Загрузка...
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Думаю, я вернусь позже, – сказал я, только вряд ли кто-либо меня слышал.
Затем я быстро шмыгнул из комнаты, прежде чем они смогли опомниться, и не останавливался, пока не очутился на крыльце. Прохладный ночной ветерок высушил мой лоб, а залитое звездами небо вселило уверенность. Я закурил и сразу почувствовал себя лучше, потом услышал за спиной легкие шаги и с перепугу подпрыгнул с места дюймов на шесть.
– Извините, если напугал вас, лейтенант, – тихо проговорил Поп Ливви. – Но я просто кое-что вспомнил и подумал, что это может оказаться важным.
– А именно? – спросил я, чувствуя, что нервы у меня совсем ни к черту.
– Это касается дома, – осторожно начал он. – Бывший хозяин жаждет откупить его обратно, но я отказываюсь продать.
– Вы хотите сказать, возник тот самый парень, что вытащил из машины двигатель, дабы никто, кроме него, не смог на ней ездить? Я считал, что он уже умер или что-то в этом роде.
– Он не умер, – ответил Поп. – Он уехал. Или, скорее, его выслали. Если быть точным, то на тридцать лет.
– Да? – спросил я, не скрывая интереса. – Расскажите-ка поподробней.
– Я пытаюсь объяснить вам, что сейчас он на свободе.
– И что?
– Я бы сказал, он питает особое пристрастие к дому – так мне думается. – Поп явно казался обеспокоенным. – Может, существует какая-то связь между ним и человеком, которого убили в гараже сегодня вечером?
Я пожал плечами.
– Кто знает? – После всего, что мне уже пришлось пережить нынешней ночью, все казалось возможным. – Как его зовут? – спросил я. – Того человека, что хочет купить свой бывший дом.
– Джоунз, – ответил Ливви.
– Уникальное имя, – буркнул я.
– Он был гангстером, и очень порочным, как мне кажется. Он… – Поп внезапно умолк и резко развернулся к открытой двери. Изнутри дома доносился топот, какой издает, как минимум, стадо бегущих слонов, и с каждой секундой этот шум становился все более грозным.
Мгновение, и на крыльце вывалился Полник с обезумевшими от ужаса глазами.
– Эй, лейтенант! – завопил он. – Спасайтесь!
Он схватил меня за руку, увлекая за собой, не оставив мне иного выбора, кроме как мчаться галопом рядом с ним. Когда мы достигли машины, он рывком распахнул дверцу, бросился на сиденье водителя, судорожно передвинулся на другую сторону и рухнул на пассажирское место.
– Уезжаем, лейтенант. – Он отчаянно хватал ртом воздух. – Она людоедка. Она гонится за мной – о Господи!
Я заметил, как в дверном проеме мелькнули сильные загорелые ноги и трико под леопарда. Этого мне было более чем достаточно. Задние колеса томительно долгие секунды яростно пробуксовывали, потом обрели силу сцепления, и мы помчались по подъездной дороге. Когда автомобиль вихрем проносился мимо крыльца, я услышал слабый крик Попа:
– Священник Джоунз, лейтенант! – Однако мы уже вылетели за ворота и свернули на дорогу.
К тому времени, когда мы достигли шоссе, машина набрала скорость восемьдесят пять миль, поэтому я снял ногу с педали газа и смотрел, как стрелка спидометра медленно ползла обратно.
– Вы думаете, уже безопасно снижать скорость, лейтенант? – спросил Полник дрожащим голосом.
– Мы в безопасности, – глянув назад, успокоил я напарника. – В зеркале не видно, чтобы Антония гналась за нами!
– Да? – Похоже, я его совсем не убедил. – А откуда вам знать, что она уже не опередила нас, лейтенант?
Ведь она умеет бегать по деревьям.
Глава 3
Шериф Лейверс смотрел на меня через свой стол с такой зловредной напряженностью, что, казалось, его глазные яблоки в любой момент готовы расплавиться.
