Белов Павел Алексеевич http://www.libok.net/writer/11789/belov_pavel_alekseevich 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Генар-Хафун промычал что-то неопределенное, забрался обратно в постель и велел:
– Выключай свет. – И откинулся на подушку. – Спокойной ночи, – пожелал он кораблю на прощание.
– Сладких тебе снов, Генар-Хафун, – откликнулся корабль и выразительно щелкнул выключателем.
Генар некоторое время лежал в темноте, закрыв глаза, а потом провалился все в тот же сон.
XII
Бэр встала в кровати. Несмотря на слабость, она чувствовала, что начинает поправляться. Аварийный медворотничок лежал, вычищенный, на столике у кровати. Рядом с ним была миска с фруктами, кувшин молока, экран и небольшая фигурка, несколько дней назад принесенная для Дейэль, в подарок от Джистиг, старой самки ктиков.
Дроны, обслуживающие башню, приносили ей еду и прибирали за ней. Первый вопрос, который она задала, когда очнулась, был “где Дейэль? Она боялась, что бывшая подруга с отчаяния зарежет себя тем же ножом или просто бросится в море. Дроны отвечали, что хозяйка в саду возле башни.
Иногда они сообщали, что хозяйка в верхней комнате башни или плавает, или только что вылетела на флаере на какой-то далекий остров. Были и другие ответы – на другие вопросы. Именно Дейэль – вместе с одним из дронов – взломала дверь в ванную. Так что она вполне могла добить Бэр, если бы захотела.
Бэр просила о встрече, но Дейэль не навещала ее. Как-то, уже неделю спустя. Бэр нашла в себе силы подняться с кровати и отправиться на небольшую прогулку. Пара дронов неукоснительно следовала за ней.
Шрам поперек живота уже начал разглаживаться.
Бэр знала, что все позади. Была ли это месть, хотела ли Дейэль ее убить или просто извлечь плод таким варварским методом – так и осталось неизвестным. Но теперь Бэр чувствовала, что ее тело само приняло какое-то решение, и она будет вынуждена ему подчиниться. Возможно, это началось еще тогда, когда она без сознания лежала на полу ванной, а ее тело стремительно искало пути к спасению – самые короткие и верные. Ее тело решило, что должно принадлежать мужчине. Оставалось только согласиться.
В этот день Бэр смогла выйти из башни, время от времени поглаживая ладонью широкий рубец на животе. Она обнаружила Дейэль на берегу, в нескольких метрах от кромки прибоя. Та сидела на камнях, скрестив ноги.
Она подняла глаза на Бэр и затем вновь отвернулась к морю. Бэр села рядом.
– Мне очень жаль, – сказала Дейэль.
– Мне тоже.
– Я убила его?
Бэр подумала некоторое время, прежде чем ответить. Затем она наконец поняла.
– Ты имеешь в виду… плод?
Дейэль кивнула удрученно.
– Да, – твердо отчеканила Бэр. – Его больше нет.
Дейэль поникла головой. Больше она ничего не сказала.
Через неделю Бэр улетела на “Непристойных Манерах”. Дейэль передала ей через дрона, что ребенок, может быть, появится не так скоро. Она задержала его развитие, спровоцирововав консервацию. На некоторое время. Пока не придет в себя. Пока не почувствует себя готовой. Она не знала, как долго придется ждать, сколько осталось до этого благословенного момента. Несколько месяцев, а, может быть, год. Нерожденный ребенок будет в целости и сохранности, просто немного подождет с выходом в свет. А когда придет время, за ней присмотрят дроны, обитающие в башне. Она не хотела, чтобы Бэр была рядом. Большая часть работы уже позади. Доделать осталось немного, Дейэль вполне справится с этим самостоятельно.
Так что это даже хорошо, что Бэр покидает ее. Когда родится ребенок, она оповестит Бэр. Они смогут встретиться, если она пожелает – если ОН пожелает.
