь.
— Кто там, Дэвис? — услышал Абернети женский голос.
— О, ничего особенного, Элис. Тут ко мне зашел приятель, — ответил Витсел. — Спи! — Наклонившись к гостю, заговорщицки прошептал:
— Это моя жена, Элис.
Он усадил Абернети на кушетку. Софи обнюхала писца, завиляла хвостом и стала радостно тявкать. Для Абернети это было совершенно некстати, и он отмахнулся от нее. Хозяин подошел к ящику на подставке, в котором гость узнал телевизор, и повернул какую-то ручку, после чего звук стал тихим. Потом Витсел уселся напротив Абернети, разглядывая его с острым любопытством.
— Сказать по правде, — продолжал Витсел вполголоса, — я тогда решил, что девочка хотела меня разыграть. Я думал, что она все это сочинила, но… — Он умолк, видимо, обдумывая свои слова. — Итак, вас превратили в собаку? В пшеничного терьера?
— Мягкошерстного, — добавил Абернети, осматривая комнату.
— Ну, понятно. — Витсел встал. — У вас очень усталый вид. Не хотите ли перекусить? Ну конечно, я говорю о настоящей еде — ведь вы человек, верно? Пойдемте на кухню, я что-нибудь приготовлю.
Из гостиной они прошли на кухню, окна которой выходили на задний двор. Хозяин открыл холодильник и достал оттуда ветчину, овощной салат и пакет с молоком. Угощая Абернети, Витсел все продолжал говорить об их замечательной встрече. «Боже всемогущий, действительно говорящая собака!» — эти слова он повторил, кажется, раз десять. Абернети было не по себе, но он предпочел держать раздражение внутри. Потом хозяин налил себе пива и сел рядом с гостем:
— Знаете, эта девочка.., как ее зовут?
— Элизабет.
— Да, Элизабет. Так вот она говорила, что вы хотите попасть в Виргинию. Это верно?
Абернети кивнул, продолжая жевать. Он действительно сильно проголодался.
— А зачем вам нужно в Виргинию? Абернети подумал, прежде чем ответить.
— У меня там друзья, — сказал он наконец.
— Но разве нельзя им просто позвонить? — спросил хозяин.
— Как это — позвонить? — не понял писец.
— Ну, по телефону.
— Ax, по телефону! — Абернети вспомнил, что это за штука. — Но у них нет телефона.
— Вот как?! — Дэвис Витсел улыбнулся. Он пил пиво и задумчиво смотрел на Абернети, который заканчивал свой ужин. Наконец хозяин осторожно сказал:
— Будет не так легко доставить вас туда.
Абернети помолчал немного, затем нерешительно заметил:
— У меня есть немного денег на дорогу… Витсел пожал плечами:
— Пусть так, но нельзя же вас просто посадить на самолет или поезд. Сейчас же возникнут всякие вопросы, кто вы такой и что все это значит. Простите, но вы должны понять: люди не привыкли видеть собак, которые одеваются, ходят на задних лапах да еще и разговаривают. — Он откашлялся и продолжил:
— К тому же эта школьница говорила мне, что вы были чьим-то пленником.
Абернети кивнул:
— Элизабет помогла мне бежать.
— Тогда, быть может, оказывать вам помощь небезопасно. Кому-то ваше исчезновение, очевидно, доставит неприятности, и за вами устроят погоню. А значит, мы должны быть предельно осторожными, правда же? Знаете, ведь не так много на свете собак.., простите, людей, вам подобных. Поэтому нам придется делать все побыстрее. А чтобы у нас не было лишних хлопот, вам лучше меня слушаться во всем, понимаете?
Абернети кивнул:
— Понимаю. — Он допил молоко. — Но сможете ли вы помочь?
— Конечно! Само собой! Но сейчас вам лучше всего немного поспать. А утром мы что-нибудь придумаем, хорошо? Тут рядом есть свободная комнатка. Вы можете ее занять. Конечно, Элис все это не понравится, она вообще не любит того, что ей непонятно. Но не беспокойтесь, это я беру на себя.
Хозяин проводил гостя в комнату, показал ему душевую, выдал пару чистых полотенец и пожелал доброй ночи. При этом Витсел все толковал о какой-то «неповторимой возможности», которую нельзя упустить, о том, что главное — найти правильное решение.
Абернети почему-то раздражало это бормотание, но он так устал, что думать сейчас был просто не в состоянии. Он улегся в постель и закрыл глаза. В доме наступила полнейшая тишина. Только ветви дерева, похожие на когтистые лапы, изредка постукивали в окно. Но Абернети уже ничего не слышал. Он спал как убитый.
Глава 12. ИЕРИХОН
Уже близилась ночь, когда советник Тьюс, кобольды и кыш-гномы добрались до Риндвейра. Серое небо почернело, туман повис над лугами Зеленого Дола, придав всему окружающему ореол таинственности. Дождь все не прекращался, и казалось, он будет идти вечно. В темноте трудно было понять, откуда доносились те или иные звуки. Как это нередко бывает в сумерках, особенно в ненастье, все окружающее стало словно полупрозрачным.
