Чечеров К П - Мнение Про Чернобыльский Взрыв http://www.libok.net/writer/2312/kniga/5111/checherov_k_p/mnenie_pro_chernobyilskiy_vzryiv 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Хотя на меня его сексуальность никак не действовала. Сгнивший корень на полу казался мне притягательнее.
Он удивленно распахнул глаза.
– Ха! – воскликнула я, потирая руки. – Это научит тебя, как подслушивать фанта… мысли других людей!
– Уверяю тебя, я не напрашивался на это умение. Если честно, то, что мы умеем читать мысли друг друга, неудобно, поскольку это означает…
– Что? – спросила я, поеживаясь от холода.
– Ничего.
Он снова закрыл глаза и притворился, что уснул. Я пнула его по ноге.
– У тебя ямочки на щеках.
Он приподнял одну бровь, но не потрудился открыть даже один глаз.
– Это против законов природы. Все ведь знают, что у вампиров физически не может быть ямочек на щеках. Мужчины, у которых на щеках ямочки, – белые и пушистые, как маленькие зайчики. А вампиры – темноволосые, мрачные и развращенные. Тяжело быть мрачным и развращенным, если в любой момент у тебя на щеках проступают ямочки.
Бровь его опустилась, руки оставались неподвижно скрещенными.
Я снова пнула его по ноге.
– Мужчины с ямочками на щеках поют в бродвейских мюзиклах. И бьют все рекорды кассовых сборов.
– У меня нет ямочек на щеках, – сказал он и положил ногу на ногу за секунду до того, как я в очередной раз пнула по ней.
– Нет есть. Я их видела. Ты сам не знаешь, есть или нет, ты ведь не видишь свое отражение в зеркале.
Не стоит верить всему, что слышишь.
– Так ты видишь себя в зеркале? Что ж, тогда в следующий раз, когда увидишь свое отражение, то улыбнись, и ямочки проявятся.
На секунду он открыл глаза и бросил на меня пронзительный взгляд.
Я похож на мужчину, который станет улыбаться своему отражению в зеркале?
– Нет, ты похож на мужчину, который на завтрак ест маленьких детей, – ответила я.
Он ничего на это не ответил, а просто уснул, прямо сидя на холодном каменном полу. Ну и ладно. Все равно он молодец. Помог мне справиться с самым ужасным приступом паники в жизни. Я стояла и переминалась с ноги на ногу какое-то время. В конце концов я не выдержала и сказала капризно:
– Мне холодно.
На его лицо вернулось мученическое выражение. Он ничего не сказал, но развел руки. Я не стала взвешивать все «за» и «против» перспективы оказаться в руках вампира-телепата. Я просто бросилась на него, извинившись мимоходом, что угодила коленом ему ниже живота, обвила его руками и уткнулась лицом ему в шею. Он был теплым и сильным, и от него приятно пахло. Я расслабилась в его руках. У меня возникло ощущение комфорта и защищенности.
Что за глупость! Он ведь только что похитил меня, а еще хотел, чтобы я расколдовала его ценою своей жизни.
– Нелл? – Глубокий, низкий голос ласкал мой слух.
– М-м-м?
– Я никогда не ел женщин.
Я хихикнула, и мне было так хорошо, что я даже не стала возмущаться по поводу чтения мыслей.
– И мне приятно, что ты считаешь меня сексуальным. Я ущипнула его за талию, где черный свитер слегка не доставал до ремня штанов.
– Плохой вампир.
Засыпая, я услышала его мысли. Впрочем, мне это могло и присниться.
Ничего между нами быть не может. Я безнадежен. Я должен умереть. А ты должна жить.
Глава 5
– Ай, дурацкий камень. У моего следующего похитителя будет «порше».
