А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Блейк Николас

Личная рана


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Личная рана автора, которого зовут Блейк Николас. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Личная рана в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Блейк Николас - Личная рана без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Личная рана = 180.63 KB

Личная рана - Блейк Николас -> скачать бесплатно электронную книгу




Николас Блейк
Личная рана
Посвящается Чарльзу и Салли
Душевная рана – нет глубже, больней.
У. Шекспир. Два веронца
Часть первая
Глава 1
Настало время поведать эту историю. Не уверен, захочу ли я когда-нибудь опубликовать ее. И не потому, что огласка причинит боль множеству людей – большинство действующих лиц этой драмы уже мертвы, – просто мое повествование слишком похоже на исповедь, а я не люблю произведений этого жанра.
Когда я вспоминаю то удивительное лето 1939 года в Западной Ирландии почти тридцать лет тому назад, у меня перед глазами всегда встает одна и та же картина. Я лежу на постели, весь покрытый потом. Она стоит у открытого окна, наслаждаясь прохладой лунной ночи. Я снова вижу ее фигуру, подобную песочным часам, эти покатые плечи, коротковатые ноги и тревожащую впадинку позвоночника, наполовину скрытую рыжими волосами, которые становятся черными в лунном свете. Фуксии под окном похожи на сгустки темной крови. Река внизу что-то бормочет во сне. Женщина обнажена.
Возможно, потому, что она все еще тревожит мой покой, потому, что при жизни она довольствовалась немногим, потому, что она заслуживает такого «надгробия» (а кто еще о ней вспомнит?), хотя бы из благодарности, я должен рассказать эту историю. Историю, начавшуюся для меня идиллией, продолжавшуюся пошлой комедией и закончившуюся трагедией.
Мои читатели скажут, что эта повесть совсем не в духе Эйра. Чересчур романтическая. Возможно, они будут правы.
Но это мое прошлое. И мне бы очень хотелось считать его вымыслом. Господи, как я желал бы, чтобы ничего подобного со мной не случалось.
* * *
Это произошло в год моего тридцатилетия. Две мои первые книги были приняты неплохо, и от издателей поступило предложение выплачивать по триста фунтов в течение следующих трех лет, чтобы я мог посвятить себе написанию новых произведений. Эти деньги вместе с небольшим наследством, полученным от моей бабушки, позволили мне оставить преподавательскую работу. Я стремился удрать куда-нибудь подальше не только от нее, но и от литературных ученых мужей и прочих всезнаек, встреч с которыми невозможно избежать в Лондоне.
Мой отец начинал свою карьеру в качестве священника ирландской церкви в Тьюамском соборе. Наша семья переехала в Англию во времена моего детства, и с тех пор я не бывал в Ирландии. Смерть отца в 1937 году вызвала у меня благоговейную дрожь, и я дал слово при первой же возможности посетить Голуэй, Мейо и Слайго.
Слово «благоговение» может удивить моих читателей. В те дни моим кумиром был Кристофер Ишервуд, и благоговение перед чем-либо не значилось среди достоинств его ранних романов. Тогда я мнил себя представителем школы наблюдателей – отстраненным, искушенным, ироничным. Однако в Западной Ирландии вышел из роли безразличного наблюдателя и превратился в объект пристального наблюдения сам. Рано или поздно каждый человек чувствует потребность возвратиться к своим корням, просто со мной это произошло скорее, нежели с остальными.
К тому же надвигалась война, и даже политики наконец осознали, что скоро беда и нас коснется. Я не собирался от нее бежать. Нет, это неправда – я не мог убежать от нее, как кролик не может спастись от гипнотизирующего взгляда удава. Мне хотелось получить передышку от страха.
Я мог бы невинно провести отпуск со своей невестой Филлис, но она еще в начале года отправилась в кругосветный круиз со своей мамашей и папашей-финансистом. Известие о заработанных мной на последней книге деньгах, возможно, и произвело бы впечатление на все семейство, но мое письмо еще гонялось за ними вокруг земного шара. Да и Филлис я писал нечасто. Умеренно влюбленная девушка, чье лицо, отделенное несколькими сотнями морских миль, начало тускнеть в моей памяти.
