А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Воронов Никита

Виноградов - 5. Последняя ночь


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Виноградов - 5. Последняя ночь автора, которого зовут Воронов Никита. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Виноградов - 5. Последняя ночь в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Воронов Никита - Виноградов - 5. Последняя ночь без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Виноградов - 5. Последняя ночь = 189.85 KB

Виноградов - 5. Последняя ночь - Воронов Никита -> скачать бесплатно электронную книгу



Виноградов – 5

OCR: Олег-FIXX ( fixx10x@yandex.ru )
«Последняя ночь»: Нева, Олма-Пресс; СПб, Москва; 2002
ISBN 5-7654-2411-2, 5-224-03938-X
Аннотация
В офисе книгоиздательской фирмы произошел взрыв. За расследование берется Денис Нечаев, опер уголовного розыска. Он выясняет, что нити преступления тянутся к самоубийству сотрудницы фирмы, произошедшему год назад. Но когда Нечаев уже близок к разгадке произошедшего, он попадает в тюрьму по сфабрикованному обвинению…
Никита Воронов
Последняя ночь

Ныне живы, а завтра мертвы, —
Говорил Мономах, —
И другие придут и возьмут
То, что собрано нами…
Мы явились в последнюю ночь.
Мы роздали впотьмах
Кому плеть, кому медь,
Кому стынь, кому синь с облаками.
Евгений Лукин
ПРОЛОГ
Это очень больно, когда в тебя попадают… Даже если осколок лишь коснется плеча, оставив после себя рваную, набухающую кровью борозду.
— Ох, бли-ин…! — Денис ухватился здоровой рукой за рану, пальцы сразу же стали горячими, липкими и чужими.
Опять громыхнуло.
На этот раз глуше и с расстояния относительно безопасного: то, что некогда было припаркованным у самой трамвайной остановки «опелем», теперь представляло собой темный, бесформенный силуэт в клубах дыма и грязного пламени. Запоздало посылались стекла в соседних квартирах и офисах…
Закричали — сначала женщина, потом ребенок. Кто-то пытался командовать, кто-то плакал, сбившиеся в кучу машины перегородили проезд, рыча захлебывающимися от страха двигателями.
Меньше всего это походило на привычный шум городских улиц. Вскоре, однако, все второстепенные звуки перекрыл истеричный вой милицейской сирены.
— Младший лейтенант Нечаев! Уголовный розыск.
— Спасибо. Тоже, гляжу, зацепило? — пареньку в форме и со значком ГАИ поручили переписать свидетелей, и теперь он возвращал Денису служебное удостоверение.
— Да, слегка. — Нечаев поморщился и показал глазами на внутренний карман своего пиджака:
— Пожалуйста, засунь вот сюда! А то мне, видишь, никак…
Действительно, рану уже обработали и перевязали, но ладонь по-прежнему чернела высыхающей кровавой коркой: руки отмыть никто не предложил, а сам как-то постеснялся…
— Нет проблем! — улыбнулся коллега.
— Спасибо.
Удостоверение было новенькое, выданное только на прошлой неделе, и пачкать его не хотелось.
— Далеко живешь? Можем подбросить, когда закончим.
— Да нет! Мне здесь, чувствую, придется еще…
— А что такое? — удивился собеседник.
— Я же местный… Как раз эту территорию и обслуживаю — вон, от памятника и до границы района. Так что — моя «земля»!
— Повезло-о… — понимающе пока чал головой коллега. — Но, в общем, смотри, Имеешь праве послать их всех.
— Имею, — согласился Денис. Но было ясно, что предложением он не воспользуется. — Спасибо.
— Будь здоров! Желаю удачи.
К сотрудникам уголовного розыска в других милицейских службах относятся с определенной долей снисходительной зависти, поэтому гаишник кивнул Нечаеву и отправился возвращать документы уже переписанным свидетелям.
Пахнуло догорающей автомобильной резиной… Пламя сбили довольно легко, но из-под слоя химической пены продолжали цедиться в небо дымные язычки.