Адриан ничего не сказал, но ближайшая ко мне ладонь сжалась в кулак, как будто он душил кого-то. У меня было неприятное ощущение, что я знаю, кого именно. Впрочем, это не остановило меня. По какой-то причине ужас перед Адрианом прошел. Мне было комфортно с ним. Даже очень комфортно. А все потому, что он проявил ко мне жалость, хотя мог оставаться жестоким.
Тот факт, что он не съел меня на ужин, тоже внес свою толику в мое изменившееся отношение к Предателю.
Меня била мелкая дрожь. Мы шли по извилистой дороге, что вела от Драганского замка к близлежащему городку Бланско, где, как мне очень хотелось надеяться, у Адриана припрятана машина.
– Мой следующий похититель будет знать, как похищать девушку стильно. Он не станет затаскивать меня в грязную, пропахшую крысами дыру, морить меня голодом, а затем издеваться надо мной, заставляя идти пешком милю за милей, да еще и после захода солнца. Он похитит меня на шикарной спортивной машине, где непременно будут стоять удобные сиденья с подогревом, а на заднем сиденье будет лежать корзина для пикника, наполненная разными вкусными вещами. На сексуальной красной спортивной машине.
Со стороны Адриана не последовало никакого ответа, лишь челюсти его сжались.
– Автомобиль с откидным верхом!
– Во имя любви к Господу, женщина, чего ты от меня хочешь? – выпалил он, его глаза горели раздражением. – Я предлагал понести тебя, на что ты сказала, что лучше умрешь сразу, чтобы не мучиться.
– Да, но я же не в прямом смысле слова! – Я потерла руки, чтобы хоть как-то согреться, и застонала, наткнувшись на очередной камень.
– Ты совершенно меня не уважаешь. Почему? – Он бросил на меня очередной раздраженный взгляд. – Ты даже понятия не имеешь, каким сильным и опасным я могу быть. Меня боятся и ненавидят мои собратья, за которыми охотятся, словно за животными, те, в чьих руках моя жизнь. Но ты совсем не испытываешь благоговейного трепета. Ты должна дрожать от страха, а вместо этого ты только и знаешь, что жалуешься.
– Ну, если честно, то я испытываю немного благоговейного ужаса перед твоими клыками, – сказала я, стараясь загладить вину, хотя если честно, то непонятно, чего я так боялась задеть его чувства. – Они всегда так торчат? Тебе, наверное, приходится все время жевать на людях, чтобы скрыть их. А губы у тебя о них не трутся? Когда я была подростком, то носила брекеты на зубах, так вот, я ужасно стирала о них губы. Я бы предложила тебе мазь для губ, но моя сумочка осталась в замке, когда ты уволок меня. Надеюсь, настоящий Кристиан вернет мне ее. В ней все мои деньги и паспорт.
– Темные не пользуются никакими бальзамами для губ, – сказал он, теряя терпение.
Я пожала плечами и попыталась представить себе, как Адриан превращается в летучую мышь.
– Нет, – сказал он, прежде чем я задала вопрос. – Я не могу превращаться в летучую мышь.
Я встала как вкопанная посреди тропы. Луна, выглянув из-за облака, осветила дорогу.
– Прекрати. Читать. Мои. Мысли!
Его пальцы сомкнулись на моем запястье, предвосхищая попытки ударить его.
– Я ничего не могу с этим поделать. Ты все время проговариваешь про себя.
– Ну знаешь! – воскликнула я обиженно. – Ничего я не проговариваю про себя!
– Нет, проговариваешь. Ты нисколько не пытаешься заблокировать свои мысли. Все, что мне нужно, – это…
Моего сознания коснулась теплая волна. Я полной грудью вдохнула морозный воздух. Это было самое интимное прикосновение в моей жизни. Гораздо интимнее банального соития тел.
Я уловила удовлетворенное урчание.
– Прекрати, – сказала я, выгоняя его из своего сознания. – Это невежливо – гулять по чужим мыслям без приглашения.
– Ты вправе отказать, более того, ты тоже можешь проникнуть в мое сознание.
