А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Неверный шаг, самая незначительная ошибка грозят трагическим исходом для моей очаровательной помощницы.
Я обращаюсь к вашей доброй воле.
Он мог бы этого и не говорить. Публика и так уже была совершенно напугана и неподвижна.
– Как вы сами видите, – продолжал Мефисто, – Каролин лежит в ящике и голова ее находится под гильотиной. Должен предупредить, что это лезвие остро как бритва, то есть заострено до предела. Я покажу вам уникальную вещь, феномен, который медицинская наука знает давно, но страшится экспериментировать из-за возможно смертельного исхода…
Взгляд Мефисто обежал присутствующих.
– С помощью этой гильотины, – продолжал он торжественно, – голова отделяется от тела за долю секунды.
Можно полностью отделить ее от тела, но, если поставить ее на место в течение не более пяти секунд, возможно… весьма возможно, дамы и господа, что человек останется жив! И когда я говорю, что он останется жив, то хочу сказать, что он будет жить дальше совершенно прежним, без малейшей царапины или чего-нибудь в этом роде. И если вы считаете, что мои доводы неосновательны… Смотрите!
Он низко наклонился и направился к гильотине. Так как в глубине зала раздался истерический смех, Мефисто поднял голову с видом льва, обнаружившего, что его львица изменила ему.
– Прошу вас, – проворчал он с упреком, – никакого шума, никаких звуков, умоляю вас… Если не достигну необходимой концентрации внимания, то не смогу отвечать за безопасность моей ассистентки.
Смех мгновенно прекратился.
Мефисто медленно открутил веревку от колышка, одновременно натягивая ее, чтобы не дать ножу упасть.
За кулисами раздалась барабанная дробь. Помощник фокусника зарабатывал себе на хлеб. Начав с ленто, он достиг судорожного крещендо и сразу умолк.
– Внимание!!! – закричал Мефисто, отпуская нож.
Нож с легким скрежетом скользнул по пазам. Раздался глухой стук.
– Смотрите!
Мефисто схватил голову Каролин за волосы и поднял ее над своей головой. Ужасное зрелище длилось менее секунды, так как внезапно наступила темнота.
Сразу же поднялась паника и наступил хаос.
Пятьдесят учениц и все остальные оказались в темноте и вопили до хрипоты. Когда шум достиг своего апогея, огни рампы вновь загорелись, и все увидели Мефисто, стоящего перед ними с сияющей улыбкой.
– Прошу вас, успокойтесь… Я же вам сказал, что несчастного случая не будет, если смогу полностью сконцентрироваться, и я смог это сделать.
Он потянул за веревку, чтобы возвратить нож в первоначальное положение. Должен признаться, что я испытал чувство облегчения, увидев, что поверхность ножа чистая… Затем Мефисто поднял крышку "гроба".
– Каролин, – громко произнес он, – я хочу, чтобы вы вышли из ящика и сказали вашим друзьям, что вы невредимы.
Никакого ответа.
– Каролин, – громко повторил Мефисто, – пожалуйста… Сейчас не время шутить. Ваши друзья беспокоятся.
Опять ничего.
– Довольно шутить, Каролин! Вставайте!
Я почувствовал, что мою руку сжали, и повернулся к мисс Баннистер.
– Боюсь, – прошептала она, – боюсь несчастного случая… Не подниметесь ли вы на сцену и не посмотрите ли сами на то, что произошло?
– Я мигом.
Быстро вскочив, я помчался к кулисам. Когда я появился на сцене, страшный шум в зале ударил мне в уши. Вопили все ученицы. Мефисто повернул ко мне лицо, которое огни рампы превратили в маску дьявола.
– Ничего не понимаю, – бормотал он. – Беды не могло случиться… Это обыкновенная иллюзия. Я же ее предупредил. Вероятно, нервы…
Я отстранил его, чтобы заглянуть в ящик, в котором без малейшего движения лежала блондинка. Присмотревшись повнимательнее, я обнаружил, что она дышит.