Окружающие полагали, что рано или поздно Филлис и ее миллионы окажутся у меня в руках. Но (интересно, чувствовали ли это другие) неизбежность войны посеяла в душе какую-то безответственность, непозволительную опрометчивость, далекую от моей обычной осмотрительности. Где-то внутри, ни в чем пока не проявляясь, рос лев, который вскоре станет искать жертву – или соперника. Добыча вопреки предположениям поджидала меня в мерзком захолустном городишке далеко на западе.
* * *
Проведя пару ночей в Дублине, где удалось купить подержанную машину, я начал колесить по Ирландии. Посетил Тьюам, затем направился к Уэстпорту, а потом свернул на дорогу, ведущую назад к заливу Голуэй, – бесцельное, неугомонное странствие. Я взял в дублинском агентстве недвижимости несколько адресов, но дома, предлагаемые им, оказывались либо слишком большими, либо жуткими развалюхами. Крыша одного из них – коттеджа неподалеку от Баллинроба – окончательно провалилась сразу же после внесения дома в альбомы агентов. Я не спешил. Впереди было все лето и Атлантический океан, а в Ирландии часов не наблюдают. Помню, что по пути на юг от Голуэя меня не оставляло ощущение предопределенности: мне казалось, что я с первого взгляда узнаю место, где поселюсь. Мне обязательно будет подан знак.
В тот вечер я собирался переночевать в отеле городка Эннис. Но, поедая сандвичи во время ленча, я заметил на карте название, которое почему-то ускользало от моего внимания раньше. Вероятно, я видел его на указателе, но тогда в моем мозгу не зазвенел колокольчик: Шарлоттестаун.
За несколько месяцев до поездки я прочел внушительный роман Соммервилля и Росса, называвшейся «Истинная Шарлотта». И вот я оказываюсь менее чем в десяти милях от Шарлоттестауна. Чем не знак судьбы? Хотя действие романа происходило в другой части страны, я вдруг почувствовал странную привязанность к этому месту – не ностальгическую грусть, приведшую меня в Тьюам, на родину, а неудержимое беспричинное любопытство. Возможно, во мне взыграла кровь ирландских предков, пробудившая семена суеверия, которое я обычно презирал.
По дороге в Шарлоттестаун я выбросил все это из головы как полнейшую чепуху. Местечко явно не представляло для меня интереса. Типичный западноирландский городишко с единственной широкой улицей, ведущей к перекрестку, а затем сбегающей вниз к «ослиному» мостику через реку. Приземистые невзрачные домишки по обе стороны, каждый второй из которых щеголял пыльной витриной магазинчика, забитой непривлекательными товарами. Полагаю, местечко выглядит достаточно живописно для туриста, но я уже успел повидать достаточно грязных маленьких поселков подобного рода.
Я уже хотел было миновать его, но услышал какой-то назойливый стук в двигателе. Древний старик, опирающийся на насос у бензоколонки, открыл капот моего автомобиля, долго что-то рассматривал и щупал внутри, а потом вернулся в сомнамбулическое состояние.
– Ну и что случилось? – не выдержал я.
Он приоткрыл один глаз.
– А черт его знает!
– Тогда вам лучше послать именно за ним, – резко заявил я.
Рот старика приоткрылся в беззубой ухмылке, которую он поспешно перекрестил.
– Не выйдет. Вам нужен мой кузен. Я тут вместо него управляюсь с насосом. Говорят, бензин этот неплохой. Вам заполнить бак?
– А ваш кузен в гараже? – осведомился я.
– Нет. Он продает лошадь в Клифдене, – соизволил сообщить мой дряхлый собеседник.
– И когда вернется?
– В десять или в одиннадцать. Как бог даст. Он вас починит. Шейн разбирается в машинах. У вас славный автомобиль, он проделал немалый путь из большого города. Вы, должно быть, отличный водитель.
