А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Горстаг вставил лом между косяком и дверью и навалился на него всем своим весом.
Замок сначала не поддавался, но наконец с лязгом сломался. Казалось, он загрохотал на всю улицу. Горстаг толкнул дверь, ожидая, что вот-вот появится Хецца, чтобы узнать, в чем дело. Но за дверью царил мрак и мертвая тишина.
Горстаг проскользнул в дверь, плотно прикрыл ее за собой и достал другой подарок Фервимдола из черной суконной сумки. Это были нанизанные на кожаный ремень магические деревянные четки, излучавшие в темноте тусклое свечение. У Горстага мелькнула мысль, что не слишком-то щедро снарядили его на дело служители Культа, если учесть, какой могущественной магической силой они обладали. Наверное, это было все, на что мог рассчитывать непроверенный новичок.
В призрачном свете четок стала видна большая комната, загроможденная мебелью, музыкальными инструментами, фарфоровыми куклами, ларцами с камеями, браслетами, черепаховыми гребнями, а также бесчисленным множеством других запыленных вещей. Ломбард занимал весь первый этаж дома. Хецца жил наверху.
Держа четки перед собой вместо фонаря, Горстаг обдумывал положение. Где Хецца может держать ценный изумруд? Конечно, он не оставил его лежать вместе с этим хламом, а припрятал понадежнее.
Под прилавком Горстаг обнаружил сейф. Открыть его было гораздо труднее, чем дверь, лом был слишком велик. В конце концов вскрыть сейф удалось, но там оказались только монеты.
Ах, эти монеты могли накормить и одеть его и заплатить за кров. Горстаг даже подумал, не прикарманить ли их. Но он был выше этого, или, по крайней мере, стремился быть выше, и потому не прикоснулся ни к серебру, ни к золоту.
Но где же изумруд? И вдруг ему пришло на ум, что такую ценную вещь Хецца мог просто-напросто забрать с собой наверх. И Горстаг вздрогнул при мысли о необходимости искать изумруд поблизости от его владельца. Сначала он решил тщательно осмотреть ломбард.
Он нашел еще один сейф, встроенный в стену и скрытый за грязной портьерой. Стальная дверца поддавалась плохо, один за другим Горстагу удавалось отогнуть кусочки размером с дюйм. Каждый раз, когда металл скрежетал под напором лома, нервы взломщика натягивались в струну, и он замирал, оглядываясь через плечо. Но Хецца не появлялся, и, наконец, Горстагу удалось отогнуть дверцу настолько, что можно было просунуть руку внутрь сейфа. Пошарив, он нащупал что-то похожее на кулон и вытащил его. Даже при тусклом свете изумруд казался великолепным. Просто безупречным.
Это был больший соблазн, чем монеты, но Горстаг решил, что устоит и против этого искушения. Он не нарушит слово, отдаст камень Фервимдолу и улучшит свое положение честным путем.
Он обернулся. Посреди комнаты стоял Хецца: грудь колесом, темные волосы всклокочены. Ростовщик стоял в ночной рубашке, вооруженный кривой саблей, нацеленной прямо взломщику в голову.
Горстаг отскочил назад. Как ни странно, сейчас его больше пугала не угроза получить удар клинком, а возможность разоблачения. Однако ростовщик явно не узнал Горстага в капюшоне при таком слабом освещении.
Горстаг отбросил четки и спрятался за витриной. При этом он успел вытащить шпагу, хотя, видят боги, не собирался ею пользоваться. Не мог, ибо лавочник всего лишь пытался защитить то, что принадлежало ему по праву.
– Пожалуйста, не надо, – сказал Горстаг. – Вы меня не поняли.
– Да-а? – промычал Хецца, готовясь нанести следующий удар.
Горстаг не собирался выбалтывать секреты своего нанимателя, но не убивать же невинного человека?