Вообще ребята из Госавтоинспекции сработали на удивление толково — поток машин, притормаживая, направился по встречной полосе, а на повороте уже один за другим дребезжали скопившиеся за четверть часа трамваи.
Главной проблемой оказались зеваки — специальных ограждений, как обычно, не хватило, и задерганные, злые милиционеры с трудом оберегали место происшествия. Толпа, впрочем, вела себя не слишком агрессивно, да и глазеть с точки зрения избалованных острыми ощущениями соотечественников стало вскоре практически не на что: раненых вывезли, и только у края проезжей части одиноко белело прикрытое простыней тело.
Судя по всему, женское.
Снова пошел дождь… Аккуратно, стараясь не наступать на многочисленные пятна крови, стеклянную крошку и вспоротые взрывом куски асфальта, Денис вернулся на тротуар.
— Кто такой? — Навстречу шагнул здоровяк с физиономией отставного десантника. Вид у него был грозный, автомат на плече, галстук ручной работы и распахнутые полы двубортного пиджака.
— Нечаев, уголовный розыск. А вы, прошу прощения?..
Парень был явно не свой, не милицейский — подобным образом обычно одевают службы безопасности крупных коммерческих фирм или привилегированные силовые структуры.
Так и оказалось.
— Мы прикомандированные… Из Главного управления охраны! — Автоматчик сделал неопределенный жест за спину, в сторону того, что совсем недавно было парадным входом в шикарный офис. Рвануло, видимо, как раз между дверью и «опелем» — и слава Богу, что из-за оцепления этот участок тротуара не просматривался.
Глубокой воронки не было. Кровь, перемешанная с грязными ручейками пены, казалась неестественно густой, но чуть дальше она уже почти не угадывалась на мокрой от дождя поверхности асфальта. Пять, нет, шесть неподвижных тел, укрытых потежелевшей от влаги материей: взрослые, дети… Денис знал, что еще один убитый чернеет обугленным силуэтом в салоне потушенного автомобиля.
— Граната?
Здоровяк пожал плечами и смачно выругался.
— Нечаев! Иди сюда… Ты как? — По отделу сегодня дежурил капитан Красовский, он и командовал пока на месте происшествия — без ошибок, хотя и несколько нервно.
Денис прекрасно понимал приятеля — конечно, это был шанс отличиться, — к приезду высокого начальства требовалось не ударить в грязь лицом. С другой стороны, коллеги из оперативно-следственной бригады Главка с удовольствием спишут все свои будущие ошибки на нерасторопность местных сыщиков и на их неумение работать «по горячим следам».
— Так ты как — поможешь?
— Если надо…
В жизни всегда есть место подвигу. Иногда это место даже старательно расчищается для нас любителями въехать в рай на чужом горбу.
— Тогда сбегай, будь другом, во-он в тот магазин напротив. Поговори с продавцами — может, кто-то что-нибудь видел. Потом оформишь рапортом… Только быстро, усек? Еще дел тут куча, мать их!
— Знаешь что…
Захотелось ответить достойно, но помешал звероватого вида мужик:
— Мы приехали, слышь!
— Кто это — вы?
Больше всего подошедший напоминал грузчика с овощной базы, и разило от него отвратительно дешевой баночной водкой.
— Как это — «кто»?.. Слышь? Труповозка!
Следом за старшим подтянулось еще несколько санитаров из морга судебно-медицинской экспертизы — некоторые с носилками, некоторые налегке.
— Вызывал?
— Вызывал, но… Подождите, мужики! Пока еще не разобрались.
— Ладно, — старший с трудом удержал равновесие. — Только не валандайся тут, слышь? У нас смена кончается.
— Во дают! — бросил вслед удаляющимся пролетариям охранник с автоматом. В голосе этого откормленного, довольного собой и жизнью служивого человека явственно слышались нотки зависти — как у цепного пса-«кавказца», увидевшего через забор стайку бродячих дворняжек.
По рации сообщили, что через ограждение пытаются просочиться первые телевизионщики — то ли съемочная бригада «НТВ», то ли «Пятый канал».