Последние слова сопровождались звоном монет в моем кармане.
– Отель «Колони», – продолжил он, махнув рукой в сторону единственной улицы. – Прекрасный отель. Управляющий – дядя мужа моей внучки. В этом году он обновил там бар. Я понесу ваши чемоданы?
– Но…
– Успокойтесь. Шейн все починит завтра утром. Даю вам слово. Ехать, когда внутри у машины что-то стучит, будто барабаны погромщиков-оранжистов, опасная вещь!
Итак, волей-неволей мне пришлось провести ночь в занюханном городишке. Старикан дотащил мои пожитки до отеля и принялся колотить в запертую дверь. Ничего не случилось, если не считать появления дюжины веснушчатых детишек позади нас. Мой провожатый снова ударил кулаком в дверь и повысил голос до визгливого вопля. Юная девушка, открывшая дверь, бросила на нас перепуганный взгляд и произнесла:
– Пресвятая Богородица, неужели он хочет комнату?
– А что еще может быть нужно этому джентльмену, Мейв? Давай поворачивайся! Лучшую комнату. Ту, что с ванной. Господин страдает от пыли, которой он дышал на дорогах, путешествуя с края света к могилам своих предков. И может быть, от жажды, – добавил старик, слегка мне подмигнув.
Положив в карман мой шиллинг, он рысцой поспешил куда-то. Скорее всего, в обновленный бар.
Комната вопреки ожиданиям оказалась чистой и уютной. Я так много встречал сельских гостиниц по пути сюда, что успел привыкнуть к омерзительному вкусу ирландцев в обставлении интерьеров. Правда, в те дни мой вкус тоже был не слишком утонченным. Милые занавески и постельное покрывало с узором из ярко-красных роз забавно контрастировали с ядовито-зеленым ковром. Над кроватью висел образ Девы Марии.
Я распаковал один из чемоданов, оставив другой, с черновиками моего нового романа, запертым, и отправился прогуляться по городу. Дети спустились вниз по улице и залезли на мой автомобиль. Они смело смотрели на меня в упор и слезли, лишь когда я подошел поближе. В отличие от сонной английской деревни в полдень Шарлоттестаун, казалось, был переполнен жителями: мимо катили телеги, мужчины подпирали стены домов, женщины сновали туда-сюда, входя и выходя из лавочек, или болтали друг с другом прямо через улицу.
Один из магазинчиков, расположенный как раз у перекрестка, был роскошнее других – комбинация бакалейной лавки, аптеки и винного магазина – с надписью на витрине золотыми буквами: «Магазин Лисона». Когда я проходил мимо, из него торопливо вышел темноволосый моложавый мужчина. Высокомерно кивнув мне, он с озабоченным видом отворил дверь добротного дома из серого камня, расположенного неподалеку. Следуя за этим господином по дорожке, сворачивающей вправо от главной улицы, я обнаружил, что через сто ярдов она превращается в мощенную камнем тропинку, в конце которой друг на друга уныло глядят фермерский дом и невысокая ирландская церковь. Въезжая в город, я заметил католический храм в восточной его части. Я повернул на восток, к перекрестку, где обнаружил почту и отправил матушке цветастую открытку с изображением Коннемарского коттеджа. И, пройдя триста ярдов, снова вернулся на окраину, где Шарлоттестаун обрывался мостом, пастбищем и болотом. Я подумал, что вдоль и поперек исследовал городок, представляющий собой скорее деревню с претенциозным названием. Ну, если Шейн действительно разбирается в механизмах, как утверждает его кузен, то завтра я уберусь из этого захолустья. Я вернулся назад в гостиницу под пристальными взглядами всего населения Шарлоттестауна, чувствуя себя раджой, разъезжающим на слоне по Пикадилли.