Это уже кое-что, но я был заинтригован.
\На пластроне Мефисто сверкала бриллиантовая булавка.
– Позвольте! – буркнул я, быстро вытащил ее, возвратился к "гробу" и вонзил булавку в ягодицу блондинки.
Эффект оказался потрясающим! Каролин с пронзительным криком выскочила из ящика, упала, потом поднялась и злобно посмотрела на меня, прошипев:
– Гнусный.., развратный…
– Вы находились под влиянием травматического шока, – как нельзя серьезнее произнес я, – и нужен был другой шок, чтобы вывести вас из первого. – Я поднял руку. – Не благодарите меня, это совершенно естественно и бесплатно!
– Спасибо! – крикнула она. – Вы укололи меня нарочно, грубиян! Исключительно для того, чтобы позабавиться!
– Совершенно так же, как вы веселились над номером иллюзиониста. Так что мы квиты.
Каролин глубоко вздохнула. Я подхватил ее, и руки девушки обвились вокруг моей шеи.
– Не сердитесь, лейтенант, – прошептала она мне на ухо. – Я знала, что в этом случае вы обязательно подниметесь на сцену. Разве это преступление – познакомиться с вами поближе?
Я освободил голову и резко отступил, так что Карелии шлепнулась на пол.
А я начал успокаивать Великого Мефисто:
– Забавная девчонка, как бы сказала мисс Томплинсон. Вы должны были шире смотреть на вещи и гильотинировать ее по-настоящему. Я бы свидетельствовал, что вы действовали в целях законной самообороны.
– Да, нагнала она на меня страху.
Мефисто достал носовой платок, вытер пот на лбу и не заметил, как выскочили две белые мыши. Каролин увидела их, когда они пробежали по ее ногам. Блондинка в ужасе завопила, мигом вскочила на ноги и на большой скорости пересекла зал по направлению к двери под жидкие аплодисменты присутствующих.
"В зале вновь потух свет, и снова раздался оглушающий вопль девиц.
– Какой идиот это сделал? – заорал я, чтобы Мефисто мог услышать меня в этой какофонии.
Но не получил никакого ответа.
Я терпеливо ждал, когда зажжется свет. Но темнота, казалось, наступила навсегда, а истошные крики все усиливались. Я уже решил было растянуться в "гробу", в случае если мне предстояло провести ночь в заведении мисс Баннистер, когда вновь повсюду зажегся свет. Загорелись лампы в зале, засияла рампа, включился прожектор на сцене.
Публика разразилась аплодисментами, и Мефисто машинально раскланялся. Но не успел он выпрямиться, как какая-то идиотка вновь завопила.
Все повскакивали со своих мест. Девушки и даже преподаватели теснились в проходе. Вопли не утихали.
Громче всех кричала Каролин Партингтон. При этом она не только вопила, но и указывала на что-то пальцем. Все заметили это одновременно, так что не могу упрекнуть других за их крики. Более того, мне захотелось завопить так же, как вопили они, или еще громче.
Я ошибся, когда подумал, что все девушки столпились в проходах в тот момент, когда снова включился свет.
Одна из них осталась сидеть – блондинка, которая симпатизировала Лиззи Борден.
Она повалилась вперед, руки свисали со спинки кресла, стоящего перед ней. Из лопатки торчала рукоятка ножа, и даже издалека я понял, что мертвее девушки не бывают.
– Подумать только, что сейчас я не на службе, – горестно обратился я к Мефисто, и, так как он ничего не ответил, я решил, что он потерял сознание. Поблизости от блондинки две или три девушки упали в обморок, и мне показалось, что их примеру последуют и остальные. Я повернул голову, чтобы взглянуть на Мефисто.
Знаменитый фокусник исчез, не оставив и следа. Отсутствовал даже запах серы…
Глава 3
– Это вы, шериф? – буркнул я в телефонную трубку. – Жаль, что вы не пришли, получили бы массу удовольствия.