— Гони их..! — отреагировал капитан и открытым текстом присовокупил, куда лучше всего направлять незваных гостей. Скоро спасу от представителей прессы не будет никакого, но до подхода начальства следовало продержаться — слишком много милицейских карьер поломалось из-за неосторожно брошенной реплики или язвительного комментария волосатых парней с микрофонами.
— Знаешь что… — Дежурный задумчиво посмотрел на оперативника и жестом отменил отданное минуту назад распоряжение: — Возьми-ка лучше пока данные на покойников — и быстренько оформлять начинай.
— Понял, командир! — Денис безропотно принял из рук старшего товарища документы.
Паспорта, пенсионное удостоверение, какой-то пропуск. Ученический билет…
— А где тут чье?
Вопрос явно получился лишним, поэтому капитан Красовский только пожал плечами:
— Посмотри, разберись!
С фотографии на верхнем в стопке, выданном еще при СССР, паспорте смотрел немолодой мужчина в пиджаке. Чисто выбритое лицо, морщины у глаз… Галстук, согласно провинциальной моде середины семидесятых, завязан огромным, тугим узлом.
— Это вон тот, — прокомментировал охранник. Он присутствовал при том, как тела накрывали простынями, и сейчас оказался как нельзя кстати. Денис не то, чтобы боялся покойников, просто вовсе не горел желанием без нужды беспокоить сличающим взглядом искаженные смертью лица.
Особенно — детские…
— Какой? Этот?
— Да, вон! — собеседник указал стволом автомата на безногий обрубок у самой стены. Очевидно, тело отбросило взрывом, и теперь оно, неестественно выгнувшись, мокло под окровавленной простыней.
Документ же, в отличие от владельца, нисколечко не пострадал.
— Ну-ка, ну-ка? — Денис прочитал фамилию, имя и отчество: — Лукашенко Иван Тарасович…
Потом еще раз взглянул на фотографию, пытаясь что-то припомнить, и быстро пролистал страницы до той, где положено вписывать детей.
Так и есть! Страница одиннадцать.
Почерк у паспортистки был крупный, аккуратный:
«Лукашенко Олеся Ивановна… Двадцать шестое мая тысяча девятьсот семьдесят восьмого года».
— Чего — заснул, что ли? — особого раздражения в голосе капитана не слышалось, но…
— Извини! — спохватился Денис и принялся шарить здоровой рукой по карманам в поисках блокнота.
Если бы все прошедшее было настоящим,
а настоящее продолжало существовать
наряду с будущим, кто был бы в силах
разобрать: где причины и где последствия?
Сочинения Козьмы Пруткова
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава первая
— Красивая… Верно?
Вопрос показался настолько неожиданным, что Денис даже не сразу сообразил, что ответить:
Потом кивнул:
— Молодая!
— Красивая, — повторил майор. Вздохнул, подошел к кровати. — Жалко…
Помолчали. Чтобы чем-то заполнить томительную паузу, Денис в очередной раз повертел перед глазами регистрационный бланк:
— Лукашенко Олеся Ивановна. Она?
— Она самая, — подтвердила застоявшаяся уже у двери дородная женщина-администратор. — Вчера заселилась.
— Вы оформляли? — обернулся майор.
— Нет, предыдущая смена.
— А почему же тогда так уверены, что это именно Лукашенко?
— Кто же еще-то? — вроде бы искренне удивилась собеседница.
— Ну, мало ли кто мог в номере оказаться…
— Нет, что вы! У нас с этим строго.
— Строго? — хмыкнул майор. — Знаем!
Демонстративно и недвусмысленно пожав плечами, он вышел в коридор.
Денис потянулся вслед за старшим коллегой:
— Товарищ майор…
Но момент уже был упущен. Не желая выглядеть смешным, он сделал вид, что просто поплотнее прикрывает дверь в коридор.
Повернулся к администратору:
— Ладно, начнем!
— Ну зачем так? — неожиданно принялась оправдываться женщина. — Сейчас же действительно стало все очень строго — рейды постоянные, проверки паспортного режима… То участковый, то ОМОН!