Контакт никогда не узнал о том, что случилось на этой далекой планете. Бэр выдумала некое происшествие, из-за которого она лишилась ребенка – что живот ей пропороли плавником или что-то в этом роде… какой-то морской хищник атаковал и напугал ее до смерти. И о том, как Дейэль чудом спасла ее. Никто и не подумал придираться к тому, что они расстались прежде конца срока экспедиции. Ктики оказались перспективными в смысле окультуривания существами, они рвались к прогрессу, как щенок к миске с кормом, так что Телатурьер ждало большое будущее.
Генар-Хафун вновь стал мужчиной. Однажды, перебирая ворох старого белья, он наткнулся на фигурку Дейэль, вырезанную старой самкой-ктиком. Он послал ее Дейэль, еще не зная, ответит она или нет. Дело в том, что на “Непристойном” он стал отцом ребенка Аист. Новое назначение заставило его через несколько месяцев перебазироваться на “Тайного Советника”. И тут произошло столкновение с одним из аватар корабля – тем самым, с которым он переспал. Они почти час кричали друг на друга, причем корабль впрямую объявил, что никогда не простит молодому повесе бегства от любимой женщины.
Оказалось, эта девушка, выпорхнувшая из его постели, не только не способствовала его назначению, как обещала, но и всячески препятствовала, надеясь задержать его подольше у себя на борту.
Через два года после того, как он оставил Телатурьер, он услыхал, что Дейэль, все еще беременная, ушла на Сохранение. Мир понемногу населялся, вокруг их старой башни разросся целый город. Позже до него дошел слух, что она вовсе не на Сохранении, а просто принята на борт неким ОСТ, превратившимся в Эксцентрика. Этот корабль когда-то носил название “Тайный Советник”, а теперь назывался “Сновидцем”.
XIII
– Не делай этого!
– Я уже решился.
– Ну, хорошо, по крайней мере, позвольте мне забрать моего аватару!
– Забирайте вашего крокодила.
– Благодарю вас. Начало последовательности Перемещения! “Рок, Подвластный Изменениям” послал сигнал “Доводу к Рассудку” и затем продолжил: – Прошу вас, не рискуйте.
– Я рискую только дроном.
– А если он вернется без видимых повреждений, что будете делать тогда?
– Приму все необходимые меры предосторожности, включая проверку интеллекта…
– Простите, что перебиваю, но не говорите мне больше ничего, если наш друг участвует в беседе. Вы понимаете, что непременно заразитесь сами, пока вы будете искать нарушения? Неужели вы не слышали о том, что такое вирус?
– Вы забываете о том, что такое Эксцентрики. Эксцентрики не боятся влияний извне. Они проходят любые изменения, трансформации и трансмутации, чтобы стать другими, оставшись самими собой.
– Данные, которые вы станете искать на дроне, могут стать причиной вашего интеллектуального разрушения. Вам будет казаться, что все в порядке, что вы получили уникальную информацию, но это будет совсем не так. Вы не должны подпускать этого дрона к себе. Лучше всего расстрелять его на подходе.
– Вы сами-то поняли, что сказали?
– Это опасно!
– Я настаиваю на приеме данных, даже если они предполагают перестройку интеллекта, даже миметическую перепроектировку.
– Нельзя, поддавшись безумию, остаться здоровым.
– Вы перестраховщик, дорогой кузен, – отозвался “Печальный Консул”. – Мы – эленчи-зететики. У нас есть навык обращения с подобными материями. Наш опыт имеет практическую базу. Мы готовы ко всему.
– А я родом из Культуры и терпеть не могу, когда на моих глазах вот так рискуют, сунув голову в самое пекло. Вы уверены, что экипаж с вами согласен? Люди не любят мутировать.
– Вы же знаете, ваш аватара участвовал в обсуждении, заметил “Довод к Рассудку”.
