Загрузка...
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Отложите это лет на десять, пока вы не станете достаточно взрослой, чтобы знать, о чем говоришь.
— Поверьте, это все очень смешно, — отозвалась она, доказав тем самым, что не слышала ни единого слова моего мудрого совета, — но вчера вечером, после того, как все закончилось, Эдди прямиком отправился в постель.
— И? — терпеливо спросил я.
— И... — Она еще немного повертела в руках стакан. — Возможно, он был чрезмерно напуган, чтобы что-то предпринимать.
— Что означает, что давешняя сцена была реальностью?
— А почему бы и нет? — Кэйт с готовностью обратила на меня сияющий взгляд. — То, как выглядел этот мужчина, и то, как он разбил очки Эдди и врезал Хэллу Уайту... Не думаю, что он в тот момент просто дурачился. Готова поклясться, что Чарли — это человек из прошлого Эдди!
— Старая лошадка по имени Чарли возвращается, чтобы навестить его? Так, что ли? — ухмыльнулся я.
— Я серьезно. — И она по-детски шмыгнула носом. — Этому Чарли известен какой-то мрачный секрет из прошлого Эдди, и он его шантажирует. — Ее голос снова журчал, как ручеек. — Готова поклясться! А теперь Эдди больше не хочет платить, поэтому Чарли прислал этого ужасного человека, чтобы припугнуть его — плати в течение двадцати четырех часов, или будь что будет!
Я жестом заказал бармену свежий мартини. Выпивка Кэйт все еще стояла на стойке прямо перед ней, совершенно нетронутая. Тому была очевидная причина: для того чтобы выпить, она должна была хотя бы на несколько секунд перестать говорить, а она была чересчур взвинчена перспективой сыграть роль в шоу про сыщика, так что едва успевала делать глубокий вдох между фразами.
— Ну вот... — Ее пальчики еще какое-то время нетерпеливо барабанили по стеклу. — Что мы знаем о прошлом Эдди? Что?..
— Да ничего! — безнадежно отозвался я.
— Голливуд! — торжественно воскликнула вдруг Кэйт, будто ее осенило. — Он делал этот фильм приблизительно года три назад.
— И получилась провальная картина, — признался я. — Но нельзя же шантажировать кого бы то ни было только потому, что был сделан поганый фильм? А даже если так, они просто возьмут и перестанут делать свои фильмы.
— Он провел в Голливуде целый год, — мрачно-задумчиво размышляла вслух Кэйт. — Картина была закончена приблизительно в четыре месяца. Чем же он занимался потом все остальное время?
— Может быть, он женился?
— Ларри! — Она одарила меня нежным взглядом. — Я и забыла! Ну конечно, он женился, но где тогда сейчас его жена?
— Может быть, она с Чарли... — ответил я. — Откуда, черт возьми, Кэйт, мне это знать?
— Мы должны это выяснить, — твердо решила девушка. — Я тут порасспрашиваю кое-кого...
— А почему бы вам не задать этот вопрос самому Эдди?
Она пожала плечами:
— Вы что, издеваетесь?
— Думаю, что да, — признался я. — И покрываюсь “гусиной кожей” от одной только мысли об этом. — Я взглянул искоса и прищелкнул пальцами. — У меня появилась великолепная идея для нового скетча, — хрипло сказал я. — Это насчет красивой певички и блестящего писателя, и оба разодеты так, словно собираются провести вечер в городе, а вместо этого сидят в отеле, в грязном баре — это вступление — и болтают, чтобы как-то повысить себе настроение. А затем писатель говорит прекрасной певичке: “Да черт с ним со всем! Давай будем жить полной жизнью в эту ночь, ты и я, детка, и давай рванем куда-нибудь в город”. Что вы об этом думаете?
— Ларри! — В ее голосе неожиданно прозвучало нетерпение, и, схватив мою руку, она потянула ее к своему лицу.