– Я работаю на Арфистов. – На самом деле он вовсе не был уверен, что его знакомец член этого тайного альтруистического общества, а только подозревал, что это так. – Мне дали задание проникнуть в логово предателей королевы. Для этого мне нужно было на время одолжить изумруд. Клянусь, вы получите его назад.
– Ага, – сказал Хецца, – в таком случае все в порядке. Вам его завернуть? Или, может быть, отполировать?
Он сделал обманное движение вправо и тут же ловко прыгнул влево – теперь между ним и Горстагом не было никакой преграды. Ростовщик ринулся в атаку.
Хецца, конечно, не был столь блестящим фехтовальщиком, как маэстро Тэган, но он, несомненно, умел обращаться с клинком. Горстаг отчаянно отбивался от ударов, ища подходящий момент для ответной атаки, но тщетно.
Положение было трудное. Хецца быстро определил возможности Горстага и сообразил, как прорвать его оборону. Выпады ростовщика едва не доходили до Горстага, иногда тот успевал отразить удар в самый последний миг. Похоже было, если так пойдет, Хецца с ним разделается.
Горстаг подождал, пока Хецца поднял саблю, чтобы обрушить удар ему на голову, и сделал резкий выпад вперед. Риск был велик, но Горстаг успел поднырнуть под руку противника. Удивленный Хецца получил удар рукояткой рапиры в челюсть, а затем эфесом – в лоб и упал без сознания.
– Извините, – сказал Горстаг, – я не хотел.
Может быть, Хозяйка Порфиры, Фервимдол и другие безумцы, подумал Горстаг, наконец-то раскроют мне свой грандиозный план.
Павел Шемов раскрыл карты веером, проверяя, что получил от сдающего. Увидев Солнце, Короля и Королеву Жезлов, а также Рыцарей Жезлов, Монет и Клинков, он поборол усмешку на своем смуглом, привлекательном кареглазом лице.
С тех пор как он сел за стол, одна партия была неудачнее другой, а его ставки все уменьшались и уменьшались. И теперь он уже почти желал быть жрецом Тайморы, богини удачи, а не своего любимого Летандера. Однако сейчас карты, которые он держал в руках, обещали хорошую партию, более того, партию под собственным знаком Лорда Утра. Проиграть Павел не мог, это было невероятно.
Его целью было собрать большинство. Но этого делать нельзя, чтобы другие игроки не потеряли голову. Когда угрюмый бандит с косматой бородой, сидящий справа, начал с десяти золотых, по преимуществу сембийских ноблей и кормирских львов, церковник изобразил сомнение, раздумье и в конце концов удовлетворился небольшим повышением ставки.
Как раз в этот момент в дверях таверны возник Уилл, впустив в комнату порыв холодного ветра.
Он заметил своего товарища и крикнул:
– Эй, симпатяга! Ты-то мне и нужен.
– Я занят, – ответил Павел.
Хафлинг пересек комнату и взглянул в карты товарища.
– Да тут королевский марьяж и полный набор козырей! – объявил он.
Другие игроки сразу сбросили свои карты.
– Ах ты… сын, – напустился Павел на Уилла и в качестве самого убедительного довода поднес к носу хафлинга кулак. Они часто так, шутя, подначивали друг друга, но сейчас шутить было некогда. – В чем дело?
– Одна девушка, из людей, ранена, и ей нужна помощь. Дорн остался при ней на случай, если объявится кто-нибудь из крысоподобных.
– Это они ее ранили? – спросил Павел. – Тогда она тоже может стать оборотнем.
– Нет. Во всяком случае, не похоже. Давай оторви-ка свой чертов зад от стула и айда со мной!
– Ладно, пошли.
Павел сгреб со стола все, что осталось от его монет, и прихватил свою булаву. У выхода к ним присоединился Рэрун Похититель Снега.
