А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Брэдшоу Джиллиан

Наследник Клеопатры


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Наследник Клеопатры автора, которого зовут Брэдшоу Джиллиан. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Наследник Клеопатры в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Брэдшоу Джиллиан - Наследник Клеопатры без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Наследник Клеопатры = 649.04 KB

Наследник Клеопатры - Брэдшоу Джиллиан -> скачать бесплатно электронную книгу



OCR Angelli; SpellCheck Rideress
«Наследник Клеопатры»: Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга»; Москва; 2007
ISBN 978-966-343-605-0
Аннотация
Могущество Цезаря и красота Клеопатры могли создать великую империю, которой не было бы равных в мире. Но этой мечте не суждено было сбыться... Что ждет Цезариона, старшего сына царицы?
В глазах некоторых сын Юлия Цезаря и легендарной Клеопатры воплощает надежды Рима и Египта. Другие воспринимают его как нелепое следствие страсти, которую полководец питал к распутной египетской интриганке. Римский император Октавиаи боится, что Цезарион может разрушить его мечты о спокойной и мирной жизни в империи.
В этой поразительной истории о дружбе, искренности, чести и любви Джиллиан Брэдшоу показывает, как могли бы развиваться исторические события, если бы Цезарион избежал неминуемой казни и продолжил путешествие, не открывая никому, кто он па самом деле.
Джиллиан Брэдшоу
Наследник Клеопатры
Посвящается Майку
Я знаю, что эта книга не самый блестящий шедевр, но мне нужно было сделать что-то такое, чтобы читатель сказал: «Хорошо написано!»
Предисловие
Помнится, кто-то, сильно удивившись, задал мне вопрос: «Почему вы называете Клеопатру эллинкой?» Думаю, что она сама бы так назвала себя. Древний Египет, которым правили фараоны, был захвачен персами в 525 г. до н. э. Два столетия спустя Персидская империя, а вместе с ней и Египет пали под натиском войск Александра Македонского. В 323 году один из самых приближенных к Александру полководцев, Птолемей, сын Лага, родом из Македонии, к тому же родственник прославленного завоевателя, стал сатрапом, наместником провинции Египет. Позже он присвоил себе титул царя, и поэтому англоязычные историки именуют его Птолемеем I Сотером. Основанная им династия, известная как Лагиды - по имени его отца - или Птолемеи, поскольку все цари этой династии носили исключительно это имя, правила в Египте на протяжении восьми поколений.
Птолемей и его потомки неизменно называли себя эллинами, и государственным языком Египта был греческий. Правящая верхушка изначально складывалась из воинов Александра и амбициозных греков-иммигрантов. К коренным египтянам греки относились свысока, считая их простолюдинами, которые пригодны только для занятий земледелием. Так было в теории. На практике все складывалось гораздо сложнее, особенно под конец греческого правления в Египте. Но, несмотря на это, греческий оставался официальным государственным языком. Только один представитель династии Лагидов взял на себя труд выучить язык, на котором разговаривали подданные-египтяне.
Это была царица Клеопатра VII, последняя из Лагидов, правивших в Египте. И все-таки она не была самой последней. В соответствии с традицией царица не могла править одна, поэтому она сделала царем и соправителем государства своего старшего сына, которому в то время едва исполнилось три года. Этот мальчик был плодом политики Клеопатры, которая стремилась к сотрудничеству с мощнейшей империей того времени, - его отцом был Юлий Цезарь. По крайней мере, она так утверждала, в то время как ее враги-римляне решительно отрицали этот факт. Пятнадцатый, и последний, царь Птолемей носил когномен «Цезарь», и поэтому его прозвали Маленьким Цезарем - по-гречески Цезарион.