Я испытал краткий миг экстаза, когда осознал, что ее переполняет чувство благодарности за мое приглашение — разве мог я хоть на миг представить себе, что она откажется? — так что уже готова поцеловать мою руку. Даже если она с ума по мне сходит, тут же подумалось мне, полагаю, что девушке все-таки не следует до такой степени забывать о чувстве собственного достоинства.
— Кэйт, дорогая, — растроганно произнес я, — вам вовсе не нужно...
И тут я неожиданно понял, что моя рука застыла примерно в двенадцати сантиметрах от ее лица, а она тем временем изучает циферблат моих ручных часов с выражением крайнего ужаса на лице.
— Ну вы, животное! — Голосом ее неожиданно овладела свирепость. — Почему вы мне не сказали, что уже перевалило за семь? Мой кавалер, должно быть, уже полчаса торчит в вестибюле!
Две порции я выпил в одиночку — до того, как рядом со мной опустился на стул плешивоголовый сенбернар. Он занял как раз тот стул, который всего пятнадцать минут назад Кэйт использовала в качестве стартовой площадки до того, как выйти на орбиту, ведущую свое начало из вестибюля, и заказал водку со льдом.
— Как дела, товарищ? — спросил я Бориса без особого интереса.
— Могу покончить жизнь самоубийством. — Сливка привалился к стойке, изображая из себя саван. — Я стал как Сэквилл, все время задаю себе вопросы. На что я ему сдался, спрашиваю я себя, когда он прекрасно знает, что всегда сам оплачивает постановку своего шоу?
— А на кой, по-твоему, ему сдались авторы, товарищ? — проворчал я. — Или актеры, музыканты, певцы? Это “Шоу Эдди Сэквилла”, может, ты забыл об этом?
Борис подхватил выпивку из рук бармена раньше, чем тот успел поставить ее перед ним. Он пил большими глотками, словно в стакане у него была обычная содовая, и опустил пустой стакан на стойку.
— Великолепно! — Борис одобрительно кинул. — Думаю, следует повторить.
Он повернул ко мне голову, не обращая внимания на ошеломленное выражение лица бармена.
— Что меня действительно держит, Ларри, так это то, что я знаю: даже если и ненавижу Эдди больше, чем свою вторую жену, он все равно — великий талант. Ему, правда, понадобилось немало времени, чтобы обнаружить в себе этот талант, но теперь о'кей! Иначе какого черта все эти тридцать миллионов зрителей каждую среду по вечерам утыкаются в свои телевизоры и глядят шоу, сделанные то ли на деньги Сливки, то ли Сэлэми? По сценарию Бейкера или Витчера? Какая разница! Их интересует только этот маленький смешной человечек, Эдди Сэквилл!
— Ты прав, — признал я.
— И я это знаю, — печально сказал Борис. — Но почему я не могу улыбаться, когда Эдди дает мне в зубы?
— Теперь уже можешь, товарищ! — Я понимающе усмехнулся. — Это становится просто потрясающе, говорю тебе! В настоящий момент все поголовно чувствуют себя хорошо лишь в том случае, когда Эдди чувствует себя плохо, и все знают, что он в любой момент может подыскать себе новую команду подхалимов.
Несколько секунд Борис смотрел на меня ничего не выражающим взглядом.
— Я слышал, как он говорил об этом, — осторожно сказал он, — но не придал значения этим словам.
— Не уклоняйся от ответа, товарищ, — хихикнул я. — Ты здесь среди друзей — я ни слова не скажу! Ну как, признаешься?
— В чем?
— Что ты и есть тот Чарли, который прислал того парня, который разбил очки Эдди и довел до сумасшедшего состояния, и все это — чистый розыгрыш, который придумал Борис! — нетерпеливо выложил я.
— Ошибаетесь, мой друг! — На какое-то мгновение его мрачный взгляд выразил что-то вроде изумления. — Но — не скрою — мне хотелось бы быть тем, кто все это подстроил.