– Сеанс уже закончен?
– Нет. Я бы даже сказал, что он еще и не начинался.
– Ну что ж, тем лучше для вас, Уилер, – радушно проговорил Лейверс. – Хорошенько повеселитесь. А как прошло выступление?
– Полностью сорвано. В середине номера иллюзиониста погас свет, и кто-то подло воспользовался этим для того…
– Уилер, – сухо проронил Лейверс. – Предупреждаю, что если вы прижали в темном углу одну из этих девиц, то…
– Подло воспользовался этим, – повторил я, – чтобы зарезать одну из этих девиц.
– Что?!
– Ножом в спину.
Молчание шерифа длилось добрых пять минут.
– Вы пьяны, – наконец решил Лейверс.
– Я? Я трезв, как шериф.
– Боюсь, Уилер, что на этот раз не могу оценить ваше чувство юмора. Вы серьезно или шутите?
– Совершенно серьезно.
– Кто нанес удар?
– Это произошло в темноте, – устало объяснил я. – Девушка сидела в зале вместе с другими соученицами и всем персоналом. Но все повскакивали со своих мест. Когда зажегся свет, зрители находились в проходах между креслами. В результате у нас шестьдесят подозреваемых, не считая тех, кто мог проникнуть в помещение, пользуясь темнотой.
– Возьмите это дело на себя, – приказал шериф, – а я займусь формальностями. Пошлю вам двух парней из уголовной бригады с врачом и санитарной каретой – Ясно, шериф, но.., меня это не вдохновляет.
– Вам поручено провести следствие, Уилер, и не брыкайтесь!
– Хорошо. – Вздохнув, я про себя грубо выругался в адрес шерифа и повесил трубку.
Вошла мисс Баннистер. Она была бела, как пакетик из-под аспирина, руки ее слегка дрожали, но, когда патронесса заговорила, голос зазвучал совершенно спокойно:
– Я отправила воспитанниц по комнатам. Затем попросила мистера Пирса и мистера Дикса остаться в зале и проследить за тем, чтобы никто ничего не трогал до прихода полиции. Я поступила правильно? Мистер Пирс – профессор искусства, а мистер Дикс обучает языкам – французскому и испанскому.
– О'кей. А вы больше не видели Великого Мефисто?
– Нет, вы думаете…
– В принципе нет, но он исчез, когда погасили свет.
– Да? – протянула патронесса.
– А как звали несчастную?
– Жоан Крег… Это ужасно, лейтенант! Я никак не могу поверить тому, что случилось. Это как в кошмаре.
Мне кажется, что я вот-вот проснусь…
– К несчастью, это все-таки случилось. У вас есть какая-либо версия? Ну, почему ее хотели убить? – Разумеется, нет! Что за дикая мысль? – Мисс Баннистер прикусила губку. – Извините, лейтенант, но я совершенно ничего не соображаю сейчас.
– Что вы знаете о погибшей?
– Она приехала из Невады. Отец скотопромышленник, владеет крупным состоянием. Жоан пробыла у нас около шести месяцев.
– И больше ничего?
– Больше мне ничего не известно. Я плохой помощник вам в этом деле и крайне огорчена.
– Может, кто-нибудь знает о ней побольше?
– Вы собираетесь допросить всех?
Я вооружился терпением, чтобы ответить на этот вопрос.
– Мисс Баннистер, дело идет об убийстве. Обычай требует того, чтобы убийцу нашли. Это называется вести следствие, и люди, которые занимаются расследованием, задают вопросы всем свидетелям.
– Да, разумеется, – вздрогнула она. – Я просто подумала о той "рекламе", которую мы получим в ходе расследования.
Дверь резко распахнулась, и в комнату влетела мисс Томплинсон.
– Бедняжка Жоан! Это ужасно! Понимаете, если кто-то у меня под носом убивает человека, это потрясает.
Это все равно что играть в бадминтон зубами.
