Лютикова Люся - И будет вам счастье http://www.libok.net/writer/10861/kniga/51377/lyutikova__lyusya/i_budet_vam_schaste 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Кстати, иногда это бывает полезно: осторожненько понаблюдаешь за ними, и поймешь, куда соваться нельзя…
– Но ведь есть еще и блуждающие ловушки…
– Есть, кто спорит? Туман и жгучий пух – это одно… Фантомы эти… Недавно еще и «карусели» появились… Или вот «мясорубки», их, бывает, с места на место будто переставляет кто… после выбросов в основном.
– А почему?
Я помолчал.
– Знаете, ребята, мой вам совет… не забивайте себе голову разными «почему», как дети. Пускай над этим ученые свои умные головы ломают. А мы с вами сталкеры. Лучше смотрите в оба, да думайте, как смерть стороной обойти… тогда и она вас обходить будет.
* * *
Я глянул на часы, и уже хотел было встать, когда меня шепотом окликнул Монах.
– Командир! Тихо! Смотри…
– Где?.. – так же шепотом отозвался я.
– Опушка леса… Правее от сломанной сосны.
Стараясь не делать резких движений, я поднес к глазам бинокль. Из лесу вышел человек. До него было почти четыреста метров, лицо разглядеть на таком расстоянии невозможно. Человек медленно брел вперед, смотря прямо перед собой, иногда спотыкаясь. На нем был оранжевый скафандр ученого. Вот он упал, и с трудом поднялся. Его руки безвольно висели вдоль тела. Никаких сомнений – это был зомби. Нас он не видел, и направлялся мимо, далеко в стороне.
– Пусть пройдет… Может он здесь не один.
– Ага…
Шли минуты. Мы не отрывались от биноклей. И тут я увидел… Его. Среди деревьев пробиралось темное существо. Длинные пальцы рук отвели ветку от получеловеческого лица… Худое костлявое тело… Контролер!
Черт возьми, вот это могли вляпаться…
– Командир!!! – раздался рядом сдавленно-восторженный шепот Монаха.
– Вижу! – прошипел я.
– Что делать будем? – это Сапер.
Я молча потянул к себе винтовку. Контролеры очень опасны, и исключительно осторожны. Выследить Контролера трудно, подобраться к нему незаметно – еще труднее. Увидеть его вот так – большая редкость. Обычно они передвигаются по ночам, под прикрытием темноты, выставив вокруг себя защитный барьер из зомби. Сейчас он беззащитен. Грех не воспользоваться.
– Командир! – Монах смотрел на меня. – Можно я?..
– Ладно, давай.
У нас с Монахом было одинаковое оружие – СВУ с глушителем. Он перекатился на бок, сноровисто отомкнул магазин, вложил в него новый патрон, вставил назад в винтовку и плавно, без рывка и лязга, передернул затвор. Потом медленно пополз вокруг нашего камня, оставляя его слева от себя. Остановился. Все так же осторожно, не делая лишних движений, выглянул из-за камня, поднял винтовку и прижал к плечу.
Я смотрел на Контролера в бинокль. Он стоял на месте и смотрел в нашу сторону. Почувствовал нас? О дьявольской чувствительности этих тварей среди сталкеров и солдат ходили легенды… Казалось, время замерло.
Глухой хлопок выстрела.
Контролер рухнул в траву. В бинокль было хорошо видно, как его голова, или то, что было головой, разлетелась на части, разбрызгивая во все стороны темную жидкость. Упавший Контролер не шевелился.
Монах был снайпером.
Я смотрел на него. Он оторвался от прицела, повернулся и подмигнул. Потом снова прильнул к окуляру, и чуть повел винтовкой влево-вправо.
– Монах! – тихо позвал я. – Ты зачем патрон менял? Что, серебряные пули носишь?
– Не… Разрывная. А первая в магазине у меня всегда бронебойка…
Сапер тронул меня за рукав.
