А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Стрехнин Юрий Федорович

Про отряд Бороды


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Про отряд Бороды автора, которого зовут Стрехнин Юрий Федорович. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Про отряд Бороды в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Стрехнин Юрий Федорович - Про отряд Бороды без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Про отряд Бороды = 1.07 MB

Про отряд Бороды - Стрехнин Юрий Федорович -> скачать бесплатно электронную книгу




Юрий Федорович Стрехнин
Про отряд Бороды
О ком эта книжка

Однажды мне позвонили по телефону. Говорил кто-то незнакомый чуть глуховатым голосом:
– Я воевал на Дунае, хотел бы встретиться с вами.
– Что ж, приезжайте, – ответил я и спросил: – А как ваша фамилия?
– Чхеидзе. Алексей Чхеидзе.
Ожидая, я старался припомнить: кто это? Ведь многих моряков-дунайцев я знал… Но как ни ворошил память, такой фамилии в ней не отыскал.
Минута в минуту в условленное время прозвенел дверной звонок. Я открыл.
Передо мной стоял человек лет тридцати пяти, с коротко остриженными волосами. Неподвижные незрячие глаза смотрели прямо на меня. На энергичном худощавом лице, на правой щеке и близ рта, виднелись узловатые шрамы. Из рукавов скромного коричневатого пиджака торчали словно одеревенелые кисти рук, затянутые в чёрные кожаные перчатки…
Если бы раньше знать, что Чхеидзе в таком состоянии! Конечно, я сам бы поехал к нему…
Но что привело его ко мне?
– Я был матросом отряда флагманской разведки флотилии, – начал объяснять он. – Разыскиваю своих товарищей. Может быть, вы знаете кого-нибудь из них? Ведь вы писали о дунайцах.
– Увы, – ответил я, – о людях вашего отряда мне почти ничего не известно. Мало говорят и архивные документы.
– Была война, не всё отмечалось в документах, – усмехнулся мой собеседник. – К тому же о нашей работе полагалось знать немногим.
– А вы расскажите! – не утерпел я. Ведь передо мной был один из отряда, о котором на Дунае ходили легенды. – Расскажите сейчас!
– Вам интересно? – спросил Чхеидзе. – Да? Ну что ж…
Сначала он рассказывал как бы нехотя, лишь отвечая на мои расспросы, потом всё более загораясь… И я, слушая, видел его ясноглазым пареньком, каким он был во время войны, – с комсомольским значком на матросской фланелевке, с автоматом в руках, в лихо сбитой набок бескозырке. Видел, как он с товарищами идёт тёмной ночью по чужому городу, проскальзывая мимо вражеских постов, первым врывается в фашистский штаб…
Я долго слушал Алексея. Под конец предложил ему:
– Давайте вместе разыскивать ваших боевых Друзей.
…И вот прошло немало времени. Найдены многие товарищи Алексея Чхеидзе по отряду разведки. Пересмотрены в военных архивах сотни листов донесений и разведывательных сводок. На столе передо мной выписки из штабных документов, письма бывших разведчиков и старые, военных времён, фотокарточки. Я рассматриваю одну из них. На фоне густой листвы сидят, улыбаясь, парни в гимнастёрках и молодецки сдвинутых пилотках. С гордостью держат они своё оружие – снайперские винтовки. На их погонах видны литеры «ЧФ» – «Черноморский флот». У каждого на рукаве якорёк – эмблема морской пехоты, а на поясе – граната и нож.
Тот, что посередине, с перевязанной головой и биноклем на груди, – их командир. Не только погоны с тремя звёздочками отличают его, а и борода. Впрочем, она нисколько не делает его старше.
Эта борода имеет свою историю. Мне хочется начать её издалека…
Жил когда-то до войны в Москве, в Лефортове, пионер Витя Калганов, бойкий смышлёный парнишка. Учился в четыреста седьмой школе, что на шоссе Энтузиастов, у Горбатого моста. Увлекался спортом, слыл выдумщиком, был охоч до многих дел: играл в спектаклях, мастерил разные хитроумные модели, втайне мечтал стать изобретателем. Но больше всего хотелось ему сделаться моряком, таким, каким был его отец: в прошлом матрос Балтийского флота, чекист в гражданскую войну. Летом в лагере по почину Вити и по его «проекту» ребята построили целую флотилию плотов. Это были не простые плоты: они имели, как настоящие корабли, рулевые устройства и гребные винты. На плотах было совершено трёхдневное плавание по протекавшей мимо лагеря речке. Флотилией командовал Виктор Калганов.
Виктору советовали поступать, когда он окончил десятилетку, в театральную студию: он имел большой успех на школьной сцене. Но желание быть моряком оказалось сильнее. Вот только осуществить его тогда Виктору не удалось. Он поступил на работу электромонтёром.