– Это было два дня назад, – подчеркнул “Рок”. – Подсчет голосов состоялся. Дроны и экипаж согласны с намеченным вами планом действий. Ну, тогда еще примерно пара минут не внесут существенных изменений, не правда ли? Подумайте, заклинаю вас. Вы знаете людей не хуже меня, до них все доходит не сразу. Возможно, кто-то изменит свою позицию. Пожалуйста, прошу вас, задержитесь на несколько минут.
– Хорошо. С неохотой, но все же иду вам навстречу.
“Довод к Рассудку” приостановил отсчет запуска дрона за сотую долю секунды, а “Рок, Подвластный Изменениям” остановил Переместитель и задержал своего аватару на борту соседа.
Все это не имело особого значения. За минувшие два дня “Рок” тайно усовершенствовал свои эффекторы и полагал, что теперь он способен предотвратить опасность, исходящую от дронов, посланных к Эксцессии. Пока на борту “Довода к Рассудку” шло обсуждение проблемы и голосование, “Рок” принял послание от другого судна.
хИсследовательское судно “Точный Скол” (Зететики-эленчи, Старгейзеры, 5-ый флот) оОКБ “Рок, Подвластный Изменениям” (Культура)
Привет. Рад вашему приглашению. Вместе с братскими кораблями “Вместе с Рассудком” и “Долгий Взгляд” с удовольствием буду сопровождать вас в пределах досягаемости ваших сканеров. Мы реконфигурировались к Экстремальной Обороне. Будем надеяться, что вы не собираетесь предпринять никакого вмешательства в планы нашего братского судна “Довод к Рассудку”.
Следом пришли два других подтверждающих сигнала.
“Что за чертовщина?” – думал ОКБ. Получается, Эленчи просто заступили ему дорогу и вывели из игры. Теперь, когда кораблей стало больше, и все были готовы к ведению боевых действий, их, понятное дело, нельзя было убедить силой.
Он угрюмо следил за тем, как разворачиваются события.
Совет на борту “Довода” шел своим чередом, еще несколько человек из состава экипажа проголосовали против идеи послать дрона, изменив прежнее решение. Двое, ранее требовавшие немедленного перевода на “Печальный Консул”, теперь предпочли остаться на борту. “Рок” забрал своих аватар с обоих кораблей эленчей. При этом он использовал свой перегруженный Переместитель, стараясь потратить как можно меньше энергии. “Рок” оставил блок Переместителя в полной боеготовности.
Маленький, тщедушный на вид дрон “Довода” был запущен в должное время. Его кожух был ярко украшен лентами, цветами и покрыт приветственными рисунками с выражением дружелюбных намерений и радости по поводу встречи. Неуверенно порыскав перед Экспессией, он невинно прочирикал лучом сигнал доброй воли.
Если бы “Рок, Подвластный Изменениям” был не кораблем, а человеком, то в этот момент он опустил бы глаза, прикрыл их ладонью и покачал головой.
Небольшому механизму понадобилось несколько минут, чтобы забраться под нетронутую извне темную кожу – поверхность Эксцессии. Так насекомое забирается в складку кожи носорога. Там он привел в действие одноразовый гиперпространственный блок связи и исчез под коркой Эксцессии, будто нырнул в непроницаемый черный омут.
В инфрапространстве он просто перестал существовать. Исчез в мгновение ока.
“Рок, Подвластный Изменениям” наблюдал за ним со ста различных точек зрения и видел каждый миллиметр его удаления или приближения к объекту. Сейчас все его камеры одновременно показали исчезновение. Через миг дрон появился снова. Он вынырнул, возвратившись в тот же участок пространства, в котором совсем недавно исчез, и направился к “Доводу”.
“Рок” приготовил плазмовые камеры к удару и навел боеголовки. И просигналил:
– Это ваш дрон?
– Хм-м, – ответил “Довод “ не без некоторого колебания. Ну…
– Уничтожьте его… – потребовал “Рок”. – Немедленно уничтожьте!