Если говорить об искусственной внешности, Уилл с Павелом были «нормальными» членами их небольшого братства. При виде же Рэруна, как и Дорна, все оборачивались, ибо арктические карлики были так же редки в землях близ Лунного Моря, как и полуголемы. Ростом едва ли выше Уилла, Рэрун был приземистый и плотный, в ширину почти такой же, как и в длину. Он носил козлиную бородку и длинные, до талии, распущенные волосы – такие белые, что трудно было различить, где кончаются волосы и начинается мех белого медведя, из которого была сшита его туника. С волосами контрастировало лицо, обветренное и обожженное солнцем до невероятной красноты. В короткопалой руке Рэрун держал ледовый топор.
– Пошли, – сказал карлик.
Уилл повел их неосвещенными улицами города, и даже в темноте было видно, что это недостроенное поселение, только-только отвоеванное у диких лесов, – место глухое и необжитое. В этих краях встречалось множество подобных поселений. Однако впечатление было обманчивым. Цивилизованный народ – в большинстве своем люди – обитал вокруг Лунного Моря с незапамятных времен, о чем свидетельствовали бесчисленные руины, подвергшиеся воздействию времени и непогоды. Увы, войны и стихия делали свое дело, и человеку приходилось раз за разом отстраивать новые поселения на развалинах старых городов.
Конечно же, Илрафон был глушью даже по местным меркам. Стоящий на восточном берегу Драконова Пролива, соединяющего Лунное Море с Морем Падающих Звезд, он служил важным перевалочным пунктом на морском и караванном пути в обоих направлениях. Но город был также печально известен как прибежище разбойников и пиратов. Множество мошенников рыскали здесь в потемках, но сегодня никто, казалось, не собирался беспокоить Уилла, Павела и Рэруна. Статный, высокий священник предположил, что они выглядят для этого слишком внушительно, включая его самого.
Покинув Дамару, он по привычке продолжал носить свои красно-желтые жреческие одеяния. С годами они совсем износились, остался только позолоченный амулет. Павел стал ходить, как лесные бродяги, в грубых одеждах из шерсти и кожи. Изменился он и в другом: двигался, как охотник, которым теперь стал, – осторожный и в то же время уверенный в себе – и на поясе всегда носил готовое к бою оружие.
Надо было спешить, и Уилл на ходу объяснил, в чем дело.
– Не понимаю, – сказал Павел, выслушав его рассказ. – Если они что-то замышляли, то почему просто не всадили ей в спину нож? Зачем сидеть и ждать, пока она истечет кровью?
– Подозреваю, – сказал Уилл, – что они действительно за кем-то послали, но не за жрецом, а за своим вожаком. Вот они и дожидались, что он придет и решит, что делать: убить или ограбить ее и что потом делать с награбленным, а может, потребовать за нее выкуп или продать ее в рабство.
Трое собеседников подошли к сомнительного вида трактиру на окраине Илрафона. Вдали виднелись обгорелые остовы домов, уничтоженных каким-то бедствием, постигшим порт. Разрушенное никто не потрудился снести или восстановить. Войдя в таверну, Павел обнаружил примерно то, что и ожидал увидеть: мертвые крысолюди, раненая, лежавшая без сознания девушка удивительной красоты, несмотря на пепельный цвет лица и разорванное платье, сквозь ткань которого проступала кровь, и, наконец, Дорн, сердито глядевший на него.
– Ну и что вас так задержало? – раздраженно спросил великан.
– Мы отправились сразу, как только этот дурак пришел и сказал, что я нужен, – ответил Павел.
Он опустился на колени рядом с девушкой, оторвал рукав ее платья и поморщился. Раны были даже серьезнее, чем он ожидал. И все же, милостью Летандера, он мог спасти ее, хотя для этого требовалось воспользоваться самой могущественной магической силой, которая была в его распоряжении. Павел произнес магическую формулу, и его руки начали излучать золотой свет. Он приложил ладони к кровавым ранам на теле девушки.