– С чего ты так решил? – Я посмотрела на его высокую темную фигуру. – Никогда не могла понять, что люди думают. Не говоря уж о том, чтобы читать их мысли.
– Я тебя пометил, – сказал он безжалостно. – Это первое правило проникновения.
– Пометил меня? Но ты даже не коснулся меня. Нет, я, конечно, понимаю, что ты злой и страшный серый волк…
– Я Предатель, – прервал он меня. – Предатель. Меня боятся и ненавидят…
– …все твои собратья, на которых охотятся, словно на животных. И так далее и тому подобное. Ты уже говорил. Видимо, поэтому я больше не боюсь тебя, Адриан-Предатель. Ты мне ничего плохого не сделал, хотя мог.
– Это еще не повод, – резко сказал он. Я не видела его лица, поскольку луна скрылась за мрачную черную тучу, так что я не могла судить, действительно ли он сердится. – Дело совсем в другом. Все гораздо хуже, чем ты можешь себе представить.
– Хуже? О чем ты говоришь?
Он не стал отвечать. Наш разговор сошел на нет, мы входили в город Бланско.
– Нелл, – сказал он чуть позже, когда мы шли по темной площади. – Ты…
– Ух ты, смотри! Железнодорожная станция! Уверена, там можно взять напрокат машину. А может быть, у них и еда есть. Я просто умираю с голода. Пойдем.
– Нелл. – Он схватил меня за запястье своей мертвой хваткой и притянул к себе. Его губы почти касались моего уха. Для посторонних глаз, что не исключено в такой час, мы вполне могли сойти за любовную парочку, которая не может дотерпеть до дома. – Не забывай, что ты все еще моя пленница. И лучше тебе запомнить, что я – опасное и жестокое порождение Тьмы. Я убийца, Предатель, существо без души, и я, не задумываясь, уничтожу любого, кто встанет у меня на пути.
Я подняла глаза и посмотрела ему в лицо, освещенное голубоватым светом уличного фонаря. От его ледяного взгляда у меня по спине побежали мурашки. Мне стало страшно. Не совсем понимая, что именно я делаю, я развернулась к нему, чтобы можно было смотреть прямо на него. Тьма, изначальная, глубокая, всепоглощающая и бесконечная Тьма, смотрела на меня оттуда, где должна была находиться его душа. Мне захотелось восполнить эту пустоту, сменить Тьму на надежду, и любовь, и счастье. Я инстинктивно знала, что могу снять с него проклятие, что связывало и душило его. Но для этого мне понадобится возродить в себе ту часть, что я сознательно уничтожила десять лет назад.
Ту часть, где жила невинная и наивная девушка.
– Прости меня, – сказала я. Мой голос дрожал на морозном воздухе. – Я не могу. Не могу снова пойти на это.
Его глаза потускнели, и я почувствовала, что он коснулся меня своим сознанием. Я отвернулась, как будто это могло помешать ему увидеть всю правду обо мне. Я ни на минуту не допускала, что он мог не заметить дряблость мышц на левой стороне моего лица и слабость левой руки и ноги. Но он ничего не спрашивал, а я не собиралась объяснять.
– Что ты скрываешь от меня?
Я застыла, пытаясь приглушить чувство вины. Он развернул меня к себе. В его глазах застыла подозрительность.
– Я не могу прочитать, что ты прячешь. Что за тайна наводит на тебя такой ужас?
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бьющееся сердце. Его палец коснулся моей шеи, нащупывая пульс с такой нежностью, что я чуть не растаяла.
– Ты не единственный, кто предавал, – только и смогла сказать я.
– Кто… – начал он говорить, но внезапно остановился и вскинул голову, принюхиваясь к ночному воздуху.
Я осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, что же так насторожило его, но ничего не увидела. Мы стояли посреди темной площади, дома смотрели на нас своими окнами. Где-то еще горел свет, но большинство окон были черны, хотя времени было едва за девять. Мимо нас проехало несколько машин, но пешеходов нам не встречалось. И уж точно ничто вокруг не представляло угрозы.