– Он передает шифрованным текстом, согласно инструкции, оповестил всех “Довод”. При этом голос его звучал озадаченно.
Затем последовала пауза, и через некоторое время торопливый голос оповестил:
– Он обнаружил мозговое состояние пропавшего корабля “Мир Несет Изобилие”!
– Уничтожьте его! Немедленно!
– Нет, никогда! – отозвался “Печальный Консул”.
– Как можно? – возмутился “Довод к Рассудку”.
– Весьма сожалею, – просигналил “Рок” коллегам и привел в действие Переместитель, выбросивший сжатые сферы плазмы, рассеяв их, подобно минам, по пространству на пути возвращающегося из Эксцессии дрона.
XIV
Альвер Шейх закинула за плечо намокшие спутавшиеся волосы и оперлась подбородком о грудь Генара-Хафуна. Она чертила пальчиком круги у его левого соска, а он, обняв ее, нежно целовал каждый ее пальчик по очереди. Она улыбалась.
Ужин, болтовня, совместное возлияние, раскуренная на двоих трубка мира. Потом они решили освежиться в бассейне “Серой Зоны”, брызгая друг в друга и всячески дурачась… и продолжили дурачиться уже в постели. Альвер держала себя в рамках весь вечер, пока не уверилась, что мужчина не рассчитывает на продолжение, затем убедила себя, что она не давала себе зарока, что вообще-то он пресимпатичный, а после тесной душегубки в модуле им обоим надо немного расслабиться. Последнее решение она вынесла уже в бассейне, раздетая догола.
Оторвав подбородок от его груди, она принялась тереть пальчиком его потемневший сосок.
– Ты серьезно? – спросила она. – Ты хочешь стать настоящим задирой?
– Это самая лучшая идея, которая когда-либо приходила мне в голову, – ответил он. – Я просто хочу узнать, каково это быть одним из них.
– Получается, теперь ты объявил войну самому себе? – задала она очередной вопрос, прижимая сосок к груди и наблюдая, как он выпрямляется, словно миниатюрный пенис. Брови ее при этом были сосредоточенно сдвинуты, как будто она проводила важный эксперимент на живом организме.
Он рассмеялся:
– Получается, что так.
Она заглянула ему в глаза:
– А как насчет женщин? Тоже захотел побывать в их шкуре? Ведь ты пробовал измениться, разве не так?
Глубоко вздохнув, он поднял голову, словно выныривая на поверхность океана, в котором пребывал до тех пор. Закинув руку за голову, он задумчиво посмотрел в потолок каюты:
– Что было, то было, – спокойно произнес он.
Поглаживая ладонью его грудь, она рассматривала мельчайшие узоры пор на его коже.
– И это все – ради нее?
Они встретились взглядами.
– Откуда ты обо мне столько знаешь? – поинтересовался он. Он уже пробовал разговорить ее за ужином, пытался выяснить, как много ей известно и зачем ее отправили на перехват, однако не добился вразумительного ответа. (Впрочем, если честно, разве сам он мог рассказать ей, зачем ему надо попасть на “Сновидец”?)
– О, я знаю о тебе все, – произнесла она нежно и опустила глаза. – Вернее, мне известно кое-что. Наверное, далеко не все.
Он вновь утомленно откинулся на подушку.
– Да, может быть, это было сделано только ради нее.
– Значит, ты сильно любил ее, – сказала она, продолжая ласкать его грудь. Помолчав, он ответил:
– Вероятно.
Ей послышалось сожаление в его голосе. Последовала пауза, после которой он вздохнул и уже более беспечным тоном произнес:
– Ну, а у тебя? Был у тебя какой-нибудь парень?
– Нет! – солгала она со смехом. – Может быть, так, однодневка. – Она приподнялась и провела вокруг его соска кончиком языка. – У меня хватало чисто девичьих развлечений. Мне нравилось быть просто девочкой.