Когда заклинание сделало свое дело, ладони Павела остались словно опаленными. Когда ощущение жжения в них ослабело, раны на теле девушки перестали кровоточить и затянулись. На ее коже цвета слоновой кости остались лишь едва заметные розовые полосы, как будто раны заживали не одно десятидневье, губы ее порозовели, а к щекам вернулся румянец.
– С ней все будет хорошо, – сказал Павел.
– Ну хоть на что-то ты годишься, – заметил Уилл. Учитывая их вечную шутливую вражду, в его устах это было нечто вроде похвалы.
Веки девушки дрогнули, и она открыла глаза. Огромные, блестящие, необыкновенного фиолетового оттенка, они поражали, впрочем, как и весь ее облик. На мгновение взгляд ее остановился на Павеле, затем скользнул на священный кулон, висящий у него на шее.
– Это вы меня исцелили? – спросила она. Несмотря на перенесенные страдания, голос ее звучал чисто, как свирель. – Благодарю вас, и Летандера тоже.
Уилл усмехнулся.
– Не стоит благодарить шарлатана, – сказал он. – Обычно он только все портит и губит больных. А вот мы с Дорном потрудились на славу. Я – Уилл Тернстон. Вообще-то на самом деле Уилимак, но для друзей – просто Уилл.
– И вам спасибо, Уилл Тернстон, – сказала она. Павел помог ей подняться и сесть в кресло. – И вам, добрый Грейбрук.
Как и следовало ожидать, Дорн только что-то промычал и отвел глаза. Он сам устыдился своей неучтивости, но так ничего внятного и не сказал.
– Мое имя – Кара… ну, пусть будет так, – сказала девушка. – И меня уже давно беспокоит остальная его часть.
Знакомство состоялось, и священнослужитель отправился разузнать, что есть в кладовке за стойкой, и принести Каре какой-нибудь освежающий напиток.
Карлик спросил:
– А как же, позвольте спросить, милая девушка, вы оказались среди такого сброда? – Он указал костяной рукояткой своего топора на мертвых оборотней.
– На меня напали прямо на дороге за городом, – ответила Кара. – Я серьезно пострадала, но мне удалось спастись бегством, и я постучала в первую попавшуюся дверь. Думаю, остальное Уилл вам рассказал.
– Более или менее, – сказал Рэрун, сев на высокий табурет и свесив короткие ноги в замшевых сапогах. – Однако он не знает, кто же на вас напал.
– Я тоже не знаю. Люди с мечами и шпагами. Наверно, бандиты.
Павелом овладело смешанное чувство удивления и любопытства. Он раздобыл бутылку вина, лучшего из того, чем располагал этот трактир, – какого-то красного вина из Сембии, а также охапку оловянных кубков, полотенце, чтобы их протереть, и направился обратно к Каре и друзьям.
– Разбойники убили ваших попутчиков? – спросил Рэрун.
– Нет. То есть я хочу сказать, что путешествую одна.
– В этих краях, глубокой зимой? – спросил карлик, вскинув белые лохматые брови. – Очень смело. Вам повезло, что вы спаслись от погони.
– Я – бард, – сказала Кара. – Меня защищают мои песни, и они спасли бы меня от бандитов, если бы те не застали меня врасплох. Сначала мне удавалось отражать их натиск, но только до тех пор, пока меня не ранили. Я хотела использовать магию, чтобы помочь Дорну и Уиллу против крысолюдей, но стоило мне начать, как я получила удар по голове…
– Все в порядке, – прервал ее хафлинг. Она ему нравилась. Что ж, Павелу, наверное, тоже. – Я видел, как падали даже самые сильные воины, получив серьезные раны.
– Хватит болтать, – проворчал Дорн. – Если вы можете встать, девушка, товсем нам лучше убраться отсюда. Мы с друзьями должны пойти в совет торговцев и объяснить, что произошло, пока кто-нибудь не обнаружил эти тела. Тем более что все они начали опять приобретать человеческий облик. Мы проводим вас до гостиницы, там вы будете в безопасности.