Планы, которые строила Клеопатра относительно Рима, Египта и своего собственного сына, потерпели крах. Юлий Цезарь погиб, а ее новый римский союзник Марк Антоний был вскоре тоже побежден преемником Цезаря - Октавианом. У Цезаря не было признанных сыновей римского происхождения, и по этой причине он усыновил племянника своей сестры, о чем и написал в своем завещании. В то время Цезарион едва достиг совершеннолетия. Разумеется, Октавиан не желал, чтобы кровный сын Цезаря стоял у него на пути, и при захвате Египта в 30 г. до н. э. он планировал взять в плен Клеопатру.
Что же касается Цезариона, то он хотел только его смерти.
ГЛАВА 1
Сильно болел бок. Он почувствовал это еще до того, как полностью очнулся: острая, как нож, боль пронзала его тело, давая знать о себе даже сквозь сон. Он поменял положение, стараясь облегчить ее, но от этого стало только хуже. Он повернулся на другой бок, поджал ноги и лежал так, смутно осознавая, что с ним произошло.
Было невыносимо жарко, и хотелось пить. Язык, казалось, распух. Нестерпимо болела голова. Он лежал на чем-то неровном, жестком и неудобном, окутанный какой-то густой горячей пеленой пурпурного цвета. Стоял удушливый запах мирры, который не мог полностью перекрыть стойкий запах крови, мочи и горячего пота.
Слабой рукой он ощупал свой бок и, морщась от острой, мучительной боли, почувствовал, что его опухшие пальцы стали влажными. «У меня был приступ, - подумал он виновато, - и я, должно быть, упал на что-то. Мать рассердится. Надеюсь, она не накажет рабов».
Он потянулся к тонкой золотой цепочке на шее, вытащил маленький шелковый мешочек, который висел на ней под хитоном, и приложил его к своему носу и рту. Корень пиона, кардамон, аммиачная смола, бриония, лапчатка и морской лук - это новое средство, по крайней мере, отличалось приятным ароматом. Сделав несколько глубоких вдохов, юноша попытался вспомнить, где он находится.
Оглядевшись по сторонам, он с тоской подумал о своей спальне во дворце, где гладкий пол под ногами с выложенным на нем разноцветным узором из полированных мраморных плит безупречно белого, золотистого и насыщенного зеленого цвета с красными прожилками всегда был прохладным, даже в самую жаркую погоду. Его кровать, сделанная из кедрового дерева, была инкрустирована золотом; зимой он укрывался шелковым стеганым одеялом, а летом - хлопковым, выкрашенным в яркие цвета. В алебастровом кувшине - всегда прохладная вода, а во внутреннем дворике - журчащий фонтан.
Когда он был помладше, его часто водили в большую купальню, где бассейны выложены лазуритом, краны для воды сделаны в виде золотых дельфинов, а на потолке изображен Дионис, который обвивает пиратский корабль виноградной лозой, в то время как моряки, спасающиеся в зеленых волнах, превращаются в... Вода такая прохладная, такая приятная... Она омывает его обнаженное тело, ноги и руки...
Купание будет тебе во вред.
Аполлон свидетель, как же ему хотелось пить! Но почему он лежит здесь, да еще один? Где рабы, которые должны обмахивать его, втирать благовонные масла, подавать прохладительные напитки в запотевших кубках? Где врачи со своими снадобьями? Почему он проснулся в одиночестве? Может, приступ случился в каком-нибудь потайном помещении, где никто не смог его найти? Как долго он здесь лежит?
Какая жара! Мысли путались, дышать было нечем. Необходимо побыстрее избавиться от этой пурпурной удушающей пелены.
Цезарион медленно приподнялся, держась за больной бок. Он понял, что не может глубоко вдохнуть из-за плотной ткани, которой было накрыто его лицо.