В холле ко мне подошел мужчина с лицом, похожим на лезвие ножа, и в тесном костюме. Это был сержант Полник.
– Лейтенант! – выпалил он. – Инспектор След находится в машине вместе с фотографом. Врачи и санитары уже работают.
– Хорошо, Полник, скажи Следу, чтобы прислал фотографа. Тело находится в большом зале, вон там. Кроме того, в момент преступления на сцене находился иллюзионист. Он называет себя Великим Мефисто. Такая большая зебра с бородой. Он не остался бы незамеченным даже летом в воскресенье в Кони-Айленд! Он исчез с того момента, когда зажегся свет в зале и обнаружился труп девушки. Попробуй отыскать Великого Мефисто и привести в зал, если найдешь.
– Ясно, лейтенант.
Я вернулся в зрительный зал. Врач как раз закуривал сигарету. Он поднял на меня глаза и проворчал:
– Пронесся слух, что впавший в детство шериф восстановил в прежней должности известного мне лейтенанта. Выходит, это чистая правда?
– Салют докторам! – холодно поздоровался я. – Скольких больных за это время вы отправили на тот свет?
– Над этим не мне приходится трудиться, – скорчил он недовольную рожу. – Этим занимаются другие. Причина смерти на этот раз очевидна. Полагаю, вы прекрасно знаете, что случилось, и не нуждаетесь в моих предположениях. И пока фотограф не закончит свое дело, я все равно не смогу ничего предпринять.
– Это уж точно.
– Естественно, потом произведу вскрытие. Но уже сейчас ясно: нож был очень острый и удар нанесен прямо в сердце.
– Значит, мы имеем дело с очень опытным убийцей или с никталопом.
– Как вы сказали? С кем?..
– Никталопом – человеком, видящим в темноте. Вы обязаны знать это, док.
Он не стал со мной спорить, лишь проворчал:
– Если нож достаточно острый, то для удара не требуется много силы. Доказательства я получу несколько позже.
– Может, это и не правдоподобно, но девушка могла быть убита другой женщиной… – размышлял я.
– Возможно, и так, – согласился врач.
Фотограф и След, маленький тип в очках без оправы, появились в зале и сразу же приступили к делу. Четверть часа спустя санитарная машина уже отъезжала со своими пассажирами: фотографом, врачом и свежим трупом девушки, оставив нас вдвоем со Следом в пустом зале.
Я вытащил сигареты и предложил инспектору.
– Благодарю, лейтенант, не курю.
– Сожалею, что не могу предложить вам стаканчик.
– Благодарю, лейтенант, не пью. – Затем он осмотрелся, как будто ничего подобного никогда не видел. – Не подскажете, в какого рода заведении мы находимся?
– В институте усовершенствования для девиц из высшего общества. Только не говорите мне, что это вас заинтриговало. Я вам не поверю.
В холле послышался шум шагов, и секундой позже появился мужчина, направившийся к нам. Он был молод. Волосы нуждались в стрижке, а усы в ножницах.
На мужчине были надеты бархатные штаны и толстая куртка, по-видимому из шелка. Во всяком случае, шелковой оказалась его ярко-красная рубашка, украшенная черной бархатной бабочкой, завязанной замысловатым бантом.
– Боже мой! – изумился След. – Это что такое? Воспитанница института?
– Не разрушайте моих иллюзий в отношении женского пола, – обиделся я. – Держу пари, это профессор рисования.
– Если он обучает искусству рисования женских грудей, у меня есть намерение записаться к нему.
– Послушайте, След… Нужно раз и навсегда пояснить некоторые детали: я лейтенант, и если кто-нибудь захочет быть забавным, то им буду я.
– Ладно, лейтенант… Не надо сердиться, это я так…
– Хорошо, курите.
– А для чего?
– Ради перемены. Любая перемена вам будет только на пользу.
Волосатик остановился возле нас.
– Кто из вас лейтенант Уилер? – осведомился он голосом кастрированного петуха.