— Но если это не ты, тогда кто же? — уныло поинтересовался я. — Если вся эта история с посланником Чарли — не вымысел, а чистая правда, мне впору пойти и застрелиться!
— Может быть, это Хэлл Уайт? — мрачно предположил Борис. — И будь уверен, что тот парень двинул его по роже только для того, чтобы Эдди лишь в самую последнюю минуту мог предположить, что автором розыгрыша оказался его собственный бизнес-менеджер.
— Звучит неплохо, — признал я. — Но, думаю, что у Хэлла для этого кишка тонка.
— А как насчет +++++ Фуе? — настаивал Борис. — В последнее время он слишком устал от всех этих намеков Эдди на его ничтожество.
— А разве это не так? — спросил я без особого интереса.
— К твоему сведению, +++++ Фуе, — Борис незаметно хихикнул, — имел на Западном побережье самый высокий рейтинг — к северу от Тихуаны! А в Вальдорфе, скажем, все стены — и снаружи и внутри — оклеены его фотографиями, там их — полный набор.
— Розыгрыш в любом случае получился смешной! — хрюкнул я и тут вдруг вспомнил предположения Кэйт. — А что ты, друг, знаешь о жене Эдди?
Борис опустошил свой стакан, и не успел он опустить его на стойку бара, как стакан был выхвачен из его рук и заменен новым — со свежей выпивкой.
— Премного благодарен! — вежливо поблагодарил Сливка бармена.
— Нет, это я вас благодарю. — Глаза бармена блестели, он явно предвкушал грядущее развлечение. — Мой последний клиент, который пил такими же темпами, закончил тем, что станцевал на стойке амазонский танец плодородия. В голом виде.
— Бедняга! — сочувственно заметил Борис.
— Это была дама, — добавил бармен с улыбкой неземного блаженства.
— Продолжайте работать так же эффективно, и, может быть, я попозже исполню для вас казачий танец с саблями, — пообещал Борис. — В нижнем белье.
Продюсер снова повернулся ко мне.
— Жена Эдди? Я видел ее разок, вскоре после того, как они поженились. Она тогда была очень красива! Полагаю, они все еще состоят в браке.
— Но как могло случиться, что я ни разу с ней не встретился — за все восемь месяцев, что работаю в шоу? — задался я вполне логичным вопросом.
— Никто никогда ее не видел, более того, Эдди никогда и нигде о ней даже не упоминает. — Борис пожал плечами. — Может быть, он держит ее взаперти в какой-нибудь заколдованной башне из слоновой кости, словно принцессу в сказке?
— Он просто псих! — бросил я в раздражении.
— Но талантливый псих, — мягко поправил Борис. — Не исключено, что я покончу с собой завтра вечером — прямо перед камерой, посредине его монолога. "Как ты думаешь, Ларри, это его расстроит?
— Только если ты вызовешь смех у зрителей, друг, — откровенно ответил я.
* * *
По средам неизменно возникал бедлам — с репетицией в костюмах, которая начиналась в студии в час дня и продолжалась до того, как шоу вживую транслировалось в эфир. Шоу Эдди было чуть ли не одним из последних, которое все еще шло по телевизору в прямом эфире — сам он был смертельным врагом записи, — и к моменту, когда должна была начаться трансляция, все до единого уже находились в состоянии полного нервного истощения.
Предстоящая среда обещала быть еще более долгой, поскольку Эдди назначил репетицию скетча “Кровавый Глаз” на десять утра. Установка камер, меловые отметки на полу, которые указывали, кому где стоять и как передвигаться, могли подождать, пока мы не переберемся в студию, заявил Эдди. Но он хотел начать репетицию прямо с утра, со всем положенным реквизитом, так, чтобы можно было прогнать скетч несколько раз и дать актерам окончательные установки насчет того, как им следует играть ту или иную мизансцену.