Не потребность в выпивке, а скорее ощущение собственной чуждости этому миру и привлекательности моей персоны для зевак подвигло меня посетить бар отеля через час. Немногочисленные посетители некоторое время пялились на меня, а потом продолжили беседу приглушенными голосами. Я заказал двойной джемисон. В этот момент какой-то краснолицый здоровяк взволнованно обратился ко мне:
– Мистер Эйр? Простите, я отлучился перед вашим приездом. Я – Дезмонд Хаггерти. Надеюсь, Мейв вас хорошо разместила.
Он энергично пожал мне руку. Очевидно, это и был управляющий, дядя мужа внучки ископаемого с бензоколонки.
– Нечасто у нас гости в самом начале сезона. Ужасно, что ваша машина сломалась! Ну ничего, ваши проблемы – наша удача. А Шейн отремонтирует ее, будьте уверены, мистер Эйр! Он здорово разбирается в механизмах. Что это вы пьете?
– Ну, я…
– Ни слова больше. Выпейте со мной. Патрик, еще порцию для мистера Эйра. На этот раз белое виски, запомни. Вы когда-нибудь пробовали белый джемисон? Нет? Ну вот. Пейте до дна. Такое стоит попробовать. Ваше здоровье!
– За удачу, мистер Хаггерти!
– Наверняка путешествие из Дублина чертовски утомительное. Возможно, вы захотите отдохнуть у нас пару дней.
Я объяснил, что уже целую неделю странствую по западу.
– Неужели? А вы в наших местах впервые?
– Да. Но я родом из Тьюама.
Здоровяк вытаращил глаза.
– Не может быть! У меня там кузен священником. Отец Райан. Мы должны выпить за такое совпадение! Патрик, наполни-ка!
Затем он снова провозгласил тост за мое здоровье. Остальные посетители тоже подняли стаканы и добродушно закивали в мою сторону. Почему это, черт побери, я счел местных жителей недружелюбными и подозрительными?! Они застенчивы, словно животные: к незнакомцам нужно сперва принюхаться. Согретый виски, я испытывал болезненное удовольствие от возможности быть принятым в их компанию. Приход в Англии, государственная школа, Кембридж, интеллектуальные метания – все это побудило меня перестать отгораживаться от общества, примириться с жизнью обывателей, даже разделить ее. «Внутри каждого оторванного от реальности интеллектуала, – размышлял я, – прячется Обыкновенный Человек, отчаянно стремящийся к общению с себе подобным».
– Вы теперь живете в Англии? – расспрашивал Хаггерти.
– Да. В Лондоне, – подтвердил я.
– Я был там один раз. Ужасно шумный город! – воскликнул мой собеседник.
– И станет еще шумнее, когда нас начнут бомбить, – мрачно заявил я.
– Вы думаете, будет война? – вежливо поинтересовался управляющий.
– Я совершенно в этом уверен.
– Дай бог, чтобы ее не было! – заметил Хаггерти довольно небрежным тоном. – А зачем вы сюда приехали, мистер Эйр? Может быть, бизнес? Или поручения английского правительства?
– Нечто вроде. Можно сказать, частный бизнес.
Мне не хотелось разглашать свою профессию. Лучше оставаться просто приезжим.
– Магазин, не так ли?
– Один очень закрытый магазинчик, – беспечно подтвердил я.
Хаггерти пронзительно взглянул на меня, будто о чем-то вдруг догадался, и поспешно опустил глаза, словно пытаясь скрыть свое озарение. Если бы я тогда смог понять этот взгляд, то, возможно, избавил бы себя от серьезных неприятностей в будущем.
Но в тот момент в бар вошла женщина, отвлекшая мое внимание.
Я постараюсь как можно точнее восстановить мое первое впечатление о ней. На голове у посетительницы было нечто среднее между ярко-вишневой жокейской фуражкой и студенческой кепкой, модной теперь у молодежи обоих полов. Мой взгляд зацепился за копну темных с рыжиной волос под кепкой, подстриженную под «пажа» (подобные прически были распространены в Англии несколько лет назад). Незнакомка передвигалась странной, перекатывающейся походкой, видимо немного косолапя, и размахивала руками. Ее светло-зеленая шерстяная водолазка контрастировала с коротенькой юбочкой шафранового цвета, похожей на килт. Посетительница была первой женщиной, встреченной мной в ирландском баре, что, возможно, и спровоцировало ту отстраненность, с которой обращались к ней остальные завсегдатаи этого заведения.