– Говори, – кивнул я Следу.
– Который? – переспросил волосатик.
– Он, – указал След.
– Что касается вас, – подмигнул я Следу, – мне не нужно спрашивать, кто вы такой. Вы мистер Пирс, профессор рисования.
– Я? Нет! – возмутился он. – Я Дикс, профессор иностранных языков. Август Дикс. Что дало вам повод думать, что я преподаю рисование?
След прыснул было себе в кулак, но сразу же вспомнил, что я лейтенант, и заткнулся.
– В этом виноваты газетные вырезки, – пояснил я. – Чем могу быть вам полезен?
– Мисс Баннистер попросила Эдварда, я, конечно, говорю об Эдварде Пирсе, остаться здесь до прихода полиции. Довольно неприятная обязанность, лейтенант.
Вид крови действует мне на нервы, поэтому мы ушли, как только появился врач. Потом мне пришло в голову, что мы должны попросить на это разрешение, и я вернулся, чтобы принести извинения. – Он внимательно глянул на меня и испуганно спросил:
– Надеюсь, у вас ко мне нет претензий?
– Нет, вы правильно поступили. А куда пошел Пирс?
– Наверняка в свою комнату, – презрительно нахмурился мистер Дикс. – Думаю, что он курит свои отвратительные сигареты и, может быть, даже пьет виски.
– А вы не курите и не пьете?
– У меня нет столько скверных привычек!
– Так… Позвольте вам представить выдающегося инспектора Следа. Внимательно посмотрев друг на друга, вы поймете, какие преимущества имеют некурящие и не пьющие алкоголя.
Они какое-то время смотрели друг на друга, явно не довольные представшей перед каждым картиной.
– Лейтенант, – угасшим голосом заныл След, – я хотел бы выкурить ту сигарету, которую вы мне предлагали.
– Это ни к чему не приведет, мой юный друг. Чтобы избавиться от порока, надо было начинать с колыбели.
Дикс сложил руки так, как будто собрался прыгнуть в воду.
– Теперь я могу уйти, лейтенант?
– Хотел бы задать вам несколько вопросов, пока вы здесь. Вы знали эту девушку?
– Маленькую Крег? Да, как ученицу, конечно.
– Вам известен какой-либо мотив для этого убийства?
– Может, из зависти? – осторожно заметил Дикс. – Видите ли, она была очень красива, а ее семья чрезвычайно богата. У этой девушки всегда было полно денег.
– И никаких других причин?
– Ну… – Некоторое время Дикс колебался, затем бросил взгляд через плечо. – То, что я вам скажу, страшно конфиденциально. Понимаете, лейтенант? Я знаю, что она была дружна, очень дружна с Пирсом. Боюсь, что у Эдварда, к несчастью, имелась склонность к нарушению нормальных взаимоотношений между преподавателем и ученицей.
– И это могло стать достаточным поводом для убийства? Вы так считаете?
– У меня нет никаких определенных идей, лейтенант, – оскорбился Дикс. – Лично я никогда не смешивал свою служебную деятельность с интимной жизнью. К тому же, – промямлил он, – я уже жених.
– А кто же она? – встрепенулся След.
– Вы, безусловно, уже встречались с Агатой, – с гордостью поднял нос Дикс. – Ее нельзя не заметить. Естественная красота, и она вся пышет здоровьем.
Я на миг закрыл глаза, чтобы представить себе его невесту.
– Не идет ли, случайно, речь о мисс Томплинсон?
Дикс обрадовался:
– Я так и знал, что вы ее заметите! Она восхитительна, не правда ли?
– Очаровательное существо! Вы просто счастливчик и сделали замечательный выбор. Девица явно в теле. Примите мои поздравления и все прочее.
– Вы хорошо чувствуете себя, лейтенант? – озабоченно поинтересовался инспектор След.
– Отлично, дружок. Благодарю за заботу!