Должен признаться, в холодный день такая возможность казалась странной даже мне. Звонок Полника тоже не очень-то разрядил обстановку, наоборот – час назад он сообщил, что останется дома, поскольку все ребра у него якобы переломаны. Как все гениальное, преподнесенный им предлог прозвучал неубедительно.
– Твоя способность к воспроизведению, допустим, потомства никогда не ставилась под сомнение, Уилер, – зловеще прорычал Лейверс, – но даже я не предполагал, что твое воображение заведет тебя так далеко.
– Я ничего не могу поделать со всеми теми событиями, что произошли прошлой ночью, – сказал я угрюмо.
– Давай снова повторим все вкратце, – буркнул он. – Пятеро человек живут в том доме, верно? – Он не стал дожидаться моего подтверждения. – Владелец зарабатывает кое-что тем, что выступает в песенных и танцевальных шоу; в числе других есть девушка-акробатка, гигантская сильная женщина в трико под леопарда, иллюзионист, умеющий метко стрелять, и иссушенный невзгодами комик, правильно? Труп обнаружили лежащим на капоте старинного автомобиля, который не выводили из гаража лет тридцать, поскольку бывший владелец, перед тем как покинуть дом, снял и унес или спрятал двигатель, верно?
– Я…
– Вы поспешили убраться оттуда, потому что женщине-силачке понравился сержант Полник, и она принялась носить его на руках, как младенца, так я понял твой лепет?
– Ну… – Я безжизненно улыбнулся. – Я согласен, что все услышанное вами звучит несколько необычно, сэр, но…
– Необычно? – Вены набухли у него на лбу, как стальные канаты. – Ради Христа, Уилер, за кого ты меня принимаешь? Ты считаешь меня таким наивным, словно я только вчера появился на свет? Я хочу знать, чем вы на самом деле занимались с этим контуженным сержантом прошлой ночью… Нюхали кокаин, кололись разбавленными наркотиками? Что потом?
Я подумал, что хорошо бы сменить тему разговора.
– Есть кое-что еще, шериф, – энергично встряхнулся я. – Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Джоунз?
Он издал какой-то придушенный звук, и я подумал, что шерифа хватит удар прямо на моих глазах. Его лицо приобрело красно-свекольный цвет, зрачки бешено вращались; из глубины груди доносились слабые, булькающие хрипы, а правый кулак стучал по крышке стола со спазматической яростью.
– Нет, лейтенант! – Наконец-то ему удалось сделать глубокий вдох. – Я никогда не слышал о человеке по имени Джоунз! Однажды я встречался со Смитом в Сан-Франциско, и даже с парой Браунов в Лос-Анджелесе, но с Джоунзом – никогда! – Как всегда, он проревел последнее слово, широко разинув рот.
Прежде чем я успел вставить хоть слово, раздался стук в дверь и в кабинет вошла секретарша шерифа Аннабел Джексон. Сегодня на ней были простая черная юбка и тонкий черный свитер с высоким воротником – он прекрасно контрастировал с ее медово-светлыми волосами и подчеркивал гордые контуры грудей.
Проходя к столу шерифа, она бросила на меня холодный взгляд, я подмигнул ей в ответ, но она лишь слегка поморщилась.
– Только что получены результаты вскрытия от доктора Мэрфи, шериф, – кратко доложила она и положила на стол скоросшиватель. – Я подумала, что вы захотите взглянуть на них прямо сейчас.
– Спасибо, мисс Джексон, – проворчал Лейверс. – Позвольте задать вам вопрос. Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Джоунз?
Ее глаза слегка расширились.
– Понимать как шутку, сэр?
– Полагаю, вы правы, – согласился он. – Вам известно, что у лейтенанта бурное воображение, мисс Джексон?
Аннабел бросила на меня холодный, оценивающий взгляд, потом кивнула.
– Это видно! – подтвердила она.