– Успокойся, – сказал Павел. – Дай девушке прийти в себя. – Он выставил свою добычу на стол между Карой и Рэруном, затем вытащил нож, чтобы открыть бутылку.
– Да, это ей необходимо, – сказал Уилл, – учитывая, что у нас нет настоящего лекаря, который бы о ней позаботился.
Кара разогнула руку и поморщилась от боли:
– Уже гораздо лучше. Уверена, скоро все заживет, но пока я еще очень слаба и все болит.
– Скорее всего некоторое время так и будет, – сказал Павел.
– Что ж, могло быть и хуже, вы правы, добрый Похититель Снега. Глупо было путешествовать в одиночку. И все же мне нужно поскорее добраться до Лирабара. Вы четверо похожи на странствующих воинов-наемников. Могу ли я нанять вас для сопровождения?
– Нет, – сказал Дорн.
– Я готова заплатить, – сказала Кара. Она открыла кошелек, висевший у нее на поясе, и достала тонкий серебряный браслет, украшенный жемчугом. Уилл присвистнул. Изысканное украшение стоило несколько сотен, если не тысяч золотых. Кроме того, он мельком увидел другие драгоценности и украшения, блеснувшие в кошельке, их было так много, что хафлинг предположил – кошелек одно из тех волшебных вместилищ, которые внутри гораздо больше, чем кажутся снаружи.
– Этого достаточно? – спросила Кара.
– Я же сказал, – отрезал полуголем, – нас это не интересует.
– Говори за себя, – буркнул Уилл.
– Мы охотники, – сказал Дорн, – а не телохранители.
Хафлинг фыркнул:
– Мы и не такую работку выполняли в тяжелые времена.
– Сейчас времена не тяжелые. У нас есть работа. Та, для которой нас нанял совет торговцев.
– Сопровождение девушки в путешествии привлекает меня больше, чем скитания по замерзшим болотам в поисках тех, кто оторвет нам голову.
– Я дал слово, – сказал Дорн, – что мы поможем Илрафону.
Павел подал ему кубок. Полуголем пригубил вина и отставил кубок в сторону. Он часто отказывался от удовольствий, так как, расслабляясь, чувствовал себя более уязвимым.
– А что будет после? – спросила Кара.
– Мы не телохранители, – повторил Дорн, – да и не собираемся проделывать весь путь до Импилтура под зимним небом. Мы намеревались дождаться весны в Фентии.
– Но вы же ушли оттуда, чтобы приехать сюда, – сказала девушка.
Дорн пожал плечами.
Павел мог бы объяснить, почему он так упирается. Они покинули место своей зимней стоянки, потому что отцы города Илрафона хотели, чтобы они убили дракона. А ради такого дела Дорн голым прополз бы десять тысяч миль и под дождем, и под снегом.
Рэрун отпил глоток вина, удовлетворенно облизал губы и сказал:
– Ничего, девушка. Мы тебе не нужны. Даже в это время года корабли и караваны часто идут на восток. Найди подходящий и спокойно отправляйся в Импилтур.
– Я бы могла так поступить, – сказала Кара. – И все же я бы предпочла совершить путешествие под защитой тех, кто уже доказал свою храбрость и честность.
– Очень жаль, – сказал Павел, – но мы просто не можем согласиться.
Уилл взглянул на товарищей, вздохнул, покачал головой и проворчал:
– Вы – трое законченных идиотов.
Павел был уверен, что в ближайшие дни ему предстоит услышать немало вариаций на ту же тему.
Глава вторая
21-е Хаммера, год Бешеных Драконов
Оккультистам удалось обнаружить под Лирабаром систему древних катакомб и приспособить их для собственных нужд. Они оборудовали многочисленные подземелья, чтобы там призывать темные силы и заниматься черной магией. Однако сырая пещера, в которой сейчас жили Горстаг и Фервимдол, была едва обставлена, чтобы заговорщики могли поболтать или отдохнуть в свободное время.