Снаружи послышались чьи-то тяжелые шаги, предвещающие появление Полника. Почти добежав до нас, он все же замедлил свой ход и остановился, задыхаясь.
– Ты нашел Великого Мефисто?
Сержант утвердительно кивнул, а я стал ждать, когда он переведет дыхание и сможет заговорить.
– Да, я нашел его, лейтенант.
– Отлично. Почему же ты тогда не привел его сюда?
– Да все из-за правил, лейтенант. Я еще младенцем знал, что труп нельзя перемещать с места преступления…
Глава 4
– Так вот, шеф, если вы будете любезны, то попросите санитарную машину с врачом и фотографом развернуться и проследовать в обратном направлении. Мне было бы неудобно самому просить их об этом.
– Уилер… – Голос бедного шерифа прозвучал почти умоляюще. – Признайтесь, что вы выпили!
– Ну если самую малость, – признался я. – Тем не менее здесь произошло еще одно убийство.
– Это то, чего я опасался. И теперь этот фокусник, приносящий несчастье, сам получил нож в спину?
– Волшебник!
– Что?
– Я говорю – волшебник, иллюзионист, а не фокусник.
– Для вас волшебник, – проворчал Лейверс. – Заколот, говорите вы, как та девица?
– Совершенно верно. Его обнаружил Полник.
– А где в точности?
Вот! Вопрос, которого я опасался. Глубоко вздохнув, я сообщил шерифу:
– В гимнастическом зале, верхом на деревянном коне.
Нагнувшись вперед, застрял между ручками, которые помешали ему упасть.
– Уилер, – простонал шериф еще не сердито. – У нас ведь пока не Первое апреля.
– Вы правы, шеф.
– Тогда, лейтенант, выкручивайтесь сами из неприятного положения. Вызовите уголовную бригаду и заставьте других возвратиться назад. Я больше этого делать не могу, потому что мне необходимо лечь в постель.
В телефонной трубке раздался щелчок. Отбой. Я подождал секунду и, не кладя трубку, позвонил в уголовную бригаду. Проделав эту неприятную работу, я закурил.
Мисс Баннистер вопросительно уставилась на меня:
– Лейтенант, я понимаю, что вы находитесь при исполнении служебных обязанностей, но то, что происходит, настолько ужасно… Могу вам предложить стаканчик?
Я с восторгом принял приглашение, и она наполнила слегка дрожащей рукой два стакана.
– Кажется, лед растаял, – промолвила патронесса. – Позвоню на кухню, чтобы принесли…
– Не стоит. – Я почти вырвал у нее из рук стакан, и в этот момент постучали в дверь.
– Войдите, – разрешила мисс Баннистер.
Дверь отворилась, и появился инспектор След:
– Да, лейтенант?
Я уставился на него.
– Я не знаю, лейтенант.., но вы должны мне сказать…
– Что сказать?
– Ну.., что хотите.
– Сказать то, что я хочу? Это будет довольно долго: миллион долларов, фургон хороших вещей и… Но в конце концов, если вы в своем уме, на кой вам это, черт возьми! Зачем вы сюда приперлись? Я же вам приказал находиться в гимнастическом зале, пока туда не прибудут остальные.
Инспектор смотрел на меня несколько секунд, затем снял очки, энергично протер стекла, водрузил их обратно на нос и холодно взглянул на меня.
– Вы, может быть, забыли, лейтенант, что две минуты назад связались со мной по телефону и, предупредив, что находитесь в кабинете мисс Баннистер, попросили меня зайти сюда.
– Я не помню ничего подобного. К тому же у меня есть свидетель, который все время находился здесь. Вы помните такой разговор по телефону, мисс Баннистер?
– Нет, – твердо заявила она. – Вы звонили шерифу, потом в уголовную бригаду, и все!
– Вот видите. След, если у кого и имеются видения, то это только у вас, потому…
Свою глубокую мысль я не стал развивать далее, а устремился в зал по коридору, ведущему на лестницу, по которой проскакал, перепрыгивая через ступеньки, как кенгуру.