Слабой рукой он сдвинул ее с лица и подумал, что это, вероятно, навес от его палатки; днем он защищал его от солнца, а затем, должно быть, упал. Цезарион повернулся на левый бок и начал неуклюже выбираться из-под навеса, все еще держась одной рукой за больное место. Чувствуя под ногами жесткие неровные бревна для растопки, он с трудом перекатился с них на ослепительный солнечный свет и едва сдержал стон от жгучей боли, которая снова пронзила его. Юноша лежал, не шевелясь, уставившись на распростершееся безоблачное небо, казавшееся бесцветным из-за неистового сияния солнца.
Цезарион ощущал под собой что-то мягкое и неровное. Приглядевшись, он понял, что лежит на одном из своих стражников, хитон которого покрыт пятнами запекшейся крови. В горле мужчины зияла рана от удара копья, которое к тому же разнесло ему челюсть.
Содрогнувшись, юноша поспешно сполз с застывшего тела на горячую каменистую землю. Встав на ноги, он в ужасе смотрел на тело своего стражника, машинально вытирая левую руку о хитон. К горлу неожиданно подкатила тошнота, и он, опустившись на колени, снова прижал к лицу шелковый мешочек с ароматной смесью. Он с силой зажмурил глаза и подумал: «Нет, пожалуйста, не сейчас, не так скоро...»
Ничего не произошло. Ни запаха гнили, ни подавляющего волю ощущения ужаса, ни воспоминаний. Только раскаленный камень, обжигающий колени, знойное солнце, которое немилосердно пекло голову, и запах лекарства. Стоять на коленях на земле было слишком горячо. Он открыл глаза и, пошатываясь, поднялся на ноги.
На стражнике был только красный хитон. Доспехи, оружие и плащ исчезли.
Он лежал на спине, рядом с кучей дров, накрытых пурпурным покрывалом. Его руки вытянулись вдоль туловища, но когда Цезарион упал на него, одна рука неестественно вывернулась в сторону. Пальцы все еще сжимали кусок черствого хлеба - подношение стражнику в царстве мертвых. Одна из монеток, которые положили на его закрытые глаза, упала и поблескивала на земле возле ноги Цезариона.
Он вспомнил имя стражника - Мегасфен; ему было двадцать два года, и он происходил из хорошей семьи в Александрии. Выбор пал на молодого человека неспроста: все знали о его верности и неподкупности. И теперь эта верность привела его на погребальный костер. Взгляд Цезариона скользнул по груде дров, наваленным сверху седлам для верблюдов и мешкам с зерном. Он неотрывно смотрел на это сооружение в шесть метров высотой, накрытое пурпурным навесом от палатки, и начал медленно вспоминать.
Прошлой ночью - а может, и две ночи назад? - он проснулся от громких криков и вскочил с постели, пытаясь на ощупь найти в темноте свое копье, но у него ничего не получилось. Кто-то ворвался в его палатку с фонарем в руке и чуть не сбил его с ног. Это был учитель Родон, который остался в Коптосе, чтобы узнать новости. Родон был полностью одет, его волосы, обычно прилизанные, растрепались, лицо побледнело, а в глазах горел дикий огонь. Он поставил фонарь на землю и схватил копье, которое пытался найти Цезарион, - оно стояло у входа в палатку.
- Сюда! - громко закричал он. - Сюда! Быстро!
Цезарион протянул руку за копьем, но Родон внезапно направил острие на него.
- Нет, - прошептал он, глядя прямо в глаза своему ученику. - Стой спокойно.
- Родон? - ошеломленно произнес Цезарион, с трудом понимая, что происходит вокруг него.
- Ты не стоишь моей жизни, - яростно сверкая глазами, сказал Родон. - Ты не стоишь больше ничьей жизни. Слишком много здоровых и сильных уже погибло. - Он снова крикнул: - Сюда! Он здесь! Быстро!
Цезарион вспомнил, как его охватил неистовый гнев и он бросился на предателя. А затем...
Яркие, неестественно четкие картинки промелькнули в его сознании: заколотая овца на алтаре, жрец, рассматривающий ее внутренности, порхающая бабочка, опустившаяся на мертвый глаз, звуки флейты.