Он потянулся, привлек ее к себе, чтобы поцеловать.
И тут в тишине прозвенел крошечный колокольчик.
Она вырвалась.
– Да? – спросила она тяжело дыша и начиная хмуриться.
– Извините за беспокойство, – сообщил корабль откровенно издевательским тоном, – Могу я поговорить с мастером Генар-Хафуном?
Сделав неприличный жест, Альвер скатилась с мужского тела.
– Что, нельзя было подождать? – отозвался Генар-Хафун.
– Да, пожалуй, – задумчиво ответил корабль, как будто это только что дошло до него. – Но люди обычно предпочитают узнавать о таких событиях немедленно. По крайней мере, мне так всегда казалось.
– Что еще такое? Что там стряслось?
– Чувствующий модуль Скапел Эффранкуи погиб смертью храбрых, – произнес корабль. – Он подорвал себя вместе с посольством на планете задир в первый день войны. Приношу свои соболезнования. Вы ведь были тесно знакомы?
Генар-Хафун помедлил с ответом, обдумывая услышанное.
– Нет. Впрочем… мне тяжело это слышать. Спасибо, что известили.
– Мог ли я ждать? – будничным тоном произнес корабль. Посудите сами.
– Даже должны были, но, вероятно, не знали об этом.
– Ну, хорошо. Еще раз простите, что помешал. Доброй ночи.
– Да, доброй ночи, – ответил человек, удивляясь собственной выдержке.
Альвер погладила его по плечу.
– Это же был модуль, в котором ты жил, правда?
Он кивнул.
– Получается, ты лишился последнего пристанища?
– Мы никогда не были привязаны друг к другу, – откровенно признался он. – Скорее всего, это из-за меня. Он повернул голову, чтобы посмотреть на нее. – Честно говоря, временами я веду себя как последний мерзавец. – он горько усмехнулся.
– Я запомню твои слова, – сказала она и обняла его.

10. ТЯЖКОЕ ПРИЗНАНИЕ
I
Ничего не помогало! Вся артиллерия “Рока, Подвластного Изменениям” работала на одного дрона-эленча. Тот быстро лавировал мимо расставленных кораблем захлопывающихся гравитационных ловушек, упорно скользя к Переместителям. Но это же непостижимо! Разве можно уйти от гравиловушек, да еще с такой легкостью? Интересно, заметили эту новую способность дрона наблюдающие со стороны корабли эленчей? Маленький дрон летел, неумолимо приближаясь к родному кораблю. До сближения осталось всего несколько секунд.
– Должен признаться, я пытался уничтожить вашего дрона, – заметил “Рок”, направляя сигнал “Доводу”. – Не стану приносить извинений, поскольку ничуть не раскаиваюсь в содеянном. Посмотрите, чем это все обернулось. Он прекратил запись событий. Теперь вы видите? Похоже, эту машину уничтожить будет непросто. Лучше всего держаться от нее подальше. Я начну разрабатывать иной план действий.
– Не следовало вам вставать на пути моего дрона, – ответил “Довод”. – Я рад, что вы не преуспели в этом и даже потерпели поражение. Да-да, меня чрезвычайно радует, что дрон оказался под защитой неопознанного объекта. Я считаю это хорошим знаком.
– Что? Вы в своем уме?
– Буду вам весьма признателен, если вы перестанете атаковать мое ментальное состояние с регулярностью, достойной лучшего применения, и позволите мне спокойно заниматься своим делом. Не стану извещать другие корабли о вашем нападении на моего дрона, но предупреждаю, что подобные противозаконные действия в дальнейшем будут встречены уже не столь снисходительно.
– Ну что же, прощайте и доброго пути.
– Куда вы уходите?
– Я никуда не ухожу.