Зомби теперь стоял неподвижно в ста метрах от нас. Оранжевый скафандр испачкан грязью, но изорван не сильно, противогаза нет. Лицо и руки в засохшей крови. Казалось, он с трудом держится на ногах.
– Командир, я пойду посмотрю, кто он.
– Ладно, давай, только аккуратно. Мы прикроем. Монах!
– Понял, держу! – его СВУ нацелилась на зомби.
Сапер, пригибаясь, скользнул в траву. Я следил за лесом, держа винтовку наготове, но время от времени бросал взгляд и на Сапера.
Подходит к зомби…
Осматривает его… тот неподвижен…
Что-то снимает с его одежды…
Идет назад… а где же зомби? Упал… Наверняка ранен, потерял много крови, ослаб…
Послышалось тяжелое дыхание Сапера.
– Командир! Вот… – он протянул мне знакомый ребристый цилиндрик на цепочке, и свернутый кусочек плотной защитной ткани. – Наш… Из пропавших… Похоже, они влипли. Кольцов его фамилия. Это его ответчик-идентификатор и нашивка…
– Он упал… что, серьезно ранен?
– Не тормози, Командир. – минуту назад голос Сапера был спокойным, а сейчас – усталым и злым. Он показал мне испачканный нож, и тут же вытер его о траву. – Это все, что мы можем для него сделать…
* * *
– Монах, еще раз: какая задача была у группы? Точно?
– Исследовать корпус три. Особое внимание обратить на его лабораторию. Вон то двухэтажное здание-пристройка, видишь? Найти на территории комплекса разведывательный модуль. Снять с него блок записи данных, и спецконтейнер с образцами. Если получится – эвакуировать модуль целиком.
– А Черный камень?
– По обстановке… Но платформу с краном гнали не только из-за него. Тот же модуль ведь на себе не потянешь. И если бы получилось вытащить из лаборатории одну установку, то хрен с ним, с камнем этим… Полковник ребятам так прямо и сказал – мол, на рожон не лезьте… Если получится – хорошо, а нет – так не будите лихо, пока оно тихо, а с генералом я сам говорить буду…
Мы стояли перед самым входом на территорию НИИ. Бетонный забор по периметру комплекса почти весь обвалился, но кое-где среди разросшихся деревьев и кустов, еще торчали отдельные секции. Открытые настежь металлические ворота обильно покрывали наросты «ржавых волос». Такая же гадость свисала и с фонарей на столбах. Часть зданий комплекса была полностью или частично разрушена, поэтому недостатка в грудах камней, вывороченных плитах, и торчащей арматуре не было.
– Значит, так. Сейчас… – я посмотрел на часы. – Без четверти двенадцать. Солнце садится в девять. До переезда – два-два с половиной часа ходу… По спокойной Зоне. Не позже пяти часов, или семнадцати ноль-ноль, мы должны отсюда выйти. Независимо от результатов поиска. Если получится раньше – тем лучше для нас. И вот еще что… Может быть всякое… Поодиночке в здания не входить. И, ребята, не лезьте в подвалы. Что бы вы не услышали.
Монах и Сапер согласно кивнули.
– Действуем, как планировали дома. Сейчас идем по главной аллее к центральному корпусу. Возле разбитой скульптуры сворачиваем направо к корпусу три. Двинулись.
Примерившись, я швырнул первую гайку. На асфальте «комариные плеши» не видны.
Наши шаги были медленными и осторожными. За полчаса мы продвинулись вперед по дороге где-то метров на триста, хотя зигзагами прошли почти вдвое больше. Несколько раз пришлось обходить опасные участки – расположившуюся как раз посреди аллеи «комариную плешь», и «горячие пятна» – места с высокой радиоактивностью. Дважды датчик засекал «взведенные» «мясорубки», но сигнал был очень слабым – мы находились на безопасном расстоянии. На всякий случай разрядники перевесили на поясах поближе, чтобы удобнее было выхватывать.
Я заметил какое-то движение впереди и предостерегающе поднял руку: «замри!».