Сапожок, ведший маленький отряд, осторожно перешел мост через водное пространство, отделявшее луга от плоскогорья, на котором возвышался замок Каллендбора. Дальше путь Тьюса и его спутников лежал через небольшой городок в окрестностях замка. Они медленно ехали по дороге среди домиков и лавок. В тумане здания выглядели загадочно, видимо, из-за того, что изнутри освещались свечами. Дорога раскисла от дождя, и лошадям было нелегко продвигаться. Прохожие бросали любопытные взгляды на незнакомцев, но быстро отворачивались и шли своей дорогой.
— Я хочу есть! — захныкал Щелчок.
— А у меня нога болит, — заныл Пьянчужка. Но Сапожок зашипел на гномов, и они умолкли. И вот перед ними из тумана вырос замок Риндвейр, похожий благодаря своим стенам, башням, бойницам на огромное чудовище. Стены его были около ста футов высотой, а верхушки самых высоких башен нельзя было разглядеть из-за низких туч. Флаги на башнях обвисли, тускло освещаемые факелами. Десятки часовых, промокших до нитки, стояли на стенах замка. Огромные внешние ворота отворились, и путники оказались перед опущенной решеткой. Внутренние ворота оставались запертыми. Это был недобрый знак, и у волшебника и его спутников к чувству усталости добавилось еще чувство тревоги.
Стражи у ворот остановили путников, велели изложить суть дела, по которому явились сюда, только после этого разрешили укрыться в нише в стене и подождать, когда об их приходе доложат хозяину. Советник никак не мог обрадоваться такому приему: как же можно заставлять долго ждать посланца короля! Наконец прибыли сопровождающие с извинениями за задержку, но волшебник не замедлил выразить им свое недовольство. В конце концов он и его спутники были представителями короля, а не просителями. Вассалы небрежным тоном повторили свои извинения и пригласили гостей следовать за ними.
Гости спешились и, оставив верховых лошадей и вьючных животных в укрытии, прошли по галереям, соединявшим внутренние ворота с замком. Здесь люди Каллендбора открыли едва заметную дверь в стене, после чего началось шествие по бесчисленным коридорам, пока не пришли в огромный зал, обогреваемый большим камином.
Лорд Каллендбор стоял у камина так близко к огню, что волшебник даже испугался, как бы пламя не опалило хозяина. Это был высокий, могучий человек, чье огромное тело покрывали шрамы — память о многочисленных битвах, в которых ему довелось участвовать. Даже в домашней обстановке он был в кольчуге и при нескольких ножах и кинжалах. Огненно-рыжие волосы на голове и борода придавали лорду необычный вид, особенно при свете пылающего камина. Когда хозяин пошел навстречу гостям, то в первую минуту могло показаться, что он несет с собой пламя. Каллендбор кивнул вассалам, и они молча удалились.
— Рад тебя видеть, советник Тьюс, — сказал лорд, протягивая волшебнику огрубелую руку. Пожимая руку хозяина, Тьюс заметил:
— Встреча могла быть и более радостной, милорд, если бы меня и моих спутников не заставили долго ждать на холоде.
Кобольды проворчали что-то, видимо, в знак согласия, гномы же спрятались за спину волшебника. Каллендбор бросил на них беглый взгляд, после чего обратился к волшебнику:
— Примите мои извинения. Время сейчас неспокойное, я должен соблюдать осторожность.
— Осторожность?! — нахмурился волшебник. — Это еще мягко сказано, милорд. Я заметил, что у тебя стало куда больше стражи, усиленная охрана стоит у ворот, решетки опущены, да и сам ты в кольчуге в собственном замке. Можно подумать, что тебя осадили враги.
Каллендбор отвернулся и стал смотреть на огонь.
— Может быть, так и есть, — заметил он. — Однако что привело тебя в Риндвейр, советник Тьюс? Какое-нибудь новое поручение Его Величества, не так ли? Чего он на этот раз хочет — чтобы я принял участие в битве со злыми духами? Чтобы снова гнался за черным единорогом? Скажи мне, чего он еще желает?
Советник подумал, прежде чем ответить. Каллендбор задавал вопросы так, словно уже заранее знал ответы на них.
— У короля украли одну вещь, — сказал наконец Тьюс.
— Вот как?! — Лорд по-прежнему глядел на огонь. — Что же это такое? Уж не бутылка ли? — Волшебник затаил дыхание. — Бутылка с нарисованными на ней танцующими клоунами, не так ли? — тихо спросил лорд Каллендбор.
— Значит, эта бутылка у тебя, — заметил волшебник. Это был не вопрос, а утверждение.
Каллендбор повернулся лицом к волшебнику. Он улыбался так зловеще, что кобольдам было далеко до него.
— Да, советник Тьюс, она у меня, — ответил лорд. — Мне принес ее тролль, жалкий воришка. Он украл ее у других троллей, после того как они из-за нее жутко перессорились. После драки он выжил и, раненный, явился ко мне с этой бутылкой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
Загрузка...