Сегодня выдался как раз такой день, и они разговаривали, расположившись в полумраке. Почувствовав доверие со стороны своего собеседника, Горстаг пытался хитростью выведать у него кое-какие секреты. Вдруг у них за спиной послышался шорох. Горстаг обернулся в кресле и, заметив в дверях какого-то человека, почувствовал приступ суеверного страха.
Возникшего в зеленоватом свете факелов пришельца шпион видел впервые. Это был высокий бледный мужчина в шерстяном одеянии и накидке, с посохом черного дерева в руках, такой худой и узкоплечий, что Горстаг мгновенно почувствовал себя рядом с ним толстым боровом. Резкие черты лица, тонкий и длинный нос свидетельствовали об уме и страстности. Непослушные пряди темных волос свисали на высокий лоб. Это был еще один маг, правда, он чем-то отличался от других магов, которых Горстаг встречал раньше. С таким, пожалуй, следует считаться, хотя непосредственной угрозы он и не представляет, решил Горстаг.
И все же было в нем что-то пугающее. Или, может быть, Горстаг просто нервничал. Одни боги знали, какой урон нанесли его нервам разные опасности и необходимость воровства. Он сделал глубокий вдох, и страх отступил.
– Приветствую, – сказал незнакомец баритоном со странным акцентом.
Заметив его присутствие, Фервимдол бросился к двери. Он бухнулся на колени, согнулся в поклоне и в таком положении знаками показал Горстагу, что тому надлежит сделать то же.
Агент послушался. И хотя приступ страха уже прошел, ему очень хотелось снискать расположение того, кто вызывал такое уважение у его надменного товарища.
За время своего ученичества Горстаг выяснил, что это так называемое братство было одной из многих групп, рассеянных по всему Фаэруну. Вообще монастыри трудились, не ведая о существовании друг друга. Чтобы даже в случае, если враги разрушат один из них или им завладеют, его падение не оказалось фатальным для Культа в целом. И все же у тайной организации существовало несколько руководителей, имеющих представление обо всем предприятии, чтобы осуществлять единую стратегию для достижения общих целей. Горстаг подозревал, что именно один из них и стоит сейчас перед ним. Если так, то этот сукин сын мог ответить на все вопросы.
– Поднимись, – произнес незнакомец. – Рад видеть тебя, Фервимдол. Практикуешь заклинания, которым я тебя учил?
– Да, сэр, – ответил Фервимдол. – Вы уже виделись с Хозяйкой Порфиры? Незнакомец покачал головой.
– Я только что приехал, – сказал он.
– Я знаю, где она живет, – сказал Фервимдол. – И могу за ней сходить.
– Позже. У меня есть поручение и непреодолимое желание, чтобы оно было выполнено прежде, чем я отправлюсь на длительное совещание с твоим шефом. Мне нужна пара надежных парней для охраны. Это возможно?
– Конечно. – Фервимдол просиял, словно маленький ребенок, которому отец только что предложил поехать на прогулку. – Но… Не знаю, насколько я буду полезен. Разве я могу больше, чем ваша магия?
– Ты сможешь действовать более скрытно. Надо остаться незамеченным, а метание молний может привести к обратному эффекту.
– Хорошо, я сделаю все от меня зависящее.
– Не сомневаюсь. – Взгляд темных глаз мудреца устремился на Горстага, которого на какое-то мгновение вновь захлестнула волна страха. А может, это было просто воспоминание о прежнем страхе. Как бы то ни было, это продолжалось лишь мгновение, и Горстаг выдержал взгляд незнакомца. – Я вас не знаю. Новообращенный?
– Да, сэр. Меня зовут Горстаг Хелдер.