Из-за большой кучи мусора показались несколько слепых псов. Они спокойно бродили, обнюхивая камни вокруг. Один попытался что-то разрыть, сунул в это «что-то» морду, и, разочарованный, потрусил за остальными. Но ощущение чужого пристального взгляда не покидало меня. Выждав пару минут, я шагнул дальше, сняв винтовку с предохранителя.
Два тихих металлических щелчка за спиной сообщили, что мои спутники сделали то же самое.
Следов было довольно много. Разных. На асфальте перед воротами были видны свежие вмятины от гусениц… Недалеко от входа стоял Камаз. Раньше его не было. Но в составе группы были только армейские бронемашины, а не грузовики, поэтому мы не стали к нему подходить. Справа, среди камней, я заметил полузасыпанную гравием «матрешку». Совсем недавно – неплохой сталкерский трофей, но только не сегодня.
Свинцовые облака висели над головой.
Монах легонько хлопнул меня по плечу и указал вперед. Из-за угла здания выглядывал БТР.
Мне вдруг отчаянно захотелось подойти к нему, сесть за руль и уехать отсюда, чтобы никогда больше не возвращаться. Я сделал шаг вперед неосознанно, даже не посмотрев, куда ступаю.
– Не спеши, Командир. – спокойный голос Сапера вернул меня в нормальное состояние.
Черт, да что же это со мной? Может, еще один Контролер?..
– Подходим аккуратно. Прикройте. – Монах деловито швырнул только что поднятую с земли гайку в сторону подозрительно ровной проплешины на асфальте, и двинулся к БТР-у первым. – Кажется, наш…
Крышка одного из верхних люков была откинута. Двигатель тихо урчал на холостых оборотах. Я повесил винтовку на плечо, достал «Браунинг», и осторожно заглянул внутрь машины. Пусто. Сапер молча отодвинул меня в сторону и полез в открытый люк. Несколько минут с чем-то возился внутри, матерясь вполголоса. Наконец из люка показалась его голова.
– Так, ну хоть что-то есть. – спрыгнув вниз, он протянул небольшую ярко-оранжевую коробку размером с книгу, и повернулся спиной. – Положи мне в рюкзак.
– Сапер, ты что, кассету вытащил? – опередил мой вопрос Монах.
– Да.
– Что за кассета? – чертовски неприятно чувствовать себя салагой, не понимающим, о чем идет речь. Особенно, когда ты при этом еще и командуешь теми, кто понимает.
– Знаешь что такое «черный ящик»? Их на самолетах ставят.
– Понятно. – я покачал головой. – Да, парни… Экипируют вас по высшему классу, как я посмотрю. Ответчики «свой-чужой»… «черные ящики» эти… а про оружие и аппаратуру я вообще молчу.
– Не завидуй. – тихо произнес Монах. – Не от хорошей жизни эти чертовы ящики. Если б ребята сами могли обо всем рассказать, нужды бы в них не было… Ты что, правда о них не знаешь?
Я уловил в его голосе нотку недоверия и повернулся к нему.
– Монах, ты забыл кто я? Еще и суток не прошло, как я на нарах отдыхал. Никого не трогал, и о вашей пропавшей группе не подозревал даже.
– А ну, тихо! – Сапер шагнул к нам. – Вы тут еще ссориться начните… Монах, правда, ну откуда ему знать? Он не салага, но вот с нами впервые идет… Это раз. А второе – ящики ставят далеко не на все машины. Тебе, Монах, об этом напоминаю, а тебе, Командир – просто рассказываю, раз на базе не успели. – голос Сапера был спокойным. – Вернемся, покажу тебе как с такой хреновиной работать. А вообще, Командир, если по честному – сколько раз в Зону ходил?
– Не считал… где-то… да уже с полсотни, наверно. Может чуть больше. Учти, я ж не всегда так далеко пробирался.
Сапер с Монахом присвистнули. По крайней мере, звуки за защитными масками отдаленно напоминали это.