Ее каблуки дробно простучали по полу. И она исчезла в приемной. Я наблюдал, как шериф делает медленный, осторожный вдох, приходя в себя, и ждал момента вставить слово, прежде чем он успеет снова наброситься на меня.
– Священник Джоунз? – полувопросительно пробормотал я.
– Уилер! Я не стану терпеть твое странное, идиотское, не подчиняющееся дисциплине… – Он медленно заморгал. – Ты сказал, Священник Джоунз?
– Я сказал? – испугался я.
– Где ты слышал это имя?
– Это тот самый человек, у которого Поп Ливви купил дом, и теперь он пытается выкупить его обратно, – объяснил я. – Признаюсь, это немного не укладывается пока у меня в голове. Поп говорил что-то о том, что последние тридцать лет Джоунз провел в тюрьме и…
– Заткнись! – рявкнул Лейверс. – Я думаю.
Я заткнулся. Кто я такой? Всего лишь скромный лейтенант; и мне ли мешать окружному шерифу получать удовольствие от осмысления неповторимого жизненного опыта? Через пару минут давящей тишины он завопил, зовя Аннабел, и она мигом примчалась. В ее глазах мелькнуло разочарование, – когда она увидела, что я еще не ушел.
– Мы уже получили снимки'" из морга? – спросил Лейверс.
– Да, сэр. – Аннабел брезгливо скривилась. – Там было целое море крови.
– Меня интересует лицо, – оборвал ее Лейверс. – Я хочу, чтобы вы немедленно показали одну фотографию капитану Паркеру из отдела по расследованию убийств.
Передайте ему: у меня есть подозрение, что труп принадлежит одному из бывших сообщников Священника Джоунза, и попросите его, чтобы он сразу проверил в архивах.
Пусть он мне позвонит в любом случае, если что-нибудь выяснится – или не выяснится.
– Да, сэр. – Аннабел замешкалась. – Вы сказали, Джоунз?
– Разумеется, я сказал, – огрызнулся он. – Священник Джоунз. Любой мог бы подумать, что это необычное имя – оно что-нибудь да значит!
Лейверс нахмурился, глядя в ее удаляющуюся спину, а когда Аннабел скрылась в приемной, подозрительно посмотрел на меня:
– Ты не ухлестываешь снова за моей секретаршей, Уилер?
– Нет, сэр! – не без сожаления признался я. – Кажется, в ближайшие дни у меня не будет такой возможности.
– Ладно, тогда, должно быть, с ней что-то происходит, – озадаченно пробормотал он. – Когда я сказал "Джоунз", она отреагировала так, словно я отпустил какую-то двусмысленную шутку.
– Не вы, сэр, – добродушно поправил я шефа.
Некоторое время он колебался, потом решил махнуть на подобную мелочь рукой и заняться изучением результатов вскрытия. Я закурил и задумался над тем, почему вообще стал полицейским, когда на свете столько увлекательных профессий, например работа в отделе оздоровления и тому подобное.
– Вероятное время смерти – за два или три часа до того, как был произведен осмотр, – прочитал он вслух. – И что это значит? В котором часу произошло убийство?
– Вчера между десятью и одиннадцатью часами вечера.
– Пуля 38-го калибра не правильной формы со смещенным центром тяжести? – Он недоуменно покачал головой. – Какого черта кому-то понадобилось использовать такую пулю?
– Все возможные причины наводят тоску, – ответил я и пояснил:
– К примеру, ты так сильно ненавидишь свою жертву, что простого убийства недостаточно.
А это значит, что мы имеем дело с психопатом или садистом или тем и другим в одном лице.
– Возможно. – Шериф безразлично пожал плечами.
Зазвонил телефон, и он быстро схватил трубку:
– Лейверс. – Он внимательно слушал, и мне показалось, что это длится черт знает сколько времени. Наконец он обеспокоенно откашлялся. – Миссис Полник, – сказал шериф, – даю вам честное слово, что все увечья, нанесенные вашему мужу прошлой ночью, были получены исключительно при исполнении служебного долга. – Он поспешно бросил трубку и гневно сверкнул на меня глазами. – Она хочет знать, какое я имел право приказывать ее мужу отдаться в руки странной женщине.