Я заявился в репетиционный зал на пятнадцать минут раньше назначенного срока и обнаружил там исключительно публику, расположившуюся в нижнем этаже, который занимали только Эдди Сэквилл и Борис. Оба уже были тут и стояли, обмениваясь сумасшедшими взглядами.
— Итак, — бодро вырвалось у меня, — вот и я! Ни к чему не готовый и не могущий сделать ровным счетом ничего.
Судя по тому, что ни один, ни другой не отреагировали на мое ироничное приветствие, я заключил, что мне следовало быстренько переменить тон.
— Это ошибка, — настаивал Борис с упорством фаталиста. — Даже если это и комедия, даже если в шутку — ты не можешь убить полицейского.
— Чепуха! — гнусаво возразил Эдди. — Это — главная сюжетная линия, которая объединяет начало и конец, и копы умрут со смеху, когда это увидят! С чего это ты вдруг решил, Ларри, что можешь разыгрывать из себя спонсора?
Борис, похоже, только тут заметил мое присутствие.
— Это ты придумал такую концовку для скетча, Ларри? — спросил он. — Где убивают лейтенанта полиции?
— Нет, — признался я, — это была задумка Эдди для грандиозного финала.
— Мне не нравится. — Продюсер грустно пожал плечами.
— Зато это смешно! — сказал я, и меня чуть не стошнило оттого, что приходилось признать это перед лицом Эдди.
— Что и остается, — решительно огрызнулся Эдди. — Но где, черт побери, наконец все остальные?
Стоило ему это только сказать, как дверь распахнулась и в репетиционную вошел кто-то еще. Знакомая фигура — стоит раз увидеть, никогда впредь не забудешь, — облаченная в темную шляпу и пальто неопределенного цвета. Перед нами вновь красовалось тощее старое весло.
— Сэквилл, — начало весло зловещим шепотом, — Чарли хочет немедленно получить ответ.
— Но он его уже получил, не так ли? — Лицо Эдди сильно покраснело.
— Чарли сказал, что ты теряешь зря время.
Из глотки Эдди вырвался странный, кудахтающий звук, перешедший в мычание.
— Для начала скажи Чарли, что я его в гробу видал — так же, впрочем, как и тебя!
— Это твое последнее слово?
— Последнее! — завопил Эдди. — А теперь убирайся отсюда к чертовой матери, пока я не позвал полицию!
При этих словах истощенный персонаж легонько пожал плечами и направился к двери. Добравшись до нее, он на секунду остановился и бросил на Сэквилла взгляд через плечо: на лице его было написано живейшее любопытство.
— Еще Чарли просил сказать тебе последнее прости, — прошептал он. — Цветы за ним.
— Дверь осторожно закрылась, не издав ни единого звука. Эдди вытащил из кармана носовой платок и принялся нервно, но аккуратно вытирать им лицо.
— Какой-то чокнутый подонок! — Гнусавые нотки в голосе Эдди прорезались, как никогда, сильно. — Кому, по его мнению, он морочит голову? — Руки Эдди тряслись, когда он засовывал носовой платок обратно в карман.
Вскоре в комнату ввалилась толпа народу, и к Эдди немедленно вернулись его обычные отвратительные ухватки: он принялся вопить на вновь прибывших, что они уже опоздали на полминуты, и что, может быть, они забыли, что среда — это день выхода шоу в эфир, и как им всем понравится, если он к концу месяца также позабудет о дне зарплаты.
Часом позже Эдди благополучно довел до слез Кэйт Данн и Фрайду Ансель, привел Хэлла Уайта в состояние нервного срыва и оставил Нейла +++++ Фуе беззвучно бормотать себе что-то под нос с убийственной яростью.
— Ну ладно, идиоты! — заключил он. — Теперь мы еще разок прогоним весь скетч с самого начала, на этот раз с реквизитом!
Борис обратил ко мне свой по обыкновению печальный взгляд.
— Последние сорок пять лет я всей душой чтил память государя императора. — Его голос дрогнул от избытка чувств. — А ныне, всего за каких-то восемь коротких месяцев, этот человек превратил меня в большевика!