– Как дела, Дезмонд? – обратилась она к Хаггерти.
Обычное ирландское приветствие, но в ее голосе не было и намека на ирландский акцент. Тембр голоса был обволакивающим, смутно походившим на говор западноанглийской глубинки.
– Превосходно. А сам с тобой?
– Был. Зашел в туалет, наверное, – спокойно ответила незнакомка.
И снова я почувствовал легкое замешательство среди посетителей бара. В этот момент в помещение нетвердой походкой вошел крупный, неряшливо одетый мертвенно-бледный седеющий человек в вельветовых брюках и неописуемо поношенной куртке для верховой езды. Все приветствовали гостя по имени. Сначала я воспринял обращение «Фларри» как прозвище, но потом припомнил, что имя Флоренс и сокращенное от него Фларри вполне обычны для мужчин ирландцев. Вошедший обменялся несколькими негромкими словами с Хаггерти, стоявшим теперь за стойкой бара. Женщина уселась на высокий табурет рядом с ним. Она бросила на меня быстрый оценивающий взгляд и взяла виски, мгновенно налитое расторопным барменом.
Я заметил, что великан украдкой вручил Хаггерти чек, получив взамен несколько банкнотов. Покосившись на меня через плечо, он о чем-то спросил управляющего. Мне показалось, что в ответ Хаггерти произнес: «Из Западной Англии» – в Ирландии такое происхождение не считалось особым достоинством.
Хотя я никогда не страдал приступами паранойи, но целый год травли в школе развил у меня обостренное чутье на реальное или мнимое недружелюбие. Но в этот момент я ощутил не столько враждебность, сколько чувство изоляции – словно посторонний, невольно попавший в компанию заговорщиков. В воздухе будто бы на самом деле запахло заговором: двое мужчин о чем-то тихо совещались у бара, женщина нарочито сосредоточилась на своем виски, демонстративно игнорируя окружающих, парни на скамьях, покрытых красной кожей и поставленных у стены, не менее нарочито старались не смотреть друг другу в глаза.
Это мгновение промелькнуло очень быстро. Хаггерти и великан поспешно подошли ко мне.
– Мистер Эйр, простите, что оставил вас в одиночестве. У меня тут было кое-какое дело с мистером Лисоном. Он хочет с вами познакомиться.
Великан ответил удивительно вялым рукопожатием.
– Дезмонд говорит, что вы остановились в этом грязном караван-сарае, да поможет вам бог! – Шутка мистера Лисона была такой же тяжеловесной, как и его фигура.
– Ну что ты, Фларри! – визгливо запротестовал управляющий.
– Вы должны познакомиться с моей женой. Гарри! Сюда!
Женщина соскользнула со своего табурета восхитительно плавным и грациозным движением. Ладонь, поданная мне, была узкой, с изысканно утонченным запястьем, но пожатие было сильным. Хаггерти куда-то испарился.
– Очень рада с вами познакомиться, – сказала она с абсурдно искусственной интонацией.
Ее тонкие губы были густо и не очень искусно накрашены, но, заглянув в большие зеленовато-карие глаза, я изумленно осознал, что передо мной настоящая красавица. Помню, что на меня произвел неприятное впечатление презрительный изгиб большого рта и выражение внутренней силы, таящееся на дне слишком близко посаженных глаз; силы либо подавленной, либо растраченной.
Нелепая парочка уселась за мой столик. Фларри и Гарри. Наверное, Гарриет.
– Ну а теперь расскажите нам о себе.
Это была фраза Фларри, скорее шумного, чем действительно заинтересованного.