II
ОКБ “Серая Зона” был готов к состыковке с ОСТ “Сновидец”. ОКБ уже собрал своих немногочисленных пассажиров в кают-компании. Один из похожих на скелеты (сложенных из одних шарниров без кожуха) дронов-прислужников присоединился к ним, когда они наблюдали вид из гиперпространства, транслируемый на стенной экран. ОКБ развил всю скорость, на которую был способен, продираясь под тканью пространства, по слегка изогнутой траектории, почти идентичной курсу исполинского судна, растущего за кормой.
– Потребуется скоординированное отключение двигателей и Переместитель, – сообщил им небольшой куб, составленный из разновеликих компонентов, тоже дрон. – На несколько мгновений никто из вас не будет находиться под моим полным контролем.
Генар-Хафун еще не успел придумать хлесткой реплики по этому поводу, когда подал голос дрон Чарт Лайн:
– В смысле – не надо пытаться тормозить за тебя?
– Верно, – согласился дрон-прислужник.
– Вот он, приближается, – сказала Альвер Шейх.
Она сидела на кушетке, поджав под себя ноги, потягивая ароматную жидкость из фарфоровой чашки. Перед ними в симулированном пространстве появилась гипотетическая точка. Точнее, это был вид за кормой, на что недвусмысленно указывали цифры на шкале. Точка шла на сближение, неуклонно увеличиваясь. Постепенно она приняла вид массивного сияющего яйца, в полной тишине выкатывающегося снизу.
Генар-Хафун стал рядом с Альвер, опираясь на спинку кушетки. Внезапно судно дрогнуло. Возникло ощущение, будто они находятся в подводной лодке, о которую только что потерся боком кит или другое гигантское млекопитающее..
Альвер Шейх досадливо ойкнула, когда содержимое чашки плеснуло ей на грудь.
Теперь экраны заполнял серо-голубой бесконечный бок МСТ. Корабль еще раз качнуло, словно на волне у причала, и вот уже их глазам предстала лестница из широких ступеней, похожая на вход в античный храм. Широкие выступы вели к прямоугольному входу, по периметру освещенному огоньками. За ним в темном пространстве посверкивали другие огни. Вид пополз назад, открыв множество таких же входов, расположенных друг подле друга, – остальные, правда, были закрыты. Над и под ними, размещенные в лицевых частях ступеней, находились двери размером поменьше, все подобным же образом закрытые. Но этот вход был гостеприимно распахнут.
– Успешно, – произнес дрон-прислужник.
Вид снова изменился, когда корабль медленно пополз назад, останавливаясь перед единственным открытым отсеком.
Генар-Хафун нахмурился:
– Мы что, уже состыковались? – спросил он дрона-слугу. Тот обернулся к нему лицевой частью – вернее, просто повернул сенсоры на шарнирах – и сделал паузу, достаточно длительную, чтобы человек почувствовал себя полным кретином.
– Да, можно сказать и так, – произнес он, словно имел дело с ребенком.
– Но мне говорили…
– Добро пожаловать на борт “Сновидца”, – раздался голос у них за спиной. Все одновременно обернулись к высокой сухопарой фигуре, одетой в черное. Это существо стояло у входа в каюту. – Меня зовут Аморфия.
III
Дрон вернулся к кораблю “Довод к Рассудку” и был принят на борт. Минуло несколько секунд.
– Ну что? – спросил “Рок, Подвластный Изменениям”.
Последовала непродолжительная пауза. Так, микросекунда или что-то вроде того.
Затем:
– А вы знаете, ведь он пустой! – раздался удивленный голос “Довода”.
– Как пустой?
– Так. Пустой. Он ничего не записал. Как будто и не был нигде.
– Вы уверены?
– Взгляните сами.
Посыпались данные. “Рок” перенес их в сердечник памяти, как раз свободный для таких случаев.