— Не стоит беспокоиться, товарищ, — весело отозвался я. — Теперь революция может разразиться в любой момент — и все благодаря Чарли!
Между тем скетч полным ходом шел к развязке. Фрайда, исполнявшая роль хищной секретарши, сделала очередной заход, и Кровавый Глаз неумело отразил его. Нейл +++++ Фуе в качестве лейтенанта полиции признал, что это убийство поставило его в тупик — после чего Кровавый Глаз в своей провальной неуклюжей манере разоблачил убийцу. Угадайте, кто им оказался? Не кто иной, как обаятельнейшая певичка из ночного клуба Кэйт Данн.
Оказавшись один на один с детективом в собственной квартире, она сдается и все ему рассказывает, а затем слезно просит дать ей сигарету (сигареты этой марки были альтернативным спонсором шоу), и Кровавый Глаз выворачивает свои карманы в поисках ее. Пытаясь обнаружить сигарету, он, одну вещь за другой, выкладывает на стол целую кучу барахла, включая и свою пушку. Кэйт с злодейским победным криком хватает оружие, берет детектива на мушку и стреляет.
Револьвер срабатывает без проблем, но Кровавый Глаз остается стоять где стоял, целый и невредимый.
— Но ты же мертв! Я убила тебя! — кричит обескураженная Кэйт.
— Я опасаюсь заряжать в револьвер боевые патроны, — признается Кровавый Глаз, стыдливо усмехаясь. — Поэтому всегда заряжаю оружие холостыми.
Кэйт разражается истерикой, и тут в квартиру врывается лейтенант полиции.
— Я слышал выстрел, — задыхаясь, говорит +++++ Фуе. — Так почему ты все еще жив?
— Револьвер заряжен холостыми. — Кровавый Глаз поднимает оружие, осененный счастливой улыбкой, наводит его на лейтенанта и спускает курок. — Видишь?
По телу лейтенанта проходит конвульсия. Он неожиданно широко раскрывает глаза, его колени подкашиваются, и он медленно бесчувственно оседает на пол, сделав перед тем несколько неверных шагов. Кровавый Глаз на секунду опускается рядом на колени, и тут — по сценарию — должна следовать убойная реплика: “Какой же я рассеянный: опять перепутал патроны!"
Но Эдди этого не сказал.
Стоявший рядом со мной Борис нетерпеливо пожал плечами.
— Пауза хороша, — громко сказал он, — но это всего лишь убойная реплика, Эдди, а не сообщение о начале третьей мировой войны!
Эдди медленно поднял голову и посмотрел на Бориса так, словно тот был инопланетянином.
— Он мертв!
— Это не по сценарию, — огрызнулся Борис.
— На самом деле! — В голосе Эдди послышались плаксивые нотки. — Посмотри на него!
И тут Борис сказал по-русски что-то такое, что на любом языке могло означать только ругательство, затем резко оборвал себя и уставился на тело Нейла +++++ Фуе, недвижимо распростертое на полу. Кэйт тонко завизжала, и этот резкий, высокий звук больно ударил мне в уши. Со все возрастающим ужасом я смотрел на расплывающееся пятно на пиджаке +++++ Фуе, которое на глазах становилось все больше и больше.
— Он мертв, — жалобно повторил Эдди, а затем посмотрел на стол, где в беспорядке был разбросан разнообразный реквизит, используемый в скетче.
— Кто-то поменял холостые патроны в револьвере на настоящие! — Эдди трясло так, словно его охватил жесточайший приступ малярии. — Что сказал этот скелет в человеческом обличье — “Чарли просил передать тебе последнее прости? Он все заранее подготовил, еще до того, как вошел сюда и спросил меня насчет ответа: так что раз уж я сказал “нет”, ему оставалось только предоставить событиям развиваться своим чередом. Но Кэйт, стреляя в меня первый раз, умудрилась промахнуться, и тогда...