– Прямо не знаю, с чего начать. Я родился в Тьюаме в богобоязненной семье. В возрасте трех лет…
Гарри рассмеялась. Зубки у нее были мелкие, острые и очень белые. К тому же от нее остро пахло какими-то дешевыми духами.
– Не донимай его, Фларри! Он что, должен пересказывать нам историю всей своей жизни?
– Отстань! В этой богом забытой дыре не так много приезжих, чтобы мы могли оставить их в покое. Верно ведь, Гарри? А вы надолго сюда?
Я в красках описал происшествие с машиной.
– И как вам у нас нравится? – тут же поинтересовался мой настырный собеседник.
– Это замечательная страна. Я и не знал, что Шарлоттестаун – такое милое местечко. Должно быть, это мимо вашего магазина я проходил…
– Нет, мне так не повезло! Он принадлежит моему братишке Кевину. Моему младшему братишке. Мы называем его мэром. Он владеет половиной города. Честолюбивый парень наш Кевин! А вы чем занимаетесь?
– Я пишу книги.
Признание вырвалось у меня раньше, чем я успел подумать о последствиях. Мне следовало бы проглотить свой язык, ведь я понимал, что пытаюсь произвести впечатление на Гарри. Я украдкой оглянулся. Казалось, никто из посетителей меня не услышал.
Глаза у Фларри расширились.
– Писа-а-атель? – ошеломленно произнес он, растягивая «а». – Чтоб мне сдохнуть, Гарри! Майра с ума сойдет от такого знакомства!
– Я буду звать его писакой, – нахально заявила эта особа.
– Не смейте! Нет, серьезно, я не хочу, чтобы люди знали, что я…
– Вы стыдитесь книг? – прямолинейно спросила женщина.
– Конечно же нет! – запротестовал я. – Но…
– Значит, вы здесь изучаете местное население? – предположил Фларри.
– Нет-нет! – пустился я в пространные объяснения. – Я просто хотел найти тихое местечко, чтобы спокойно писать свой следующий роман. Действие в нем будет происходить вовсе не в Ирландии.
Фларри хлопнул меня по плечу.
– Тогда оставайтесь у нас! – горячо воскликнул он. – Сколько пожелаете. У нас масса комнат. Гарри! Проснись! Разве это не прекрасная идея?
Идея показалась мне ужасно неподходящей. Я был наслышан об ирландском гостеприимстве, но такого оборота не предполагал. Я объяснил, что собираюсь снять небольшой домик, где мог бы остаться наедине со своим творением.
– Если вы стеснены в средствах, то можете снять комнату в нашем доме. Какую цену вы в состоянии заплатить?
«Так вот чего добивается этот добродушный олух!» – сообразил я.
Настырный собеседник, должно быть, догадался о чем-то по выражению моего лица.
– Вы могли бы составить компанию Гарри, – поспешно пробормотал он. – Два англичанина в обиталище диких ирландцев. Ну ничего. Не хотите – не надо.
Последовала неловкая пауза, заполненная новым заказом выпивки.
– А как насчет коттеджа «Джойс»? – неожиданно спросила Гарри, некоторое время молча глядевшая в свой стакан.
Муж хлопнул ее по колену своей огромной ручищей.
– Видит бог, у тебя в голове кое-что есть!
И он с энтузиазмом пустился в пространные рассуждения, набивая цену коттеджу, расположенному в полумиле от его дома. Его последняя владелица, вдова Джойс, недавно преставилась, и дом купил Кевин Лисон, приспособив для нужд отдыхающих. Насколько Фларри известно, братишка еще не нашел постояльца на лето. Фларри хитро посмотрел на меня и добавил:
– А я нагрею братца Кевина на комиссионные, и мы все будем довольны!
Дьявольская ирландская интуиция, обернувшаяся против меня и проникшая в мои тайные мысли!
– Мы должны это обмыть, – объявил Фларри, словно сделка уже состоялась.
Он сгреб наши стаканы и пошел к стойке.