В первый же день, когда гитлеровская Германия напала на СССР, в московский горком комсомола пришли многие комсомольцы записываться в добровольцы. Среди них высоченным ростом – на голову выше всех – выделялся один, лет двадцати двух, светловолосый. Это был Виктор Калганов. Как и все, он требовал немедленно отправить его на фронт. Но ему велели оставаться на своей работе и ждать.
Когда немцы подходили к Москве, Виктор был зачислен в группу подрывников, в которой все были так же молоды, как он. Они должны были взрывать мосты и другие сооружения, если возникнет опасность, что их захватит враг. В заснеженных лесах Подмосковья сдавал Калганов свой первый экзамен войны. Под Малоярославцем его группа оказалась отрезанной наступающими немцами. На тринадцать человек подрывники имели только три винтовки. Под огнём врага погибли почти все. Лишь четверым, в том числе и Калганову, удалось пробиться к своим. Но пока они добрались до Москвы и Калганов пришёл домой, мать уже успела получить известие о его смерти. «Это была моя первая смерть из шести», – вспоминает теперь Калганов: за время войны шесть раз получала его мать вести о том, что он убит.
После того как Виктор вернулся из-под Малоярославца, его направили на флотские курсы разведчиков. Окончив их, он продолжил школу фронта в болотах под Ленинградом, в морской пехоте, командиром разведки. С тех пор и стали называть его Бородой. Молодой лейтенант отпустил себе бороду, заявив: «Не сбрею, пока Гитлера не разобьём».
Вот с этой бородой он и запечатлён на старой карточке, что лежит передо мною.
Этот снимок сделан летом сорок третьего года в прибрежных горах близ Новороссийска, где тогда был фронт. А позже моряки отряда Бороды действовали в Крыму и на Дунае.
В отряде разведчиков было немало таких, что пришли в него со школьной скамьи, а некоторые в начале войны были ещё пионерами.
Один из таких ребят – Алексей Чхеидзе. Прибавив себе возраст, он добился направления на Черноморский флот, шагнул прямо из класса тбилисской школы на палубу военного корабля. Он был не единственным в отряде, кто побывал под вражеским огнём раньше, чем встретил своё совершеннолетие. Восемнадцать Алексею исполнилось только на третий год войны.
Были в отряде и люди чуть постарше, те, что начали службу на флоте перед войной. Но все в отряде были молоды – Калганов подбирал разведчиков в отряд под стать себе, парней смелых и ловких. Многие из них ещё со школьных лет увлекались стрельбой в цель, плаванием, борьбой, бегом. Всё это пригодилось им на войне. Разведчикам приходилось прыгать с парашютом, лазить по горным кручам, водить катера, нырять в ледяную быстротечную дунайскую воду. Они были меткими стрелками, умели драться врукопашную, без шума снимать вражеских часовых, захватывать «языков».
Читая о них, юные мои друзья, пройдите вместе с отрядом Бороды по вражеским тылам горами Кавказа и Крыма. Проплывите Дунаем, чья вода смешивалась с огнём и кровью. Проберитесь через взорванные врагом мосты, над затаёнными в глубинах минами. Вместе с разведчиками первыми прорвитесь к Белграду. Собрав всё мужество, проникните с ними в подземные лабиринты Будапешта.
Вместе с ними далеко за Веной вы встретите сияющий День Победы.
Автор
«Hаx лазарет»

По каменистому ухабистому просёлку, между припалёнными южным солнцем кустами, рысцой, не очень искусно держась в сёдлах, трусили три всадника с автоматами за плечами. Каждому из них было не больше двадцати. Из-за расстёгнутых воротников их солдатских гимнастёрок виднелись сине-белые полосы флотских тельняшек, за плечами развевались ленточки матросских бескозырок. Следом за верховыми, переваливаясь на выбоинах, ехал броневичок с пулемётом, торчащим из открытой сверху башенки. Над её краем виднелись две головы в выцветших пилотках. За приподнятым передним броневым щитком можно было разглядеть лицо водителя – молодое, но с небольшой бородкой.
Обладатель бороды – лейтенант Калганов отправлялся со своими разведчиками в очередной поиск. Нелегко действовать им здесь, в прибрежных горах близ Туапсе. Попробуй разбери в путанице лесных зарослей, ущелий и оврагов, где своя, где «ничейная», где захваченная фашистами земля, попробуй разгляди, где скрыты за листвой вражеские окопы. А вести разведку надо. Немцы начали наступление, хотят захватить Туапсе и вырваться на берег Чёрного моря. Нужны новые сведения о их силах.
Дорога становилась всё более петлистой, узкой, превращалась уже в тропу. Броневик шёл с трудом. Наконец лейтенант остановил машину.
Шофёру, которому он передал штурвал, и матросу Юначёву, сидевшему в башенке у пулемёта, приказал:
– Замаскируйте броневик и ждите. Если за нами погонятся немцы, прикроете огнём.