– Да, сэр, это право жены. – Я старался избегать его подозрительного взгляда.
– Я надеялся, что звонит Паркер, но мисс Джексон, вероятно, сейчас только подъезжает к его офису.
– Шериф, – холодно произнес я, – сколько вы еще собираетесь водить меня за нос?
– Что?..
– Священник Джоунз! – сердито проворчал я. – Кто он такой, черт возьми?
– Тогда тебя и на свете не было, Уилер, – начал он. – Да и я сам еще не вышел из подросткового возраста. А Джоунз уже был главарем нескольких банд, орудующих в наших краях. Чем он только не занимался: наркотики, проституция, аферы, заказные убийства, – всего не перечислишь. И быстро поднимался по ступеням преступной лестницы, сметая любого, кто стоял у него на пути. Пока он находился на вершине, успел выстроить себе дом в Пайн-Сити – думаю, ты мог бы назвать его архитектурный стиль, скажем, Баронская Контрабанда. Дом устарел на тридцать лет, прежде чем его выстроили – но, Господи, может, он и его дружки мечтали о великом стиле Аль Капоне? Так или иначе, он поселился в доме вместе со своей женой и младенцем и намеревался стать законопослушным гражданином. Уж не представляю, где он раздобыл старинную машину, в которой разъезжал по округе. Очень гордым и важным он выглядел в ней, сидя сзади, а шофер в униформе – снаружи. Потом вдруг почва ушла из-под его ног. Ты, наверное, помнишь иронию судьбы Аль Капоне, который загремел в тюрьму всего лишь за уклонение от уплаты налогов? Так и Священник Джоунз. Может, Джоунз взял себе за эталон жизни карьеру Капоне, раз его посадили в тюрьму по той же причине. Пока он отбывал срок, его жена и ребенок куда-то исчезли.
– А Поп Ливви купил дом, – продолжил я.
Лейверс зажег сигару и стрельнул в меня неожиданно добродушным взглядом.
– Когда проверили все его книги, а это происходило до того, как фальшивомонетничество стало настоящим искусством, когда нашли все его фиктивные счета и выследили дутые компании, все равно примерно полмиллиона оставались неучтенными. Предполагалось, что это были наличные деньги и, должно быть, Джоунз спрятал их в каком-нибудь укромном месте и не собирался показывать, где именно. Тогда его дом перевернули вверх дном, чуть ли не разнесли по кирпичику, но так ничего и не нашли.
Телефон вновь зазвонил – это был капитан Паркер.
Лейверс внимательно слушал, время от времени что-то ворча и делая пометки в записной книжке.
– Большое спасибо, капитан, – наконец сказал он. – Я очень вам благодарен… Разумеется… Дело ведет Уилер… Нет, полагаю, у него не возникает особых проблем, раз мы уже проделали большую часть работы! – Потом он повесил трубку и засиял, чувствуя удовлетворение и превосходство.
– Не спешите, шериф, – огрызнулся я. – Помните, что гениев нельзя торопить.
– Все замечательно сходится. – Лейверс злорадствовал. – Джоунз полностью отсидел тридцатилетний срок и был освобожден шесть недель назад. Итак, что он делает? Естественно, сразу возвращается в Пайн-Сити и пытается выкупить назад свой старый дом. А твой труп принадлежит старому корешу Джоунза – Эдди Морану, мелкому мошеннику, что провел большую часть своей жизни за решеткой. – Шериф удобно устроился в кресле и выпустил в мою сторону облако едкого черного дыма. – Все отлично сходится, Уилер. Джоунз хочет получить обратно свой старый дом только по одной причине: деньги до сих пор находятся там, они спрятаны или в самом доме, или где-нибудь поблизости. Но нынешний владелец отказывается продавать дом, значит, если Джоунз не может получить то, что хочет, законным путем, он пытается добиться своего хитростью или силой. Он сразу разыскивает своего старого приятеля, Эдди Морана, и посылает его, чтобы тот проник в дом.