Кажется, именно в тот момент он начал догадываться, чем была Эксцессия на самом деле. Хотя нет, догадываться он начал почти за месяц до происходящих событий. Эксцессия была не чем иным, как эквивалентом замкнутой комнаты, изолированной камерой, клеткой. Еще больше информации хлынуло из “Довода к Рассудку”: поток новых данных грозил затопить первоначальные. Корабль Культуры проигнорировал их. Частью Ума он внимал завываниям, глухим шумам, исходящим из этой закрытой комнаты.
Поток информации проскочил от “Довода к Рассудку “к “Печальному Консулу” за мгновение до того, как “Рок” послал собственный предупредупреждающий сигнал. Он проклинал себя за медлительность, хотя его предупреждение, даже если бы оно поспело вовремя, наверняка осталось бы незамеченным.
Он просигналил отдаленному кораблю эленчей, заклиная его поверить, что случилось худшее. Тот откликнулся не сразу.
“Довод к Рассудку” начал набирать скорость по направлению к “Року”. Он сообщал – плотным лучом, прямой передачей, импульсным лазером, производя широковещательные сигналы повышенной сложности, направляя их непосредственно кораблю Культуры. “Рок” развернулся в противоположном направлении и включил двигатели на полную мощность. “Пошел-ка я отсюда подальше” – подумал он и сорвался с места, унося ноги от “Довода к Рассудку”, который гнался теперь за ним, точно призрак из страшной сказки.
Но, удирая от “Довода”, “Рок” удалялся и от судна эленчей, причем на скорости, которая была почти за пределом его возможностей. “Печальный Консул” двинулся на перехват по второй большой дуге, дополняющей траекторию “Довода”. Так они легко могли зажать его в клещи, если успеют. “Пахнет жареным, “ – подумал “Рок”.
Может быть, они хотели просто поговорить, но “Року” почему-то казалось, что говорить им с ним особо не о чем.
ОКБ “Рок, Подвластный Изменениям” (Культура) хИсследовательскому судну “Печальный Консул” (кем бы оно ни было)
Если вы движетесь на перехват, я открываю огонь. Это первое и последнее предупреждение.
Никакого ответа. Просто вспышка бессвязной, перенасыщенной информацией болтовни “Довода к Рассудку”, гнавшегося по пятам. Курс “Печального Консула” тоже не изменился.
“Рок” сконцентрировал внимание на последних известных координатах трех кораблей эленчей; трио, которое, как сказал “Точный Скол”, вышло на охоту с учетом военной обстановки. Двух других игнорировать тоже было нельзя, но новоприбывшие должны были суметь предотвратить события, явно выходящие из-под контроля. Он просканировал все данные, которые имел по спецификациям кораблей эленчей: калькуляции, симуляторы, военные игры. И это приходилось делать с кораблями, которые фактически принадлежали Культуре! Получившийся симулятор выглядел как-то неубедительно. По расчетам выходило, что он мог без труда разобраться с двумя кораблями, даже оставаясь поблизости от Эксцессии (естественно, держась от нее подальше). А вот если бы еще трое присоединились к погоне, вот тогда у него могли бы появиться серьезные проблемы.
Он снова передал позывные “Точному Сколу”. Опять ничего.
“Рок” начал нервничать. Что здесь происходит, в самом-то деле? Не сегодня-завтра явятся большие пушки, а он тут играет в догонялки с двумя транспортами.
Конечно, он мог бы продолжить наблюдение за Эксцессией до прибытия флота, может, она выдаст что-нибудь поинтереснее, чем безумные выходки кораблей, но стоило ли рисковать? Учитывая, что его все-таки могут догнать? И не только корабли что он станет делать, если сама Эксцессия внезапно увидит в нем лакомый кусочек?
Да и черт со всем этим, сказал он себе. Неожиданно извернувшись, он заложил крутой вираж, разогнался, а потом сбрасывал скорость до тех пор, пока не остановился неподалеку от Эксцессии.
Он занял позицию на воображаемой линии, проходившей через него и Эксцессию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
Загрузка...