* * *
Всю остальную технику долго искать не пришлось. Найденный первым БТР стоял в стороне от других. У всех машин еще работали двигатели, как будто экипажи оставили их на короткое время. Гусеничная платформа замерла в нескольких метрах от пролома в стене, грозно выставив перед собой бульдозерный нож. Толстый стальной трос исчезал в темноте пролома. Рядом с ней расположилось нечто, напоминающее большого металлического жука, закованного в панцирь цвета хаки, изрядно поцарапанный и украшенный несколькими вмятинами.
– Модуль? – я вопросительно посмотрел на Сапера. Тот молча кивнул.
Мы приблизились. Возле машин лежали разбросанные инструменты. Разбитые приборы. Разорванный и смятый противогаз. Пара автоматных магазинов, и много, очень много стреляных гильз… Больше всего их было у входа в корпус. Не было только тел. Темные пятна на грязном асфальте… Кровь или нет? Да какая, к черту, разница?.. Все равно мы опоздали. Ненасытная Зона снова лязгнула пастью. Какое осиное гнездо они разворошили? Кто на них напал?
Внезапно подумалось, что если бы мы пришли вовремя, то и нас тоже, с большой вероятностью уже б не было в живых.
– Командир, Монах, прикройте меня. – Сапер шагнул вперед. Я придержал его за руку.
– Подожди.
– Кассеты. Надо их…
– Успеешь. Постой минуту.
Я чувствовал что-то. По телу одна за другой прошли теплые волны. Еще. И еще. Мощный поток захлестнул меня. И без того вывихнутый мир Зоны завертелся перед глазами, превратившись в какой-то странный калейдоскоп. Господи, неужели начался выброс?… Нет… Агрессия и опасность в окружающих нас развалинах, чей-то страх, исходивший непонятно откуда, и… еще что-то. Слабое, почти неуловимое чувство, которое я уже когда-то испытывал раньше. Испытывал в Зоне. Но я никак не мог вспомнить, что же это. Словно детский плач… Плач потерявшегося, испуганного, беспомощного ребенка…
…Пульсирующая волна, захватившая большую часть сознания, постепенно ослабевала. Господи, раньше такого не было! То есть было… но не так сильно. И я вспомнил, где и когда уже чувствовал это «плач».
Как-то, несколько лет назад, после полуночи в сталкерский бар ввалился обезумевший от страха Совёнок. Два сопливых тринадцатилетних пацана, мечтающих стать сталкерами – он и Малыш, тайком от всех первый раз пошли в Зону. Ночью! Разумеется заблудились. А в темноте, освещаемой вспышками молний, казалось совсем рядом уже раздавался чей-то вой… Бросились бежать через лес, потеряли друг друга в темноте. Совенку повезло – выбрался на дорогу. А вот Малыш…
Змей, Флинт и я рванули на поиски. Зайти далеко они не могли, а значит какой-то шанс был. «Комариные плеши» и «мясорубки» в лесу у границы Зоны большая редкость, твари – как повезет. Мы втроем разошлись по ночному лесу, прислушиваясь ко всем звукам. Безрезультатно. И тогда я вдруг точно так же почувствовал… не услышал, а именно ПОЧУВСТВОВАЛ что-то, напоминающее детский плач. Слабая волна шла откуда-то справа, и я пошел в том направлении. Через несколько минут я наткнулся на Малыша, тихо сидевшего под деревом с подвернутой ногой. Бедняга боялся не то что звать на помощь, а даже плакать. Подвернув ногу, он заполз под дерево, спрятавшись между корней, и молча терпел боль, ожидая что вот-вот из темноты появится Контролер или зомби…
В ту ночь ребята заработали свои клички. Когда я на руках внес в бар завернутого в плащ-палатку юного сталкера, его тут же окрестили Малышом. А радующемуся Совенку потом припомнили его глаза, когда он влетел в бар, поставив всех на уши…
* * *
Корпус три. «Плач» я «слышал» оттуда. Если кто-то из группы зашел в здание, он мог уцелеть. Но… господи, какое оно большое! Семь этажей. Где же искать?