– Вы уже являетесь посвященным?
– Он уже зарекомендовал себя, – сказал Фервимдол.
– Тогда вы тоже можете последовать за нами.
Горстага охватило радостное возбуждение. Впервые после похищения изумруда он делал настоящий шаг вперед, приближавший его к посвящению.
– Да, сэр, это честь для меня. – Он заколебался. – Могу я узнать ваше имя?
Колдун улыбнулся:
– Это вопрос более сложный, чем кажется на первый взгляд. У меня много имен. Меня можно было бы называть Изгой или Пария, но лучше, пожалуй, называть меня Провидец или Оракул.
Горстаг сощурился. Как и любой посвященный, он знал, кто был Первый Оракул – основатель Культа и автор путаных пророчеств, которые Культ стремился выполнить. Но тот Оракул давно умер, а если бы и выжил благодаря какому-то дьявольскому замыслу, то не был бы так похож на обычное человеческое существо.
С другой стороны, если верить слухам, пророк уже вернулся из царства мертвых и уж точно обладает достаточной магической силой, чтобы принимать любой облик по своему желанию.
Но Горстаг не собирался развивать эту идею. Его нервы и без того были натянуты, как струна, а подобные фантазии только изматывают.
– Значит, Оракул.
– Собирайтесь, – сказал колдун, – идемте. На этот раз вам, щеголям, придется забыть о моде и поплотнее запахнуть накидки. Сегодня довольно холодно. Или, может, это мне так показалось. Сегодня утром я еще был в Тефуре, за тысячу миль к югу отсюда.
Горстаг и Фервимдол прикрепили шпаги к поясу, надели плащи и последовали за Оракулом наверх через туннели и заброшенную дубильню. Как и предупреждал маг, стало холоднее. Выйдя на улицу и втянув носом ледяной воздух, Горстаг почувствовал, как мороз обжигает ноздри. Однако сам Оракул переносил холод спокойно.
Они долго шли в полном молчании и, покинув бедное предместье, оказались в самом богатом районе города, где высокие здания устремлялись в звездное небо. Среди них были величественные соборы: один – со знаком Ильматера, изображавшим связанные руки, над входом, другой – с эмблемой Селуны из цветного стекла. Это был другой Лирабар, религиозный город, хотя набожность странным образом соседствовала в нем с бюргерской погоней за золотом, роскошью и удовольствиями.
Оракул посмотрел на храмы и усмехнулся, как будто боги были слишком ничтожными, жалкими и презренными, чтобы люди им поклонялись. Впереди шла широкая прямая улица.
– Ага, – воскликнул колдун, – вот и наша цель, мы вовремя. Вам, юноши, нужно согреться, пока вы не умерли от холода.
Горстаг, перехватив взгляд Оракула, почувствовал тревогу. Дорога вела к замку, стоявшему на холме и являвшему странное нагромождение башен и шпилей, возвышавшихся над массивными стенами. Это была городская резиденция королевы Самбрил.
Фервимдол вздрогнул.
– Я… – начал было он.
– О, не беспокойтесь, – усмехнулся Оракул, – мы же не собираемся врываться в королевскую опочивальню и душить ее величество. В любом случае она всего лишь номинальный правитель. Все решения принимает Совет Лордов. Мы собираемся навестить более интересную персону, если при ней нет серьезной охраны.
– Сэр, – отозвался Горстаг с напускной бодростью, – если вы можете сделать так, чтобы мы незаметно туда прокрались, для меня этого достаточно.
– Добрый малый, – похвалил Оракул, и Фервимдол ревниво покосился на мага.
Колдун повел своих телохранителей в сумраке между домами. Снегу там было почти по колено, никто не побеспокоился разгрести и убрать его.
– Вы останетесь дежурить, – сказал маг. – Если кто-нибудь сюда случайно забредет и заметит, что я делаю, убейте его без лишнего шума и суеты.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
Загрузка...