– Что случилось?
– Иди. – Он подтолкнул меня. За площадью возвышалось здание из розового камня, которое я узнала, поскольку видела во время поездки с Мелиссандой. Это был вокзал.
Мелиссанда! Я почти забыла о ней. Интересно, она знает о том, что меня похитили? Остается надеяться, что она доверится моей алчности и не решит, что я бросила ее в замке. А со стороны это, должно быть, так и выглядело. Может, это Мелиссанда нас выследила? Неужели она меня вызволит?
Почему я чувствую странную грусть от возможного расставания с Адрианом?
– Быстро иди на вокзал. Купи два билета на Прагу. Поезд отходит меньше чем через двадцать минут. Встретимся на платформе.
– Постой, погоди минутку! – Я ухватилась за фонарный столб.
– Делай то, что я тебе велю! – прорычал он, мгновенно оказавшись передо мной.
Я ударила его по руке.
– Перво-наперво, я не подчиняюсь никаким приказам, если мне их не разъясняют. Если хочешь от меня чего-то добиться, объясни, зачем это нужно. А потом… – Я сделала пару неуверенных шажков, но он преградил мне путь, его глаза метали голубые молнии. Мои слова по поводу того, что он может засунуть свое хамство куда подальше, застряли в горле. – Хм… у меня и денег-то нет. Ты так быстро меня похитил, что моя сумочка осталась в замке, помнишь? – Я подняла вверх пустые руки.
Он выругался на чешском, засунул руку в карман, вытащил скомканные бумажки и протянул мне несколько купюр.
– Ступай!
Прежде чем я смогла сказать хоть слово против, он скрылся, растворившись в тенях, словно был одной из них.
– Чего и следовало ожидать, – сказала я сама себе, беспомощно глядя по сторонам в тщетных попытках найти его. – И что будешь делать, Нелл?
Я уставилась на деньги в руке. Я могла просто взять их и купить билет до Праги, разыскать Мелиссанду и надеяться на ее снисхождение. Я могла нанять такси и вернуться в Драганский замок, чтобы забрать свою сумочку. Я могла пешком прогуляться до ближайшего полицейского участка и написать заявление о похищении (оставив описание внешности Адриана).
– Или, – сказала я, тяжело вздыхая и направляясь в сторону здания из розового камня, – я могу просто купить два билета до Праги и провести остаток вечера, раздумывая над причинами своего расположения к вампиру. Остается надеяться на то, что он придет.
Я купила два билета. В привокзальной кассе мне сказали, что поезд немного задерживается, но прибытие ожидается в течение получаса. Голод мой был так силен, что первое, что я сделала, – это опустила мелочь в автомат с шоколадками и взяла сразу три штуки.
Должно быть, высокое содержание сахара сыграло со мной злую шутку, потому что к тому моменту, как я, слизывая последний шоколад с пальцев, посмотрела на часы в крохотном зале ожидания, времени было уже в обрез.
– Это просто смешно. Он не придет. Он просто убежал, чтобы найти себе ужин пожирнее, только и всего, – бормотала я, не веря сама себе, хотя мне и становилось легче от того, что я говорю это вслух. – Он ни за что не успеет на поезд. Нелл, ты снова свободна. Больше не будет никаких раскомандовавшихся вампиров. Можешь рассказать все Мелиссанде, забрать свои вещи и катить домой. Без нагрудника.
И Мелиссанде не поможешь найти племянника. И Адриана не будет рядом.
– Так, перестань думать хоть на секунду, – инструктировала я сама себя, выглядывая на улицу в надежде увидеть крупную фигуру знакомого вампира, спешащего на поезд через площадь. – Пусть он аппетитный, пусть от него вкусно пахнет, пусть он изнывает от боли, при одной мысли о которой становится дурно, он все равно остается вампиром. Ночным кошмаром. Кровопийцей. И вдобавок ко всему он предает людей. А еще у него проблемы с пониманием слова «нет». Кому какое дело, если другие вампиры найдут его? Кого волнует, если они забьют его до смерти? Кого беспокоит… а-а-а, черт!