В жалкой растерянности Сэквилл взглянул на тело +++++ Фуе, откровенно всхлипнул, и в его голосе послышалось неподдельное страдание, словно у ребенка, который только что наступил на одну из своих любимых игрушек и не заметил этого, пока не стало слишком поздно.
— О Господи! — диким голосом взревел Эдди. — Это я убил его!
Глава 3
Вечером, около одиннадцати, мы снова вместе сидели в комнате для совещаний; Все выглядело так, будто мы ждали одного +++++ Фуе, который, как всегда, запаздывал, разве что никто не сообразил принести выпивку. Несмотря ни на что, мы отыграли шоу точно по графику, заменив зловещий “Кровавый Глаз” одним из старых скетчей, — теперь мы сидели перед лицом “закона и возмездия”, воплощенных в образе лейтенанта Каблина.
Лейтенант оказался плотным седовласым человеком, которого отличала скорее неторопливость, нежели быстрота движений. Похоже, он в свое время набил руку на шайке Капоне, поэтому толпа дилетантов вроде нас, собравшихся в этой комнате, способна была заинтересовать его разве что на пару минут. Не открывая рта, он внимательно по очереди осмотрел нас, отчего у меня родилось паническое чувство: если хоть кто-то из нас не встанет и не сознается во всем в ближайшие пару минут, этим “кем-то” стану я сам — поскольку просто не могу позволить, чтобы лейтенанта постигло горькое разочарование. На секунду я нарисовал в своем воображении картину того, как может поступить лейтенант с человеком, разочаровавшим его, — и это было весьма кровавое зрелище.
Хэлл Уайт уловил наконец ядовитый взгляд Эдди Сэквилла и с огромной неохотой откашлялся, дабы прочистить глотку.
— Лейтенант, — занервничал он, — мы все очень устали, испытав минувшим утром шок, связанный со смертью +++++ Фуе. А потом еще все эти вопросы, которые вы задавали, и все заявления, которые нам пришлось сделать, — и после всего этого мы тем не менее отыграли сегодняшнее шоу. Не могли бы вы...
— Нет, — грубо перебил его Каблин с подкупающей простотой.
Фрайда Ансель поправила свою безупречную прическу, уложенную в две волны цвета воронова крыла, улыбнулась, подбадривая себя, и разгладила платье на своих изящных бедрах. Прежде чем она решилась заговорить, холодные темные глаза женщины оценивающе осмотрели грубо высеченные черты лейтенантского лица.
— Похоже, у вас тоже был нелегкий день, лейтенант. — В ее голосе сквозила симпатия. — Неужели невозможно отложить все до утра, когда мы будем в состоянии взяться за дело с новыми силами?
Каблин взглянул на нее с отеческим выражением на лице.
— Вы не похожи на безмозглую дуру, мисс Ансель, — тепло сказал он. — Но не открывайте более рта, чтобы не испортить сложившегося у меня впечатления.
Фрайда поджала губы, ее глаза насквозь пронзили лейтенанта молнией, которая явно была тщательно отрепетирована заранее.
— Кто-нибудь еще хочет высказать свои замечания до того, как начну я? — угрожающе поинтересовался лейтенант.
— Я бы предпочел пригласить штук шесть адвокатов, прежде чем этот тип начнет меня допрашивать, — пробормотал Борис мне в ухо, — но не осмеливаюсь просить об этом!
— Отлично! — рявкнул лейтенант. — Всем вам известно, что произошло сегодня утром. Кто-то заранее взял револьвер, который используется в скетче, вынул оттуда холостые заряды и заменил их настоящими металлическими пулями. Вы, — кивнул он в сторону Кэйт Данн, — промахнулись, когда стреляли первый раз в Сэквилла. Мы вытащили пулю из стены как раз позади того места, где он стоял. Затем вы, — лейтенант взглянул на Эдди, — сделали второй выстрел, которым и был убит +++++ Фуе. Не так ли?