— Время такое, голубушка. — Собственно, Денис не очень представлял, что ему теперь делать. И посоветоваться не с кем… — Ничего не трогали?
— Да мы же понимаем! — встрепенулась собеседница. — Конечно, все как положено.
Она покосилась в сторону кровати и зябко передернула плечами:
— Горе-то какое родителям…
Кроме них двоих в полутемном гостиничном номере находился сейчас только труп девушки лет семнадцати.
Тонкое летнее одеяло послушно повторяло очертания лежащего на спине тела — колени, бедра, плоский живот. Краешек белой материи чуть отогнулся под левой рукой, обнажив небольшую, но уже вполне сформировавшуюся грудь с темной бусинкой вытянутого соска. Тонкая шея, темно-каштановые волосы, пышным облаком разметавшиеся по подушке…
Смерть обошлась с ней достаточно деликатно. Лицо покойницы выглядело усталым, но вовсе не было обезображено агонией последних минут: носик пуговкой, кукольный подбородок, ямочки на щеках… Глаза закрыты.
Такие женщины обычно с детства и до глубокой старости считаются хорошенькими — впрочем, к той, что лежала сейчас перед Денисом, это уже отношения не имело.
Несколько неестественной казалась только холодная бледность кожи, но и это вполне объяснялось скудным электрическим освещением. Видимо, смерть наступила во сне — хорошая смерть, легкая, без мук и без боли.
— Это прямой телефон?
— Внутренний. Но если в город — через девятку.
Оперативник аккуратно, двумя пальцами взялся за краешек трубки и набрал номер:
— Алле?
— Дежурная часть. Слушаю!
— Это Нечаев… Ну, в общем, я посмотрел тут все.
— И чем порадуешь? — в хрипловатом спросонья голосе человека на другом конце линии явственно звучали настороженные нотки.
— Вроде на убийство не похоже. Следов насилия нет, обстановка не нарушена.
— Ладно. Подожди пока на телефоне, я ответственному от руководства доложу.
— Давай! — Пока тянулась пауза, оперативник еще раз неторопливо посмотрел вокруг.
Стандартный одноместный номер: телевизор, журнальный столик, кровать. На кресле сложена одежда, перекинутое через спинку платье матово поблескивает двумя рядами металлических пуговиц. Белье, колготки… Пара приготовленных с вечера туфель аккуратно выглядывает из-под свесившегося почти до пола уголка простыни.
Кроме телефонного аппарата на полированной поверхности тумбочки в изголовьи теснились: свежий дамский журнал, стаканчик с остатками воды и пара початых лекарственных упаковок с неизвестными Денису иностранными надписями.
Гравюра в пластмассовой рамке, плотные шторы на окнах, ковролин… Гостиничный уют без особых претензий.
Если повернуться к выходу в коридор, то можно увидеть пластиковые створки стенного шкафа, зеркало во весь рост и дверь в совмещенные «удобства».
Естественно, и Нечаев, и убежавший в самый неподходящий момент майор там уже побывали и не обнаружили ничего, заслуживающего внимания.
— Эй, ты где там?
— Да, слушаю.
— В общем, давай так. Оформи сам, пусть увозят на вскрытие. Потом разберемся.
— Что, из прокуратуры никого не будет?
— Размечтался! Станут они в такую рань…
— Но ты звонил?
— Как положено — поставил в известность.
— Да, но… Ладно, понял.
— Все, бывай здоров! У меня Главк на проводе. — Телефонная трубка разразилась нахально-короткими, пронзительными гудками, оставив Нечаева наедине со служебным долгом.
Конечно, на прибытие бригады судмедэкспертов он и не рассчитывал — трупов по городу много, тут бы с явными «мокрухами» справиться… Но хоть районного-то криминалиста могли же вызвать! Денис перевел взгляд со стоящего в углу следственного чемоданчика на затоптанное уже множеством ног ковровое покрытие:
— Ну что… Нужны понятые.