Калганов пересел на своего коня, на котором ехал матрос Борисов, теперь тот пошёл пешком. Два других матроса, Кривда и Юсупов, продолжали путь в сёдлах.
Тропа углублялась в лесные дебри. В лесу было тихо. Ничто не напоминало о противнике. Всё чаще Калганов, ехавший впереди, сверялся с картой и компасом. Где-то впереди недалеко селение Чилипси. Занято ли оно противником?
До Чилипси, по расчётам Калганова, оставалось уже совсем немного, когда он заметил впереди, в кустах, людей в невоенной одежде, с винтовками в руках. Это были партизаны.
Партизаны предупредили: по лесу всюду немецкие патрули, засады, наблюдатели.
– А всё-таки придётся нам идти, – сказал Калганов. – Сведения нужны.
– Может быть, вам наши пленные что-нибудь скажут? – спросили партизаны.
– Какие?
– А вот. Только что взяли. На повозках ехали. Моряков провели в кустарник, где под охраной двух партизан сидело с десяток смуглых, восточного типа людей в немецких мундирах. На одних были немецкие пилотки, на других барашковые шапки.
– Что за публика? – спросил Калганов.
– Полицаи, из мусульманского легиона. Юсупов, подошедший вместе с Калгановым, задал пленным вопрос на своём родном татарском языке. Один из них тотчас ответил, радостно улыбаясь. Но Юсупов вовсе не обрадовался. Его глаза гневно блеснули, он схватился за автомат:
– У, предатель! Собака! Мой народ позоришь!
– Не горячись, Сайфулла! – удержал Калганов. – Я их поспрошаю.
Пленные ничего вразумительного о противнике рассказать не смогли. Но во время разговора Калганову пришла в голову смелая мысль.
– Эти нам без пользы, – сказал он партизанам, – а вот их обмундировка нужна. И дайте нам одну повозку из тех, на которых они ехали. Кривда! Забирай лошадей, отведи их к бронемашине. К вечеру ждите нас у оврага, над которым спалённое дерево. А вы, – сказал он Борисову и Юсупову, – переобмундировывайтесь, как я.
Борисов и Юсупов быстро натянули поверх гимнастёрок мундиры, снятые с легионеров. А вот Калганову пришлось помаяться: какой ни примерит – коротко, рукава чуть не до локтей. Кое-как он всё же натянул один из мундиров.
Вместо своих пилоток и бескозырок все трое надели барашковые шапки пленных. Взяли и их документы. Калганов и Борисов забинтовали себе руки и головы так, чтобы повязки хорошо скрыли их лица: оба должны были сойти за раненых из «мусульманского легиона». Калганов особо тщательно упрятал под бинтами бороду, чтоб не выдала. Он и Борисов легли в трофейную повозку, которую им дали партизаны, спрятали под себя автоматы. Юсупову Калганов сказал:
– А ты и без бинтов хорош. Личность у тебя самая подходящая. Садись ездовым, вроде ты нас в госпиталь везёшь. Самая тебе ответственная должность.
Распрощавшись с партизанами, три разведчика на повозке тронулись в путь.
Тем временем Кривда, держа в поводу двух лошадей, ехал верхом обратно к бронемашине. Он внимательно присматривался ко всему. Уже почти доехав до места, где был спрятан броневичок, Кривда увидел чётко отпечатавшийся на глинистой почве след немецкого сапога. Даже оттиски подошвенных заклёпок были ясно видны. Совсем недавно разведчики ехали по этой тропе, таких следов не было!
Свернув в кустарник, Кривда оставил там лошадей и стал искать, куда же ведут следы. Увидел не только отпечатки сапог, но и примятую траву, надломленные ветки. Следы вели к бронемашине. Кривда, взяв автомат наизготовку, пошёл по ним.
Вот следы раздвоились. Понятно – враг окружает броневик. Кривда уже увидел: меж кустами крадутся немцы.
Быстрой бесшумной походкой, стараясь не задевать ветвей, Кривда, обходя врагов, но не теряя их из виду, спешил к машине. Вот и она. Юначёв выглядывает сверху из башенки, покуривает. На его округлом, полноватом лице, в глазах, прищуренных от полуденного солнца, полное спокойствие. А немцы уже в нескольких шагах…
Кривда вскинул автомат и дал очередь по кустам, через которые крались враги, В ответ затрещали выстрелы.
Оглянувшись, Кривда увидел, как нырнула в башенку голова Юначёва, и тотчас же оттуда гулко застучал пулемёт броневика.
Перестрелка была короткой. Увидев, что захватить машину не удалось, гитлеровцы откатились, подгоняемые очередями пулемёта броневика и автомата Кривды. Кривда влез в машину, сказал Юначёву и шофёру:
– Поехали к оврагу! По дороге лошадок наших прихватим.