– Эй, Командир, с тобой все в порядке? – Монах взял меня за плечо и легонько встряхнул.
– Да. – я указал вперед, на корпус, возвышавшийся перед нами. – Там есть кто-то из уцелевших.
– С чего ты взял?
Сбивчиво, не вдаваясь особенно в подробности, я объяснил им про «плач». Они молча переглянулись.
– Даже если ты и прав, Командир, найти их будет непросто. Детектор в здании устойчиво берет метров на семь, максимум десять. Будем прочесывать?
Я не успел ответить. Наши детекторы жизненных форм, как будто услышав, что о них вспомнили, разом тихо запищали.
– Что за?..
Сзади нас под чьей-то ногой хрустнул камень и раздалось глухое рычание.
Мы обернулись, разом вскинув винтовки.
Вепрь!
Дикие кабаны, с незапамятных времен жившие в этих лесах, после Катастрофы не вымерли и не ушли, а, выжив, стали одними из самых крупных зверюг Зоны. Под воздействием радиации, и без того немаленькие «хрюши» изрядно прибавили в размерах, отрастили здоровенные клыки, покрылись густой шерстью, как мамонты. И, самое главное – пересмотрели свой рацион питания. Проще говоря – перешли с желудей на мясо.
До вепря было не больше двадцати метров. Зверь рванулся вперед, к нам.
Одинокому сталкеру наверняка не поздоровилось бы, но против трех стволов шансы твари существенно снизились. Два глухих хлопка СВУ утонули в грохоте автоматной очереди.
Вепрь с визгом покатился по земле с перебитой передней ногой. Из раны на шее хлестала черная кровь.
Я выстрелил еще раз, целясь в голову. Зверь дернулся, и забился сильнее. Он был еще жив, хоть и обездвижен.
Монах и Сапер не стреляли, опустив оружие. Вновь установившуюся тишину нарушал только хриплый визг раненого животного.
И тут негромко хлопнул еще один выстрел. Стреляли где-то на верхних этажах здания.
Мы не успели даже переглянуться. Послышался нарастающий шорох, и из подвала напротив стали выскакивать крысы.
Их было много, очень много. Кучи строительного мусора начали исчезать под буро-коричневыми телами. Среди общей массы выделялись более крупные крысиные волки.
На раздумья времени не было. В таких ситуациях сталкера могут спасти только две вещи: быстрые ноги и сумасшедшее везение. Мы бросились к входу, и буквально влетели в холл, забыв об осторожности, нацелив оружие в разные стороны. Из-под ног брызнули несколько крыс.
– Лестница там!
Под подошвами ботинок хрустело битое стекло. Бегом мы пересекли заваленный мусором и обломками мебели холл, огибая покореженные шахты лифтов. Мне показалось, что в темноте коридора мелькнула какая-то крупная тень, и я, не целясь, послал туда пулю.
Бетонные лестничные марши, к счастью, уцелели. Мы остановились между вторым и третьим этажами.
Крысы начали заполнять холл. Монах и я бросили вниз по зажигательной гранате. Грохнули взрывы, что-то вспыхнуло. Желтые языки пламени осветили помещение, послышался крысиный писк.
– Пошли выше!
Сапер на бегу вытащил из автомата наполовину пустой магазин, и заменил его полным.
Мы бежали вверх по лестнице. Где-то там должен быть выход на крышу.
Крысы не любят верхних этажей, их территория – подвалы и просто земля. Может, удастся пересидеть какое-то время…
На крыше было пусто. Десятки вспугнутых ворон сорвались с насиженных мест и кружили над нашими головами, борясь с сильными порывами ветра. Молния ударила в лес почти рядом, грохнул и прокатился эхом раскат грома… Я посмотрел на кипящее небо. Господи, только бы сейчас не начался выброс!
– Давайте попробуем найти наших. – отдышавшись, произнес Монах.