– Зачем?
Лейверс снова запыхтел сигарой, выпустив в меня одну за другой удушливые грозовые тучи.
– Чтобы облегчить тебе работу, Уилер, я могу даже сказать, где можно сейчас найти Священника Джоунза. Он остановился со своим сыном в отеле "Звездный свет"! Поэтому отправляйся прямиком туда и начинай раскручивать дело.
– Почему его зовут Священник Джоунз? – спросил я.
– Он преждевременно облысел, – объяснил Лейверс. – Макушка головы похожа на бильярдный шар, а на затылке и над ушами растут пышные волосы. Не спрашивай, почему, но бытует мнение, что подобное экстравагантное украшение делает его похожим на священника.
Я поднялся, чувствуя в себе готовность и страстное желание одним махом преодолеть три квартала и очутиться в отеле "Звездный свет", только прежде я должен был что-то сделать с самодовольным и чопорным выражением лица Лейверса и с сигарным дымом тоже.
– Ну, спасибо, шериф, – сказал я как можно более искренне. – Даже совсем незначительная помощь в процессе расследования на самом деле воодушевляет.
– Что ты имеешь в виду – незначительная помощь? – взревел он.
– То, что вы повесили ярлык на жертву и установили его связь со Священником Джоунзом, – ответил я.
– Ты называешь это незначительной помощью? – возмутился он. – Да дело, считай, почти завершено.
– Джоунз хочет получить свое награбленное добро из дома, который сейчас принадлежит Попу Ливви, – начал я с безграничной и, чего греха таить, показной терпимостью. – Он не может выкупить дом обратно, поэтому посылает кого-то, чтобы вернуть деньги.
– Как я тебе уже говорил, – самодовольно уточнил Лейверс.
– Тогда кто убирает Эдди Морана? – резонно спросил я.
– Послушай, это.., это.., ну да. – Он вытащил сигару из зубов и теперь изумленно смотрел на меня, широко открыв рот. – Твоя правда. Священник Джоунз не мог его убить.
– Да, шериф, вы предприняли хорошую попытку, – заверил я его. – Вы столько думали – внимательно, логично, – все обосновали, что становится просто стыдно: почему не получается свести концы с концами?
Он сердито смотрел на меня, стараясь понять, пытаюсь ли я вывести его из себя или нет. Я подумал, что сейчас самое время уходить.
Аннабел Джексон сидела за своим столом и просматривала какие-то бумаги. Я стоял в дверях и наблюдал, как она озабоченно хмурится и задумчиво покусывает нижнюю губу. У нее можно было поучиться умению сосредоточиваться. Потом она вдруг заметила мое присутствие и вопросительно подняла бровки.
– Что вы себе позволяете? – холодно потребовала она ответа.
– Я всего лишь наблюдал за вами.
– И несомненно, думали всякие гадости, – заметила она, состроив кислую мину.
– У меня ничего плохого и в мыслях не было, – запротестовал я. – Если хотите знать, я стал сентиментальным и угрюмым, потому что все прекрасное, что когда-то расцвело между нами, увяло и умерло.
– О чем вы говорите? – резко спросила она. – Не о комнатном ли растении?
– Между нами ничего не было, – беспечно ответил я. – Даже комнатного растения. А сейчас может возникнуть железная стена.
– Существует такая вещь, как самозащита, – заметила Аннабел, – и, возможно, даже железной стены будет недостаточно, если в вашей квартире окажется девушка. Тихая музыка, уютная обстановка, крепкие напитки – на самом деле все это банальнее банального.
– Тогда мы отправимся на представление, – предложил я.