Я выбежала наружу и быстро пошла к площади по тому же тротуару, по которому пришла на станцию. Как бы я ни пыталась отрицать, но правда оставалась правдой: нас с Адрианом связывали определенного рода отношения, и, если ему нужна моя помощь, я должна быть рядом. Сама себя я успокаивала тем, что мне нужна информация о Деймиане и Адриан – единственный, из кого я могу ее выудить. В конце концов, я должна помочь Мелиссанде чем могу, раз уж толку от меня по прямому назначению нет. Но правда была гораздо интереснее. На самом деле помочь я хотела Адриану, как бы сильно я ни пыталась это скрыть. На площади было по-прежнему темно.
– Ну и что дальше? – спросила я саму себя. Я ведь и понятия не имею, что он там увидел, что нам угрожало, если вообще была какая-то угроза. Может, в итоге я и права, может, он всего лишь решил перекусить одним из почтенных горожан, что вывели на прогулку своих собак.
Или, что тоже не исключено, охотники отправились за добычей.
Я встала под уличным фонарем в нерешительности и прострации. Адриан говорил, что я тоже могу читать его мысли. А что, если использовать свои возможности как радар, чтобы определить его местонахождение? Я развернулась и пошла обратно к вокзалу. Я слишком хорошо помнила, что случилось, когда я первый и единственный раз попыталась воспользоваться способностями, которые в большинстве людей так и не просыпаются. А что, если меня снова постигнет ужасная неудача, когда я попытаюсь связаться с ним таким образом? А что, если случится что-нибудь совсем ужасное?
О каких попытках может идти речь, если я знаю, что это может убить меня?
И как я могу не обращать внимания на то, что Адриану может понадобиться моя помощь?
– Просто замечательно! – закричала я в темноту, держась рукой за холодный металл фонарного столба, и закрыла глаза. – Но если я от этого умру, то я вернусь призраком и буду преследовать его до конца его дней.
Я сосредоточилась на Адриане, на том, как он выглядит, как от него пахнет, на том, какой он был надежный и крепкий, когда я прижималась к нему, на его нежном прикосновении к моему сознанию.
Нелл? Голос в моей голове был мягким, удивленным и раздраженным одновременно. Что ты делаешь?
Спасаю тебя, грубо ответила я, распахнула глаза и пошла в направлении, где сейчас находился Адриан. А в том, что он находился именно там, я была абсолютно уверена.
В голове у меня раздался смешок. Я Темный. Я бессмертный, я один из величайших в своем племени. Мне не нужна помощь смертной. Да еще и женщины!
Да ну? Этой смертной женщине надоело твое хамство. Так что… сзади! Берегись!
Я побежала вниз по тротуару, свернула за угол и едва не поскользнулась на льду, когда ворвалась в аллею, где находился Адриан. Я чувствовала за ним еще одного человека. Такого же сильного, как и он сам.
Мною управлял страх, я перелетела через улицу и угодила прямо под машину, которая вылетела из-за поворота. Взвизгнули тормоза, я сделала последнюю попытку избежать столкновения и почувствовала, как боль взорвалась в левом боку, куда ударил бампер. Я отлетела на промерзшую мостовую, не в силах ни вздохнуть, ни пошевелиться.
– Ой! – Я глотнула воздуха, похлопала себя по рукам, по ногам, чтобы проверить, все ли на месте. Я не успела еще порадоваться тому, что ничего страшнее синяков у меня нет, как рядом промелькнула тень и меня резко дернули вверх и бросили на капот сдавшей назад машины.
– Где он? – прорычал мне в лицо незнакомый мужчина.