Ведь был же именно такой вопрос на экзамене по уголовному процессу! Правда, еще в прошлом семестре… Надо только сосредоточиться и вспомнить, что тогда записывали.
— А что с ней?
— Ну, я не доктор, но…
Судьба негромким скрипом дверных петель избавила Дениса от необходимости произнести в ответ какую-нибудь многозначительную глупость.
— Извините! В стороночку. — На пороге опять появился майор.
Вслед за ним, придерживая на плече продолговатое туловище профессиональной видеокамеры, из гостиничного коридора на свет шагнул высокий парень в кожаной куртке и с милицейским выражением на лице.
— Давай. Только быстренько… — скомандовал майор.
Но парень и сам уже привычно ощупывал взглядом окружающее пространство:
— Годится!
Не удостаивая вниманием живых обитателей номера, он выбрал довольно эффектный ракурс — и навел объектив на покойницу.
— Так я пойду, позову? — подала голос женщина-администратор.
— Кого? А, понятых… Конечно! — не сразу сообразил отвлекшийся Денис.
Когда звук шагов дородной дамы начал удаляться в сторону лифта, он все же решил поинтересоваться:
— Простите, вы не эксперт?
Было очень поучительно наблюдать, как майор и его спутник перемещаются в ограниченном пространстве номера, умудряясь ни до чего не дотронуться и ни на что не наступить.
Человек с видеокамерой оторвался от своего занятия, оценивающе посмотрел на собеседника, потом перевел взгляд на майора. И что-то, видимо, сообразив, хлопнул себя по нагрудному карману куртки:
— Старший лейтенант Дементьев.
— Вы из РУВД?
— Нет, повыше, — ушел от ответа «кожаный» и снова прилип к видоискателю.
— Товарищ майор! — оперативник обернулся и по возможности грозно сдвинул брови. — В конце концов, я имею право…
— Тебя как зовут?
— Денис… — Вопрос был задан таким образом, что он даже не успел обидеться. — Нечаев, оперуполномоченный уголовного розыска.
— А по отчеству?
— Андреевич.
— Значит Денис Андреевич… Это хорошо! — Ни в словах, ни в интонации собеседника не было ни малейшего намека на издевку — только искренний и вполне доброжелательный интерес: — А меня зовут Владимир Александрович.
— Виноградов? — Сыщик неожиданно вспомнил, как майор представился ему внизу, в холле гостиницы. Он сказал тогда, что из Главка, и Денис почему-то решил, что речь идет об «убойном» отделе.
— Да, совершенно верно… Моя фамилия Виноградов, я заместитель начальника пресс-службы ГУВД. А это — наш с тобой коллега, из оперативной телевизионной группы.
— Откуда?
— «Ежедневное криминальное обозрение» смотришь?
— Ну, когда время есть. Вечерние выпуски.
— Вот так они и делаются. Иногда сами начальники звонят из подразделений, если есть чем похвастаться. Иногда опера, с которыми дружим, сливают информацию, иногда другие… источники. А часто просто «садимся» на наши милицейские радиоволны — слушаем, о чем переговариваются. Чуть что интересное, ребята сразу же выезжают, снимают, монтируют — и в эфир!
— И везде успеваете?
— Стараемся, — подмигнул Виноградов. — Вот, например, к тебе же раньше всех добрались.
— А вы что, и это, значит, покажете? — Денис неопределенным жестом очертил пространство вокруг себя: безжизненное тело на постели, полуоткрытая дверца стенного шкафа, столик с лекарствами.
— Вряд ли, — опережая майора, вздохнул человек с камерой. — Сюжета не чувствую!
— В каком смысле?
— Понимаешь ли, зритель нынче пошел балованный… Ему драму подавай, трагедию! Чтобы море крови и куча костей. А тут? Обыкновенный труп, даже, видимо, не криминальный.
— Слушай, Денис Андреевич… А хочешь, мы у тебя интервью возьмем?
— Нет, не надо.