Мы спустились по ржавым ступенькам вниз на полутемный чердак. В нескольких местах крыша обвалилась, и сквозь проломы сюда проникал дневной свет. Птичье царство… хотя из всех птиц в Зоне выжили только вороны…
– Пойдем. Они наверняка где-то здесь.
Но на чердаке никого не было. Осмотрев его и выглянув вниз, мы спустились на лестничную клетку. Крыс не было видно.
Снизу тянуло дымом, чувствовался запах гари. Мы молча переглянулись. Для полного счастья нам не хватало только пожара. Хотя крыс в большинстве случаев можно остановить только огнем.
Седьмой этаж. Небольшой холл с выходом на лестницу и к лифтам, длинный коридор в обе стороны. Типовая планировка советского НИИ восьмидесятых годов.
– Куда?
– Давай сначала направо.
Шаг за шагом по коридору… Многие двери даже не нужно открывать, прогнив, они сорвались с петель… Сквозь выбитые стекла свистит ветер, усиливая ощущение заброшенности.
Детектор молчал.
– Пошли назад.
Следующий коридор. В одной из комнат лежит полуразложившийся труп слепого пса.
Черт, да где же вы, ребята?! Наверное, я сказал это вслух, потому что идущий впереди Сапер вдруг резко остановился. Остановился, и…
– Тихо! Кажется что-то есть…
– Где? – выдохнули мы с Монахом.
– Впереди. Около тринадцати метров. Сигнал слабый.
Еще пару шагов. Теперь уже все три детектора тихо запищали. Я бросил взгляд на индикатор. Крупная живая масса на расстоянии одиннадцати метров… Восемь… Шесть… Но большая комната перед нами пуста. Пять метров. Сигнал устойчивый… По другую сторону коридора в противоположной комнате тоже никого.
Может быть, в следующей?..
Шесть метров! Расстояние увеличивается… Семь!
– Сапер, Монах, они под нами! Этажом ниже!
Мы рванулись к лестнице.
* * *
В живых осталось только трое военных сталкеров и ученый. Питон, Валет и Старик носили на рукавах шевроны старших сержантов, но как и все сталкеры в Зоне, предпочитали не звания и фамилиии, а клички. На оранжевом скафандре ученого я рассмотрел нашивку с фамилией «Антонов». Он был довольно тяжело ранен – сотрясение мозга, перелом руки, и сейчас лежал без сознания
Монах вытащил аптечку и занялся раненым, пока мы слушали рассказ о том, что здесь произошло.
Сюда они добрались без приключений. Аппаратура обнаружения аномалий работала надежно, своевременно засекая «комариные плеши», «мясорубки» и прочие подарки Зоны. Первыми на территорию заброшенного НИИ вошли сталкеры, за ними один БТР, потом остальные машины. Группа, подтянувшись к корпусу три, провела разведку и, развернув оборудование, начала работу. Несколько раз детекторы жизненных форм подавали сигнал тревоги, но невидимые существа отступали, и аппаратура успокаивалась. Кто-то из сталкеров сказал, что детекторы, скорее всего, засекают карликов в подвалах и канализации.
Группа продолжила работу. Был обнаружен и приведен на ручном управлении потерянный разведмодуль. Двое ученых и командир группы пошли к Черному камню, лежащему среди развалин по другую сторону главной аллеи…
Внезапно изо всех щелей и подвалов соседних зданий хлынули крысы. Выждав, когда люди покинут свои бронемашины и рассредоточатся, тысячи крыс набросились на них. Остановить их было невозможно. Группа погибла в считанные секунды.
Сталкеры пытались отстреливаться… бесполезно.
Четыре человека видели все это из лаборатории. Десятью минутами раньше инженерная машина проломила бульдозерным отвалом часть стены. Они зашли внутрь, чтобы еще раз проверить помещение и закрепить стальной трос вокруг экспериментальной установки, найденной там. Ее собирались сорвать с бетонного основания лебедкой гусеничной платформы-тягача, тросом вытащить наружу, и потом краном погрузить на платформу. Исследуя здание, сталкеры поднялись по лестнице на второй этаж. В этот момент и произошло нападение.