– А после? – Она ослепительно улыбнулась. – Нет, Эл, серьезно, почему вы никогда не принимаете в ответ слово "нет"?
– Вы когда-нибудь задумывались над тем, – спросил я вкрадчиво, – что так больше не может продолжаться – подавлять в себе страсть, искушение уступить?
Если бы вы справились со своим комплексом, вам, уверен, стало бы намного лучше. Перестаньте сдерживаться. Тогда вы не будете выглядеть такой ущемленной и разочарованной.
Я быстро преодолел расстояние до двери, прежде чем она успела схватить со стола металлическую линейку и запустить ею в меня, но на пути к машине мне пришлось отметить про себя, что при желании она сразила бы меня техничным нокаутом.
Глава 4
По надменному виду портье можно было предположить, что он является владельцем отеля "Звездный свет", а не просто одной из служивых пешек. Когда я вошел в вестибюль, он высокомерно взглянул на меня из-за своего стола, и его брови взлетели вверх на добрых полдюйма.
– Извините, – заявил он, прежде чем я успел открыть рот, – но у нас все номера заняты. Попытайтесь спросить в "Континентале", напротив. Может, там вам повезет.
– Кто вам сказал, что я хочу снять номер? – проворчал я. – Я здесь только потому, что парень, с которым мне нужно встретиться, остановился у нас.
– О! – Его брови оставались поднятыми. – Почему вы сразу не сказали? Я.., подождите минутку.
Он быстро вышел из-за стола, чтобы поприветствовать пышную блондинку в джинсах-стретч, так плотно облегавших ее расплывшиеся бедра, что, казалось, в любой момент они могли с треском лопнуть.
– Доброе утро, мисс Адель, – поздоровался портье слащавым голосом. – Как мы чувствуем себя сегодня?
– Прекрасно, Седрик, – ответила она. – Просто замечательно. Для меня есть почта?
– Кажется, два письма, – подобострастно ответил он, а дама нежно проворковала в ответ:
– Я сейчас же посмотрю.
Он повернулся ко мне спиной и принялся торопливо искать ее почту, а я тем временем воспользовался паузой, подошел к женщине и швырнул перед ней на стол значок полицейского.
– Лейтенант Уилер, – веско представился я. – Из службы шерифа. Я хочу поговорить с вами, Седрик.
Он резко повернулся и посмотрел на меня широко раскрытыми, обеспокоенными глазами.
– Поговорить со мной? – В его голосе звучала тревога. – О чем?
– По личному вопросу. – Я бросил многозначительный взгляд на женщину, и она поспешно отошла на несколько шагов – Вы снова взялись за свои старые фокусы, – добавил я, накаляя обстановку.
– Ф-фокусы? – Он начал заикаться. – Какие фокусы, лейтенант? – Кровь хлынула к его лицу, а глаза готовы были выскочить из орбит, когда он беспомощно переводил взгляд с меня на женщину.
– Да, Седрик, – мягко сказал я, – видите ли, она написала жалобу.
– Кто написал жалобу? – завизжал он. – Вы ошибаетесь, лейтенант.
– Я бы хотела получить свою почту, – холодно заявила толстушка.
– О да, разумеется, мисс Адель. – Портье протянул ей два письма, она буквально вырвала их у него из рук и отошла от стола.
– Мне кажется, я действительно ошибся, Седрик, – произнес я, когда женщина уже не могла нас слышать. – И все же смотрите на вещи оптимистически. Я подумал, что толика здорового юмора немного поднимет тонус заведения.
– Очень смешно, лейтенант, – кисло ответил портье. – Шутка крайне дурного вкуса.
– Вы правы. Может, именно поэтому у меня мало друзей. – Я спрятал свой значок в карман и ободряюще – улыбнулся – Я ищу человека по имени Джоунз.
– А?.. – Он все еще никак не мог прийти в себя.
– Мистер Джоунз из Сан-Франциско. Насколько я понял, его сын тоже остановился здесь.