Пока все равно похвастаться нечем. К тому же Нечаев вовсе не был уверен в том, что бесцеремонные действия милицейских журналистов соответствуют общепринятым уголовно-процессуальным нормам… Но еще хуже он представлял себе, каким образом смог бы в такой ситуации в одиночку помешать старшим по званию офицерам из Главка делать свое дело. Владимир Александрович, видимо, что-то прочитал во взгляде сыщика. Подмигнул:
— Не волнуйся, все будет о'кей. Давно в розыске?
— Пятый день, — после некоторой заминки выдавил из себя Нечаев.
Виноградов присвистнул:
— А до этого?
— На посты ходил, потом помощником дежурного.
— Да, конечно, дело хорошее, — понимающе вздохнул Владимир Александрович. — Знаешь хоть, чего дальше делать?
Снаружи донесся звук приближающихся шагов и женские голоса:
— Можно?
— Подождите в коридоре! Немного… — майор довольно резко прикрыл дверь перед самым носом доставленных администраторшей понятых. — Ну?
— Протокол составлю. Потом сопроводиловку в морг. Да?
— Правильно. Приходилось?
— Пока нет, но… — Денис вкратце передал содержание своего разговора с дежурным по отделу. Потом неожиданно для самого себя добавил: — Я еще перед выездом в РУВД дозвонился, на всякий случай.
— И что сказали доблестные районные сыщики?
Видя, что сыщик замялся, Владимир Александрович успокоительным жестом положил ему руку на плечо:
— Останется между нами.
— Да там нашли одного… Который в ночь оставался.
— Ну?
— Да он даже мяукнуть не мог, еле языком ворочал. Все рвался приехать, оказать практическую помощь, но я решил, что уж лучше сам справлюсь.
— Ясно… — Майор переглянулся с коллегой. — Доберешься?
Тот понимающе улыбнулся и кивнул:
— Ох, Саныч! Ладно, оставайся. Тряхни стариной.
— Бланки-то хоть есть?
— Есть! — Денис уже понял, что синяя птица удачи все-таки махнула в его сторону крылышком и он уже больше не будет брошен один на один с первым в своей милицейской жизни трупом. Однако следовало соблюсти приличия:
— Не знаю, товарищ майор, стоит ли… Может, я сам?
— Конечно, сам! — Владимир Александрович с интересом посмотрел, как молодой оперативник торопливо щелкает изношенными замками следственного чемоданчика: — Чего ты мне это все суешь? Бери ручку, садись вот сюда… Я буду только диктовать.
— Спасибо.
— А то получится, — подал реплику уже готовый уйти видеооператор, — получится, как один стажер написал: «Под кроватью лежал труп и не дышал. Рядом плакала трупова жена, а брат трупа валялся в соседней комнате без сознания…»
— Ладно, шутник! — отмахнулся Виноградов. — Вали прямиком на базу. И позови там теток из коридора, а то они заждались, наверное…
Понятые действительно выглядели недовольными — что, впрочем, было неудивительно с учетом времени и обстоятельств.
— Доброе утро, красавицы. Простите, ради Бога!
— Ну, что уж тут… — Первой вплыла в номер дородная администраторша. — Раз такое дело.
Вслед за ней, боязливо косясь на кровать с остывающим телом, через порог шагнули еще две неопределенного возраста женщины — непричесанные, в одинаково мятых рабочих халатиках.
— Проходите, пожалуйста. Вот сюда!
— Это надолго? — подала голос одна из вошедших. — А то у нас своя работа.
— Постараемся побыстрее. Нам ведь тоже особой радости нет…
Майор подошел к тумбочке с лекарствами. Перевернул упаковки, чтобы лучше читались названия:
— Та-ак! Понятно.
Потом поводил ноздрями над стаканом:
— Это тоже надо будет изъять… Ну-с, начнем?
Вскоре Денис уже старательно выводил строчку за строчкой под диктовку Владимира Александровича:
«Протокол осмотра места происшествия… Город Санкт-Петербург, дата… Осмотр начат в шесть часов двадцать пять минут. Осмотр окончен…»
В редких паузах между фразами утренняя тишина спящей гостиницы нарушалась только шелестом переворачиваемых листов и скрипом половиц под ногами живых обитателей номера.