Потом - провал в памяти и никаких воспоминаний до тех пор, пока он не очнулся, но уже тяжело раненный.
Цезарион осмотрел себя.
Из-за бурой запекшейся крови ткань хитона присохла к правому боку, по бедру к колену стекала свежая струйка крови.
«Я не смог ранить его, - подумал он с тяжестью на сердце. - Родон выдал меня римлянам, а я даже не ударил его. Я не смог умереть достойно. У меня был приступ, во время которого меня ранили, и с тех пор я лежал в забытьи. Они, скорее всего, подумали, что я мертв, и положили меня сверху на погребальный костер вместе со стражником... Точнее, со стражниками».
Теперь он видел, что на возвышении был не один человек. Возле головы Мегасфена из-под пурпурного покрывала выглядывали еще чьи-то ноги. Цезарион медленно подошел к погибшему и с трудом наклонился, чтобы поднять покрывало. Это был Эвмен, командир их небольшого отряда. Его левая нога была почти отрублена, в паху и на боку зияли колотые раны. Зубы мужчины были стиснуты, а лицо превратилось в застывшую маску; монеты на глазах напоминали жуков, съедающих их. Трясущейся рукой Цезарион накрыл Эвмена покрывалом. Колени подгибались от слабости, голова шла кругом. Ему хотелось присесть, но тела стражников занимали все место у кострища, а на земле было слишком горячо.
Рядом с Эвменом лежал еще один погибший. Цезарион, спотыкаясь, подошел к нему и увидел, что это Гелиодор, критянин. Он был ранен прямо в сердце. Странное дело, но этому наемнику пришлось погибнуть, защищая Цезариона; воин все время твердил, что он участвует в походе только ради денег. Как же теперь он заберет свое жалованье?
Некоторое время Цезарион стоял возле застывшего тела, всматриваясь в лицо юноши. Оно было спокойно и выражало лишь легкое удивление. Гелиодор, очень красивый молодой человек, чрезвычайно заботился о своем теле и старательно расчесывал длинные черные волосы каждое утро и вечер. Цезарион заметил, что и сейчас кто-то заботливо расчесал локоны Гелиодора и положил монеты на его глаза. В правой руке у него тоже был зажат кусок хлеба, а разорванный и окровавленный хитон аккуратно расправлен. Тела стражников не были омыты - в лагере не хватало воды даже до того, как на них напали враги, - но их тщательно умастили благовонным маслом. Спокойное лицо Гелиодора блестело на солнце, а на его алом хитоне остались темные масляные пятна. По крайней мере, для критянина и всех остальных воинов было приготовлено достойное погребение.
Цезарион опустил пурпурное покрывало и, подняв глаза, безучастно огляделся вокруг. Красные скалы, пыльная земля и безжалостное солнце над пустыней. Солнце было высоко - значит, сейчас уже около полудня. Три мертвых тела на погребальном костре. В лагере было тридцать восемь человек, включая его самого: два отряда придворных стражников, Эвмен, секретарь Эвмена, слуга Эвмена, секретарь и двое слуг Цезариона. Где же все остальные? Где враги? Кто организовал погребение, но не зажег костер?
Слишком жарко, чтобы зажигать костер сейчас. Может быть, им помешал зной и теперь, сложив погребальный костер, они ждут наступления ночи? Он обернулся.