Им повезло, крысы не пошли наверх. Меньше чем через полчаса они исчезли, снова спрятавшись в подземельях.
Подождав несколько часов, люди решили рискнуть – добраться до одного из БТРов во дворе. Здесь их везение кончилось. Едва они высунули нос из пролома, появились крысиные волки. И думать было нечего о том, чтобы пройти двадцать метров до ближайшей машины и взобраться на броню… Отбиться от крысиных волков сталкерам удалось лишь израсходовав практически все зажигательные гранаты и большую часть патронов. Твари отступили.
Во время стычки люди сумели перескочить из лаборатории в основное здание – коридор внутри был завален.
Они забаррикадировались наверху и ждали, прислушиваясь к каждому звуку. Ждали рева двигателей бронетехники и стрельбы. Ждали спецназ. Хотя они знали, что искать их начнут не раньше, чем через десять-двенадцать часов… (услышав, что мы и есть этот самый спецназ, парни откровенно приуныли, но старались этого не показывать).
Время шло. Начало темнеть.
Ученый упросил одного из сталкеров спуститься с ним вниз – туда, где в холле лежала потерянная на бегу сумка. Он очень хотел принести ее наверх.
Дальше вмешалась случайность – спускаясь по лестнице, ученый дошел до НУЛЕВОГО этажа… Эта ошибка стоила ему дорого. Карлики поджидали жертву. На него тут же обрушилась лавина кирпичей. От удара в голову он потерял сознание. Сталкер едва успел вытащить его, метнув в дверной проем подвала последнюю гранату…
Прошла ночь. Никто из них не сомкнул глаз. В здании бесконечно что-то скрипело, падало, слышались чьи-то шаги… Сталкеры сидели у стен, держа дверь под прицелом. С рассветом все утихло.
Рано утром они видели бродившего вокруг развалин человека. Скорее всего какого-то чужого сталкера, на зомби он не походил – слишком уж осмысленными были его движения. Потом он исчез. Им всем страшно хотелось спать – сказывалась бессонная ночь…
Потом они услышали совсем рядом автоматную очередь, и выстрелили, чтобы привлечь внимание. Внизу ухнули взрывы. Когда они выглянули из окна, перед корпусом уже никого не было, кроме знакомого буро-коричневого моря крысиных спин…
– Ага. – усмехнулся Монах. – Мы в это время уже дикими скачками неслись вверх по лестнице.
Сталкеры вымучено улыбнулись.
– Скажите, а кто именно пошел к Черному камню? – после паузы спросил я.
– Командир группы, капитан Шевчук. И двое ученых. Григоренко и… кажется Кольцов. Может хоть им удалось как-то выбраться…
Я молча достал из кармана и показал ему нашивку Кольцова. Он все понял, и опустил голову, ничего не сказав.
* * *
Часы показывали четырнадцать – двадцать пять. Нужно было думать, как выбираться отсюда. Ученый пришел в себя, и тихо стонал. Шина, наложенная на сломанную руку прямо поверх скафандра, была довольно грубой. Ходить он почти не мог, с трудом сделал несколько шагов, сотрясение мозга было сильным.
Трое уцелевших сталкеров – Питон, Старик и Валет попытались сделать из подручных средств носилки. В конце концов, помучившись безрезультатно какое-то время, решено было тащить пострадавшего старым армейским способом – на плащ-палатке.
Оставалось определиться с малым – куда именно тащить…
Я подозвал к себе Питона и Сапера.
– Парни, сходите на разведку. Вниз не спускайтесь, просто пройдите по этажу, и аккуратненько повыглядывайте в окна. Осмотритесь, короче.
Они ушли.
Поразмышляв над сложившейся ситуацией, и охарактеризовав ее одним коротким словом, я сам подошел к окну и осторожно выглянул. Перед входом снова все было тихо.
1 2 3
Загрузка...