Наконец Виноградов облегченно выдохнул:
— Все! Закончено?
— Да, вот: «Понятые: Галкина, Короленко…»
— Распишитесь, красавицы. Здесь… и здесь!
— Нам можно идти?
— Ступайте, милые. Спасибо!

* * *
— Кстати! Если кто забыл — скоро конец квартала.
Огромный, почти во всю стену, календарь с морским пейзажем свидетельствовал: точно, наступила среда, двадцатое марта.
Время бежит… Скоро уже неделя, как Нечаева официально, приказом, назначили на офицерскую должность в уголовный розыск.
Пока Денису нравилось в его новой работе все — и возможность сменить серую милицейскую форму на штатский костюм, и оперативная кобура с пистолетом под мышкой, и даже тягучие, бессмысленно долгие утренние планерки в кабинете начальника отделения.
Все-таки приятно. Приятно и почетно чувствовать себя своим, почти равным среди сыщиков. Это вам не асфальт сапогами топтать в патрульно-постовой службе!
Изумительный народ опера — святые и грешные… Нечаев даже улыбнулся.
— Ты чего? — обдал его застоявшимся перегаром сосед, вечный старший лейтенант по прозвищу Бубен.
— Да так… — шевельнул в ответ губами Денис.
Спохватившись, он надел на лицо такое же, как у сидящих рядом сыщиков, тоскливо-искушенное выражение и снова прислушался к начальственному рыку.
— Конец квартала! А что с «перспективным планом»? Опять, как всегда, в последнюю минуту? Первого попавшегося? — Хозяин кабинета сложил пальцы в огромный волосатый кулак и внушительно припечатал к столу ни в чем не повинную папку с материалами: — Смотрите, пусть меня самого в управе насмерть задолбают, но на этот раз ни одной вербовки задним числом не подпишу! Ясно? Всех — только через контрольную встречу, лично…
— Это он про что? — поинтересовался у соседа Денис.
— Тебе пока не надо. Рано!
Минут десять в спертом воздухе переполненного помещения перекатывались наставления и угрозы вперемешку с такими выражениями, как «слабое оперативное перекрытие», «девятка — не резиновая!» и «почему ни у кого не подшиты рабочие дела?» Нечаеву это все было еще не вполне понятно, а оттого интересно вдвойне.
Наконец начальник розыска исчерпал тему.
Вытянув из стопки бумаг на столе несколько нужных, скрепленных за уголки, листков, он поднял их так, чтобы видели все присутствующие:
— Ильинов!
— Я, — тяжело поднялся со стула оперативник в костюме с галстуком и кроссовках.
— Это что?
— Материал. По хулиганке, на протокольную форму.
— Ага! Сказал бы я, что это такое, но… Вот, слушайте все: «… и после чего он ворвался в женское общежитие, хватал за неположенные места, которые сопротивлялись…»
Хозяин обвел долгим взглядом собравшихся в кабинете подчиненных:
— Чего ржете-то? Плакать надо… Или вот еще формулировочка: «выразившаяся в нецензурных словах полового значения». Да меня с такими сочинениями не то что в суд, в начальную школу не пустят! Забирай. Чтобы к концу дня все было как положено: переделать, подшить, составить опись…
— Что я вам, Лев Толстой, что ли?

Виноградов - 5. Последняя ночь - Воронов Никита -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Виноградов - 5. Последняя ночь на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Виноградов - 5. Последняя ночь автора Воронов Никита придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Виноградов - 5. Последняя ночь своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Воронов Никита - Виноградов - 5. Последняя ночь.
Возможно, что после прочтения книги Виноградов - 5. Последняя ночь вы захотите почитать и другие книги Воронов Никита. Посмотрите на страницу писателя Воронов Никита - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Виноградов - 5. Последняя ночь, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Воронов Никита, написавшего книгу Виноградов - 5. Последняя ночь, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Виноградов - 5. Последняя ночь; Воронов Никита, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...