Я моргнула, но видение не рассеялось.
– Кто?
Блондин, что держал меня, закрутил ворот так, что я едва не задохнулась. Его лицо не выражало ничего, кроме злобы, губы обнажили очень неприятного вида крупные клыки.
– Предатель. Ты пропахла им насквозь. Где он? Говори или умрешь.
– Я не знаю, – честно призналась я, уверенная, что Адриан уже покинул аллею, где я учуяла его.
Такой ответ явно не понравился мужчине. Он грязно выругался по-французски, и я сделала вид, что не поняла ни слова. Но он со злобой дернул меня за воротник, и мне стало не до галантных манер. Я закашлялась, перед глазами поплыли черные круги.
– Ты врешь!
– Клянусь вам, я понятия не имею, где он находится. – Я захрипела и забилась, пытаясь хоть немного вдохнуть воздуха.
– Я не оставлю тебя в живых, чтобы ты не помогала предавать других, – прошипел он. Он поднял меня к себе и рванул блузку, открывая мое горло. Наконец-то я могла вдохнуть. Я не осознавала происходящего, передо мной все еще плясали черные круги. Но вот я почувствовала его дыхание на своей шее, и до меня дошло, что сейчас должно случиться.
Каждая клеточка моего тела кричала от страха. Я попыталась сопротивляться вампиру, который вознамерился отнять у меня жизнь, но мои руки и ноги отказывались подчиняться мне.
Адриан! Я мысленно призвала его. Я уже чувствовала влажные клыки на своей шее, вяло сопротивляясь, когда он вдруг застыл. Он снова выругался и оставил меня в ожидании неминуемой смерти.
Поток воздуха, знакомый аромат, сексуальный голос, ругающийся по-немецки, – и я спасена. Я сползла с капота вниз, массируя горло, все еще задыхаясь, не сводя глаз с двух дерущихся мужчин на дороге.
Они были примерно одного роста, но если блондин был жилистым, словно связанным из проволоки, то Адриан был мощным и невероятно сильным. Впрочем, я понимала, что силы его не безграничны, и я чувствовала, что рядом еще один Темный.
Вдали раздался предупреждающий гудок поезда.
Блондин нанес удар, который смертного просто обезглавил бы. Адриан ослабил удар, вильнув в сторону, но все же покачнулся. Я поняла, что должна ему помочь. Он был голоден и слишком устал, приглядывая за мной, пока мы отсиживались под замком, дожидаясь темноты. Он не справится с двумя натренированными вампирами. Я огляделась по сторонам в поисках какого-нибудь оружия, чтобы вывести из строя блондина, но ничего вокруг не было.
Адриан в этот момент оттолкнул ногой одного нападавшего и отшвырнул другого. Да, не было никаких сомнений, что несколько столетий назад Адриан серьезно занимался боевыми искусствами. Я открыла дверцу машины, чтобы посмотреть внутри, нет ли там ружья или палки, или чем там еще вампиры убивают друг друга, но и там ничего не было. Я вынула ключи из замка зажигания и краем глаза заметила, как блондин вытащил нож, тускло сверкнувший в свете уличного фонаря. Едва заметный взмах руки, и нож полетел в сторону Адриана. Он отпрыгнул, но недостаточно быстро. Клинок по рукоять вошел в его грудь.
– Нет! – вскрикнула я и кинулась к нему.
– Вот тебе и конец, Предатель, – сказал блондин, покачиваясь.
Адриан посмотрел на вампира. Его грудь резко вздымалась и опадала. Он взял нож за рукоять и вытащил из груди. Его черная рубашка стала еще чернее, когда мокрое пятно расплылось по ней. Мне даже не нужен был мысленный контакт с ним, чтобы понять, что он быстро теряет силы. Рана прошла слишком близко от сердца.
– Ты умрешь, и наконец-то наши люди будут в безопасности, – прорычал блондин.