Лагерь, который разбили люди Цезариона вокруг каменной стенки емкости для воды, врытой в землю рудокопами столетие назад, остался на месте. Несколько низкорослых акаций и засохший чертополох свидетельствовали о том, что зимой здесь временами бывает вода, но сейчас, в августе, когда воздух раскален, как в печке, все вокруг было выжжено солнцем. Несколько скомканных палаток валялось у подножья ближней скалы, в тени которой можно было укрыться в самое жаркое время дня. Палатка Цезариона, находившаяся в самом центре их стоянки, без верхнего навеса выглядела как-то непривычно. Не хватало одной угловой жерди, и поэтому палатка заметно покосилась. Сквозь знойное марево юноша увидел, что местами ткань опалена, - вероятно, светильник Родона опрокинулся и палатка загорелась. Животные, на которых они везли поклажу, - в основном верблюды - были привязаны чуть подальше и сейчас неподвижно лежали в небольших оазисах тени у скалы. Новых палаток не было, но, казалось, стало больше животных. Из нескольких воинских плащей, прикрепленных к склону горы, получился своего рода навес, который с другой стороны поддерживался копьями, воткнутыми в каменистую почву. К копьям, чтобы создать побольше затененного пространства, были прислонены щиты - хоть какое-то укрытие, которое так необходимо в этой знойной стране. Красные шиты, высокие, продолговатой формы, украшенные незнакомым орнаментом, принадлежали римским легионерам. Цезарион начал их считать, но затем остановился. Судя по первому взгляду, их было около восьмидесяти - целая центурия.
Перед ними высоко развевалось знамя, римский орел, невыносимо яркий на полуденном солнце.
Римляне приехали налегке, подумал юноша, заставляя свой измученный мозг напрячься, чтобы осмыслить то, что он сейчас видел. У римлян не было палаток - только несколько вьючных животных, которые везли провизию и воду, необходимые в пути. Они снарядили определенное количество воинов с учетом того задания, которое им предстояло выполнить. Они знали, куда ехать и с каким числом людей им придется иметь дело.
Родон наверняка оповестил их, как только последняя часть отряда Цезариона покинула Коптос. Нет, даже раньше: уж слишком быстро отряд римлян прибыл сюда из Александрии, приплыв по Нилу. Родон, по всей видимости, послал сообщение, когда Цезарион со своими людьми отправился вверх по течению Нила. Предатель подождал римлян в Коптосе, форсированным маршем провел их по караванному пути - скорее всего, ночью, поскольку никто не путешествует по Восточной пустыне днем, если этого можно избежать, - и привел неприятеля прямо в лагерь. Возможно, нападение было совершено прямо перед рассветом, когда люди Цезариона спали крепким сном. Зная пароль, Родон, естественно, не вызвал у часовых никаких подозрений, поэтому сразу тревогу не подняли, а потом было уже поздно. В первую очередь он кинулся искать Цезариона, потому что знал: люди царя не будут оказывать сопротивления и сдадутся, если их повелителя возьмут в плен или убьют.
Однако Эвмен, Мегасфен и Гелиодор все равно сражались - быть может, они вступили в бой просто из-за неразберихи, потому что враги напали на них, когда они спали и потому не поняли, что происходит. Остальные же действительно сдались добровольно. Родон мог совершенно искренне пообещать им, что он спасает их от изгнания и смерти, что на самом деле ждало бы их, останься они с Цезарионом. На погребальном костре не было тел римлян, а это значит, что они справились с заданием, не потеряв ни единого воина. Они наверняка довольны этим и обращаются с пленниками милостиво. Во всяком случае, им незачем проявлять жестокость по отношению к придворным стражникам, которым некого уже охранять. Родона, без всякого сомнения, ждет щедрая награда. Римляне должны быть благодарны ему: он помог их императору убрать с дороги опасного соперника и обеспечил их сундуками, полными сокровищ. При этом они не потеряли ни одного человека.
Цезарион прижал ладони к воспаленным глазам. Родон преподавал ему философию и математику в течение трех лет, и юноша отдавал ему предпочтение перед всеми остальными наставниками. Он любил Родона; ему нравилось его язвительное острословие, его честность и ум, его изящное чувство юмора. Цезарион вспомнил слова Родона, брошенные ему в лицо, и почувствовал, как в нем закипает ярость. «Ты не стоишь моей жизни...»