— Не напоминайте мне об этом, лейтенант, — прошептал Эдди.
— Итак, кто-то желал вашей смерти, — продолжал Каблин, оглядывая комнату. — Кто же? И почему?..
Я, конечно, мог бы сообщить ему, что на этот вопрос никто из присутствующих не даст ответа — во всяком случае, до тех пор, пока Эдди Сэквилл платит им жалованье, но передумал.
— Отлично! — Каблин пожал плечами. — Тогда придется потрудиться, чтобы узнать ответ на этот вопрос. Как насчет того парня, которого прислал Чарли и который помнит все, исключая вас, Эдди?
Эдди с очевидным усилием поднял голову и тупо уставился на лейтенанта. Это продолжалось несколько секунд. Его лицо цветом напоминало перепачканный пергамент, испещренный глубоко въевшимися грязными царапинами, а прикрытые тяжелыми веками глаза за огромными очками в тяжелой оправе налились кровью. В первый раз с тех пор, как я его знал, он выглядел на все свои сорок пять.
— А, этот? — устало спросил он. — Это была просто скверная шутка. Я заплатил этому парню — он актер — и попросил разыграть их; просто ради удовольствия посмотреть на их физиономии. Мы как раз обсуждали новую серию “детективных” скетчей, и я полагал, что это будет по-настоящему смешной розыгрыш, и...
— Рассказывайте это кому-нибудь другому! — проворчал Каблин. — Кто бы ни заменил патроны в том револьвере, он должен был знать все о вашем скетче, знать его сценарий. Он знал, в кого будут стрелять первым — и, если вы помните, это были вы. Единственная причина, по которой вы еще живы, заключается в том, что мисс Данн настолько плохо целилась, что ухитрилась промазать. Однако истина в том, что сейчас в морге должны были бы лежать вы, а не +++++ Фуе! Вы думаете, это остановит преступника и он не сделает попытки достать вас снова — теперь, когда он знает, что в первый раз промахнулся?
— Полагаю, вы правы, — пробормотал Эдди. — Я просто не хотел вмешивать ее в это дело. Это не ее вина и...
— Вмешивать кого? — взревел Каблин.
— Мою жену, — уныло объяснил Эдди.
— Вы хотите сказать, что это ваша жена пыталась вас убить? — Лейтенант разинул рот от изумления.
— Нет! — Эдди бросил на него свирепый взгляд. — Я имел в виду то, что они пытались сделать с ней. Каблин внезапно расслабился.
— Продолжайте, — ободрил он Эдди. — У меня масса свободного времени.
— Я встретил мою жену в Голливуде, когда снимал свой фильм, — начал Эдди голосом, лишенным всякого выражения. — Только тогда она еще, разумеется, не была моей женой, а была старлеткой. Ее звали Сандра Мэйс. И она была подружкой того парня.., по имени Чарли Ренц.
— Ренц? — Глаза Каблина моментально утратили сонливость. — Вы хотите сказать — тот самый Чарли Ренц, рэкетир с Западного побережья? Тот парень, на которого последние двадцать лет ищут компромат восемь независимых отделений министерства внутренних дел?
— Ну а кого же еще? — На лице Эдди появилась гримаса.
— Ваше счастье, что вы еще живы! — с интересом поглядывая на Эдди, сказал лейтенант. — А еще большее — что жива ваша жена.
— Мы принимали все меры предосторожности, — чопорно ответил Эдди. — Мы сбежали из Голливуда раньше, чем он узнал о том, что мы поженились, и вернулись сюда, в Нью-Йорк. Я купил дом в округе Вест-честер и превратил его в настоящую крепость! С первой минуты, как мы поженились, я знал, что Ренц будет искать способа отомстить, поэтому счел своим долгом к этому подготовиться: день и ночь у дома дежурят два охранника. К ограде подключен электрический ток, а система безопасности — это просто что-то выдающееся! Легче пробраться в тюрьму Тиффани.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10