Адриан поднял голову, но не для того, чтобы посмотреть на вампира. Его взгляд нежно коснулся меня, и я удивленно моргнула, увидев в нем сожаление и печаль. Но минула секунда, и его глаза снова превратились в голубые кристаллы самообладания.
– Ты и раньше пытался уничтожить меня, Себастьян, но ни разу не преуспел. Ничего не изменится и на этот раз.
Адриан приготовился к атаке, и я знала, что это добьет его. Я, не задумываясь, начертала в воздухе знак, который узнала много-много лет назад, но который дремал в моей памяти в ожидании подходящего момента. Такого, как этот.
Глаза Себастьяна удивленно раскрылись, когда он увидел, как мои руки, вспоминая то, что память давно позабыла, чертили в воздухе древние символы. Символы дрожали, переплетаясь и отливая серебром, прежде чем растаять в воздухе.
В ту же секунду мою голову пронзила страшнейшая боль. Я схватилась за виски, изо всех сил стараясь остаться на ногах, а Адриан удивленно смотрел на то место, где только что были символы. Себастьян выругался, когда захотел сдвинуться с места и не смог. Только тогда он понял, что я сделала.
Боль медленно отступала, оставив после себя слабость и дрожь. Адриан схватил меня за руку и потащил прочь от застывших вампиров.
– Я уничтожу тебя, Предатель! Ты и твоя Возлюбленная оба умрете за преступления, которые совершили!
– Какого черта?! – спрашивала я, глядя на свои руки так, словно видела их впервые. А Адриан все тащил и тащил меня, бормоча что-то про поезд. – Это еще откуда взялось?
– Ты же волшебница, – ответил он. – Ты нарисовала заклинания и связала их. – Он мельком глянул на меня, а мы тем временем уже подбегали к вокзалу. – Ты говорила, что не умеешь колдовать, но у тебя получилось вполне недурственное заклинание.
– Не смотри так на меня, я понятия не имею, как я это сделала, – отреагировала я, оглядываясь назад, где остались два связанных моим заклинанием вампира. Напоминанием о заклинании до сих пор оставалась тупая боль в висках. – Они все еще там.
Гудок со станции напомнил нам, что поезд вот-вот отойдет.
– Это не имеет значения. Идем. Нам надо поторопиться.
Я побежала, но остановилась, когда увидела, что Адриан с трудом передвигает ноги, держась рукой за грудь.
– Ты серьезно ранен. Давай…
– Нет, – сказал он, беря меня под локоть и подталкивая в сторону вокзала. – Мы должны уехать. Мне не хватит сил драться с обоими сразу.
Я потерял много крови. Мне надо поесть.
Я прочла его мысли, а мы уже бежали по станции. Я вытащила билеты, когда мы выскочили на платформу. Поезд как раз начал движение, прогудев несколько раз на прощание. Адриан прибавил шаг, и мы на ходу запрыгнули в вагон. Повалившись на пол, мы долго лежали, приходя в себя от бега.
Отдышавшись, Адриан встал сам и помог подняться мне. Я устало помахала билетами кондуктору, который взирал на нас с некоторым удивлением. Видимо, нечасто люди садились на поезд таким необычным способом. Мы прошли в конец вагона и рухнули на сиденья. Мое тело ныло и пульсировало, протестуя против такого жестокого обращения. Мысли путались от событий, которые мне довелось пережить за последние двадцать четыре часа.
Адриан пересел на сиденье напротив меня и наклонился, по-прежнему прижимая руки к груди.
– Ты в порядке? – спросила я. Что за глупый вопрос! Разумеется, ни в каком он не в порядке. Он только что получил ножевое ранение в грудь. Даже для вампира такие ранения чувствительны.
– Да, – сказал он, часто дыша. – Твоя голова… я чувствую твою боль. Тебе лучше?
Я коснулась висков:
– Да, все прошло. Но вряд ли я снова стану колдовать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
Загрузка...