Гимнастический зал был совершенно в таком же состоянии, за исключением трупа Великого Мефисто. Труп исчез.
Инспектор След появился на несколько секунд позже и уставился на деревянного коня так, как будто не верил собственным глазам.
– Он ушел! – воскликнул След. – Но это невозможно! Покойники не могут ходить! – резонно заметил он.
– Если он ушел, – заявил я, – значит, это возможно. Что касается других ваших утверждений, то это весьма сложный вопрос, чтобы я смог сразу на него ответить. Но судя по всему, предполагаю, что труп вышел отсюда при помощи персоны, которая позвонила вам по телефону, чтобы удалить вас отсюда. И пока вы ходили в кабинет мисс Баннистер, у этой персоны было достаточно времени, чтобы вполне спокойно унести Великого Мефисто.
– Лейтенант, – признался След, – вероятно, вы правы. Я заметил: стоило мне куда-нибудь прийти, как тут же раздавались чьи-нибудь шаги. Послышались они и на этот раз.
В комнату ввалился врач в сопровождении санитаров и фотографа.
– Вот и мы, – с кислым видом произнес врач, – а где же он?
– Вы знаете столько же, сколько и я.
– Сейчас не время для шуток, Уилер! – возмутился доктор. – У меня свои планы на ночь.
– Ладно, буду с вами честен: труп исчез. И я не имею ни малейшего представления, куда он переместился. Есть версия, что он где-то неподалеку. Наверняка у трупа слабые ноги. Пойдите повидайте Полника, – обратился я к Следу. – Он ведет переговоры с Пирсом в павильоне для рисования. Начните поиски, обжарьте все, но не возвращайтесь без этого проклятого трупа!
– Есть, лейтенант, – жалобно проблеял След и покинул гимнастический зал.
– А что делать мне? – не унимался врач Мэрфи.
Я приблизился к деревянному коню и стал внимательно осматривать его.
– Вы могли бы помочь мне в поисках трупа.
– Боже мой! – Мэрфи взорвался. – Если вы не представите мне труп в течение пяти минут, я пошлю подробный рапорт шерифу, который отправит вас туда, откуда вы явились два дня назад.
– Крови нет, – отозвался я.
– Что?
– На коне не видно крови.
Мэрфи приблизился ко мне с недоуменным видом.
– А что это доказывает? – поинтересовался он.
– Очень многое. По-видимому, Мефисто закололи таким же образом, что и девушку. А что, такая рана сильно кровоточит?
– Нет, если удар нанесен столь же умело, как и в первом случае. В каком положении он находился, когда вы его обнаружили?
– Верхом на коне с наклоном вперед. Ручки мешали ему упасть.
Мэрфи встал на четвереньки и внимательно исследовал пол. Затем поднялся и стряхнул пыль с колен.
– Никакой крови на полу. Странно, что ее нет и на коне… Правда, это вполне возможно, раз труп находился в таком положении, но на полу должно остаться хоть несколько капель крови. – Мэрфи неприязненно взглянул на меня. – Вы совершенно уверены, что фокусник мертв?
– Да! Вполне вероятно, что в этом году модно носить ножи в спине.
Мэрфи зло посмотрел на меня, потом на часы:
– У вас в запасе около трех минут, Уилер!
– А вы познакомились с директрисой, мисс Баннистер?
– Нет.
– Вылитая Ава Гарднер, только волосы покороче.
– В самом деле? – явно заинтересовался Мэрфи. – Она случайно не нуждается в помощи? Пока я здесь…
– Сейчас выясню.
В глубине зала, на стене, висел телефонный аппарат, а возле него лист бумаги с номерами внутренних телефонов. Номер телефона в кабинете мисс Баннистер был двадцать три. Я набрал номер, и мисс Баннистер сразу ответила на звонок.
– Это Уилер, – прошептал я. – Выручайте, попал в скверное положение.
1 2 3 4 5 6 7 8
Загрузка...