– Фешенебельный люкс на верхнем этаже, – автоматически ответил портье.
– Благодарю. – Я подарил ему еще одну теплую, бодрящую улыбку. – Большое спасибо.
Я удалился шагов на десять, когда голос вернулся к нему.
– Лейтенант, – окликнул он. Я остановился посреди вестибюля. – Если вы имели в виду миссис Эпплоярд, то она не имела права… Я хочу сказать, что она действительно пригласила меня к себе в номер выпить, когда я сменился с дежурства, и на ней почти ничего не было… И все события, что потом последовали… Клянусь, я не виноват, она действительно не имела права жаловаться.
– Забудьте об этом, Седрик. – Я решил разыграть великодушие. – Но в следующий раз все же будьте поосторожнее. Стоит только женщине поймать тебя за яйца – и хана, уже никогда не отпустит. Прислушайтесь к моему совету. Я знаю, что говорю.
– Да, лейтенант. – Он благодарно улыбнулся. – Спасибо.
– И еще одно, Седрик, – твердо сказал я. – Продолжайте оказывать людям личное внимание – даже если вы и не знаете, что у них при себе служебные значки. Тогда вы, скорее всего, сумеете избежать неприятностей.
Я заметил в глазах портье проблеск понимания, повернулся к нему спиной и направился к лифту.
Фешенебельный номер люкс отеля "Звездный свет" имел свой собственный холл при входе; он размещался сразу возле лифта, поскольку считалось: если человек платит такую прорву денег, он может позволить себе пожить в уединении. Я подумал, что после долгих лет тюремного заключения Священник Джоунз вдвойне дорожит спокойствием и неприкосновенностью. Я нажал на звонок и ждал, пока мне откроют дверь, размышляя от нечего делать о том, чего бы хозяину номера сейчас хотелось больше всего на свете. Дверь открылась, и праздные мысли улетучились.
У нее были рыжие волосы и отсутствующий взгляд, а глаза смотрели сквозь меня так, словно меня не существовало. На ней было что-то похожее на домашний халат, едва прикрывающий бедра; держался он на поясе, завязанном на слабый узел, обнажая сокровенные округлости ее грудей. Выглядела она так, словно ее оторвали от какого-то увлекательного занятия, и я сразу догадался, что Священник Джоунз не теряет зря времени, получая удовольствия от жизни полной мерой.
– Вы что-то хотите? – спросила она, на время перестав перемалывать челюстями жвачку.
– Да, – несколько ошеломленный, ответил я. – Желаю встретиться с мистером Джоунзом.
– Да? – переспросила она слегка заинтересованно.
– Да, – повторил я. Последовала пауза, во время которой она рассматривала меня без особого любопытства. Я добавил:
– Так вы скажете Священнику, что я пришел?
– Думаю, вы можете войти. – Она сладко зевнула. – Пока вы здесь, я смогу немного отдохнуть.
Я последовал за ней в шикарную гостиную с зеркальным окном, откуда открывался вид на центр Пайн-Сити, и наблюдал, как она неуклюже устраивалась в кресле.
– Эй, Священник! Тебя хотят!
– Не сейчас, беби, – послышался из ванной мужской голос. – Я бреюсь!
Челюсти рыжеволосой девушки ритмично и бесшумно делали свое дело; потом она снова открыла рот;
– Я не то имела в виду – тут какой-то парень хочет с тобой встретиться.
– Кто он? – крикнули в ответ.
– Да… – Она замялась. – Кто ты?
– Друг Эдди Морана, хочу осведомиться о его здоровье.
Девица во всю глотку проорала мои слова, дверь ванной тут же распахнулась, и мистер Джоунз чуть ли не бегом влетел в комнату. Его волосы выглядели в точности так, как описывал Лейверс, только теперь они были не черные, а седые и каким-то странным образом действительно придавали его обвисшему, морщинистому лицу выражение добродушия и благообразности.
1 2 3 4 5 6 7 8