«Нет! - гневно подумал он про себя. - Нет! Ты, Родон, предал не только меня. Ты предал также всех моих предков, даже больше!»
Египет оставался последним независимым государством на побережье Внутреннего моря. Теперь вся власть сосредоточилась в руках Рима. С этого дня греки стали подданными Римской империи. Это не должно было произойти без борьбы! Это не должно было случиться из-за предательства грека!
С тоской осмотревшись по сторонам, Цезарион подумал о том, что он снова проиграл. Проиграл, как всегда. Он не сражался, потому что у него в очередной раз случился приступ. И теперь он стоит возле собственного погребального костра, где его в любую минуту могут заметить, сообразив, что ошиблись.
Или римляне все еще спят? Неужели они не позаботились о том, чтобы поставить часовых?
Цезарион вздохнул, усталым движением вытер губы и на секунду замер, взглянув на свою руку: она была выпачкана в крови, которая запеклась на подбородке. Он осторожно пошевелил распухшим языком, чувствуя сильную боль и неприятную онемелость. Наверное, он прикусил его во время приступа. Хорошо же он будет выглядеть, если римляне в конце концов поймут свою ошибку. Вот он, царь Птолемей Цезарь, сын царицы Клеопатры и божественного Юлия, - грязный, весь в крови юнец, которому едва исполнилось восемнадцать и который не может внятно сказать хотя бы слово.
Может, Родон был прав, когда грубо заявил, что Цезарион не стоит ничьей больше жизни? Юноша стиснул зубы, чувствуя хорошо знакомое смятение от охватившего его стыда. Он всегда не дотягивал до того уровня, которому должен был соответствовать. Но все равно он обязан продолжать борьбу. Он не может принять свое поражение, просто сдавшись врагу. Если бы он в это не верил, то лишил бы себя жизни сразу же, когда впервые понял, что его болезнь неизлечима.
О Дионис! Как же глупо - он даже не погиб в нужную минуту. Все, что с ним произошло, напоминало идиотскую комедию, в которой герой затягивает сцену своей смерти, а остальные актеры притворяются, будто бьют его палкой по голове и насильно затаскивают на погребальный костер!
Хотя римляне, как ни странно, пока еще не сделали этого.
Римские легионеры должны были поставить часовых. Они никогда не забывают об этом. Антоний не уставал повторять о необходимости охраны. Хотя, как бы там ни было, Октавиан знал, что делает, и доказал это, победив Антония.
В любом случае глупо было думать, что лагерь не охраняется. Если командиру доверили столь важное и щекотливое задание, он не может валять дурака. Цезарион ни секунды не сомневался, что римляне поставили бы часовых, даже если бы у них не было тридцати пяти пленников и нескольких сундуков с сокровищами. А сейчас их добыча составляла пятьдесят талантов золота - вполне достаточно для того, чтобы содержать целый год небольшую армию! И пусть их пленники связаны, римский военачальник наверняка принял меры, чтобы его собственные подчиненные не позарились на сокровища.
Золото находилось в палатке Цезариона. Возможно, оно все еще там и римский военачальник спит возле него, как это делал сам Цезарион. Часовые, скорее всего, тоже сидели в палатке, прячась в тени от солнца. И это действительно было разумным решением.
Они, естественно, устали после форсированного перехода. До Коптоса далеко, а до Александрии и того дальше, или откуда они там получили весть от Родона. Быстро преодолев большое расстояние, римляне справились со своей задачей, а теперь, когда наступила невыносимая жара, командир дал своим воинам возможность отдохнуть. Никакой здравомыслящий человек не будет стоять на солнце, всматриваясь в безлюдную пустыню. Укрывшись в тени, часовые спокойно сидят, охраняя награбленное золото, и вряд ли наблюдают за погребальным костром. Какая опасность может исходить от мертвых?