Я почувствовал на себе пристальный изучающий взгляд моей новой знакомой. Сняв свою абсурдную кепку, она тряхнула головой. Как четко я помню это мгновение: запах торфа от потухшего камина, аляповато обставленное помещение «обновленного» бара, приглушенный гул голосов и ощущение незаметно образовавшейся между нами магической связи. Женщина слегка кивнула, словно найдя ответ на какой-то невысказанный вопрос. Мы заговорили одновременно.
– Вы ездите верхом? – спросила она.
– Почему «Гарри»? – в свою очередь заинтересовался я.
– Просто так меня всегда называет Фларри, – равнодушно пояснила моя собеседница.
– Кому-кому, а вам совсем не подходит мужское имя.
Гарри не подала вида, что оценила мой комплимент.
– Имя Гарриет – такое пуританское и старомодное, – улыбнулась миссис Лисон. – А вас как зовут?
– Доминик.
– Боже мой! Это еще хуже, – дерзко заявила она. – Имечко для школьника-паиньки.
– В школьные года я немного ездил верхом, – заметил я нейтральным тоном.
– Но теперь вы знаменитый писатель и выше подобных мелочей?
– Конечно нет, – раздраженно возразил я. – И я не знаменитый писатель!
Едва заметная самодовольная улыбка коснулась ее губ. По молодости я не разбирался в уловках слабого пола и не понимал, что женщина, заинтересовавшаяся мужчиной, сначала испытывает на нем свои чары, доводя до белого каления. И никогда не станет дразнить того, кто ей безразличен.
– Принесите нашу выпивку, писака! – приказала эта нахалка. – Фларри совсем о нас забыл.
– Не пойду, если будете меня так называть!
– Ах, вы обидчивы. Ну, тогда Доминик.
У стойки бара Лисон увлеченно беседовал с каким-то рыжеволосым типом. Я сам заказал виски и вернулся к столику.
– Ваше здоровье, – подняла стакан Гарриет. – С кем это там болтает Фларри? О, да это Шеймус!
– А кто такой этот Шеймус? – Я порадовался возможности сменить тему разговора.
– Он у нас вроде управляющего имением. Шеймус О'Донован. Не знаю, что бы Фларри делал без него!
– Приятный человек.
– Наверное, – пожала плечами моя знакомая. – Меня он злит. Всегда повторяет, что мы разорены, что необходимо продать пастбище, а еще заново перекрыть крышу коровника… И все в том же духе.
– Но ведь в этом и состоит работа управляющего, не так ли?
Гарри зевнула, обнажив свои острые зубки, и потянулась всем телом под тонкой шерстяной водолазкой.
– Черт, у меня закончились сигареты! Фларри! – заорала она. – Принеси табачку!
Я протянул ей сигарету. Гарриет прикуривала одну сигарету от другой. Вскоре ее муж вернулся с полной пачкой.
– Я послал Шеймуса позвать Кевина к нам завтра днем. Вы можете встретиться с ним и договориться насчет коттеджа. Я вам позвоню сюда утречком, мистер Эйр.
– Его зовут Доминик, – вмешалась молодая женщина.
– Кого зовут? – удивленно переспросил Флоренс. – А, его! Шустрая у меня жена, правда, Доминик? Поосторожнее, а то она скрутит вас в бараний рог! Пошли, Гарри, я хочу обедать.
Фларри слегка пошатнулся и оперся о стол, восстанавливая равновесие. Я заметил, что на его руке не хватает двух пальцев.
– А не пообедать ли нам вместе? – осенила Лисона новая идея.
Я пробормотал какие-то невнятные извинения.
– Ну да ладно, я вас не принуждаю!

Личная рана - Блейк Николас -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Личная рана на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Личная рана автора Блейк Николас придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Личная рана своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Блейк Николас - Личная рана.
Возможно, что после прочтения книги Личная рана вы захотите почитать и другие книги Блейк Николас. Посмотрите на страницу писателя Блейк Николас - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Личная рана, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Блейк Николас, написавшего книгу Личная рана, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Личная рана; Блейк Николас, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...