Цезарион стоял неподвижно, бессмысленно рассматривая лагерь. Все тело ныло от боли. Как же он устал! Он сделал все, что было в его силах, но потерпел поражение. Может, ему действительно стоит просто успокоиться? Если бы каменистая почва не была такой горячей, он бы лег прямо здесь, где стоит сейчас. Нужно ли ему пытаться бежать? Скорее всего, ничего не получится: он ранен и у него нет воды. Ему даже нечем накрыть голову от палящих лучей солнца. К тому же он не вполне здоров и едва успел прийти в себя после сильного приступа. Даже если часовые не заметят его, он все равно не протянет в пустыне долго. Будет большой удачей, если ему удастся добраться до караванного пути, который проходит в трех километрах отсюда.
Однако, вдруг подумал Цезарион, на этом пути есть стоянки, где он сможет достать воды. Самая ближняя из них, Кабалси, находилась не более чем в восьми километрах отсюда. Значит, он смог бы дойти до Береники, где был порт, всего за два дня. Сейчас в Беренике должен стоять корабль - вместе со своим отрядом он ждал его полмесяца. Сначала они планировали подождать в самом порту, но Эвмен боялся, что поползут слухи о сокровищах и это привлечет грабителей. Поэтому, сохраняя полную секретность, люди Цезариона разбили лагерь в пустыне, где из-за предательства Родона на них напали римляне. Но корабль наверняка стоит в порту. Там его ждут друзья, провизия, деньги, как и было оговорено заранее.
Цезарион почувствовал, что у него начинают слезиться глаза. Он попытался проглотить слезы и в тот же миг ощутил резкую боль в языке. Юноша вытер дрожащей рукой непрошеные слезы и заметил, что влага принесла необычную прохладу его разгоряченному лицу. Ему не хотелось продолжать этот тяжелый путь, но он сознавал, что должен попытаться это сделать. Нельзя просто так сдаться на милость врага, если есть возможность совершить побег. Царица-мать приказала ему бежать в безопасное место, в то время как сама осталась в Александрии и руководила сопротивлением римским завоевателям. Никто не верил, что римлян можно остановить. Она, должно быть, в этот самый момент испытывает ужасы осады, и ее единственным утешением является мысль о том, что ее старший сын все еще на свободе. Она никогда не простила бы ему того, что он отказался от борьбы и бесславно погиб в пустыне.
Погребальный костер был возведен на плоской поверхности большого камня посреди широкого русла высохшей реки; тропа, которая вела к караванному пути, шла вдоль подножья ближней скалы, прямо через лагерь, захваченный римскими легионерами. Окинув безнадежным взглядом участок каменистой почвы, отделявший его от дальней скалы, Цезарион решил идти в ту сторону. Тело Мегасфена лежало, наполовину свесившись с погребального костра, а его руки были широко раскинуты. С трудом сдерживая болезненный стон, Цезарион наклонился и положил его руки вдоль тела; затем он поискал упавшие монеты и закрыл ими незрячие глаза. Мегасфен был слишком тяжелым, чтобы снова поднять его на костер, и Цезарион стянул вниз пурпурное покрывало так, чтобы оно закрыло лицо погибшего. Мегасфен погиб за него. Он достоин чести быть погребенным.
Юноша побрел к дальней скале, потом - вдоль нее по раскаленной земле мимо лагеря, направляясь к Караванному пути.

Наследник Клеопатры - Брэдшоу Джиллиан -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Наследник Клеопатры на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Наследник Клеопатры автора Брэдшоу Джиллиан придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Наследник Клеопатры своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Брэдшоу Джиллиан - Наследник Клеопатры.
Возможно, что после прочтения книги Наследник Клеопатры вы захотите почитать и другие книги Брэдшоу Джиллиан. Посмотрите на страницу писателя Брэдшоу Джиллиан - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Наследник Клеопатры, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Брэдшоу Джиллиан, написавшего книгу Наследник Клеопатры, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Наследник Клеопатры; Брэдшоу Джиллиан, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...