А в это время повозка с «ранеными» неторопливо тащилась по просёлочной дороге уже в тылу позиций врага. Проехали через посёлки Чилипси, Шаумян, убедились, что в них полно немцев. Возле этих посёлков приметили несколько немецких батарей, запомнили, где они стоят. Запомнили места, где близ дороги, под деревьями, сложены штабелями ящики с боеприпасами, в какую сторону тянутся телефонные провода, куда движутся и что везут грузовики и обозные повозки. Несколько раз встречали направляющихся к передовой немцев – на машинах, повозках или пешком. Разведчики были наготове. Но гитлеровцы, проезжавшие и проходившие мимо, не обращали внимания на повозку с «ранеными» в немецких мундирах.
Впереди показалась железная дорога, а дальше, за переездом, – белые домики Гойтха. Это селение тоже интересовало разведчиков: ведь и оно находилось там, откуда враг развивал наступление.
Ещё издали разведчики заметили, что у переезда через железнодорожный путь стоит патруль из двух немецких солдат.
Когда повозка приблизилась к переезду, один из немцев жестом остановил её, крикнув:
– Хальт!
– Госпиталь! Лазарет! – показал Юсупов на «раненых».
Но гитлеровец, подозрительно оглядев подъехавших, потребовал:
– Аусвайс! Документ!
Юсупов подал ему три солдатские книжки, отобранные партизанами у пленных.
Немец глянул в книжки, вернул, выругался:
– Думмкопф! Нах лазарет – фарен зо! Разведчики поняли: патрульный ругает их за то, что они едут в госпиталь не в ту сторону. Досадно, но придётся подчиниться.
И всё-таки надо непременно попасть в Гойтх!
Юсупов повернул повозку, но как только железнодорожный переезд остался позади за деревьями, напрямик через кусты направил повозку снова к Гойтху, с тем чтобы пересечь железную дорогу на другом переезде, где, может быть, нет патрульных.
Долго ехали узким каменистым просёлком, затем по ущелью, вдоль горной речки Пшиш. Но вот наконец дорога вывела из густо заросшего кустарником ущелья, и впереди снова показались белые домики противоположной окраины Гойтха.
По сторонам дороги теснились пыльные кусты, густо росли невысокие деревья с подсохшей, бурой от жары листвой, местами увитые диким виноградом. Разведчики держались насторожённо: в любую минуту их могут остановить.
Когда до первых домов Гойтха оставалось совсем немного, Калганов велел Юсупову завести повозку в кусты. Все трое сошли с повозки и, прихватив оружие, стали осторожно пробираться к селению.
Прошли совсем немного, и Калганов дал знак остановиться. Разведчики замерли. Кто-то не спеша шёл по дороге навстречу. Размеренно постукивали по каменистому грунту подошвы. Шёл один человек.
Осторожно, не шелохнув ни веточки, Калганов выглянул из-за куста… Немец!
Вот он проходит мимо… Рядовой солдат, ворот мундира расстёгнут, пилотка на затылке – жарко! Винтовка на ремне заброшена за плечо – чего ему опасаться здесь, в своём тылу?
«Надо брать!» – мгновенно решил Калганов. Немец идёт из Гойтха. Может быть, он даже посыльный из штаба, с пакетом.
Оглушённый ударом приклада, гитлеровец упал. Его подхватили, уволокли в кусты. В карманах захваченного нашли солдатскую книжку, несколько писем.
Сознание к пленному всё не возвращалось. Его положили на повозку, перевязали ему голову. Особенно старательно забинтовали рот, чтобы немец, если очнётся, не мог закричать. Теперь на повозке был настоящий раненый, на бинтах проступала кровь: падая, гитлеровец разбил лицо о камни дороги.
Калганов не отказался от своего плана – проехать и по Гойтху, посмотреть, что там делается. Тем более, что теперь на повозке был раненый немец – значит, подозрений они вызовут, посчитал Калганов, меньше.
Но и у другого въезда в селение их остановил патруль, тоже из двух солдат, и потребовал документы. Юсупов со спокойным видом подал их, в том числе и солдатскую книжку захваченного немца. Патрульные долго и внимательно рассматривали документы, о чём-то шептались…
Внимательно следя за патрульными, Калганов старался угадать: что вызвало их подозрения? Ну как же! Германский солдат так запросто передал свой документ какому-то «легионеру»?
Калганов потихоньку начал нащупывать лежащий под боком автомат.
Один из патрульных отошёл в сторону, вскинул винтовку, приказал:
– Штеен!
Другой с солдатскими книжками в руках побежал куда-то – наверное, доложить.
Больше медлить было нельзя.
Выдернув из-под себя автомат, Калганов дал по гитлеровцу короткую очередь. Одновременно дал очередь и Борисов.
– Сайфулла, гони! – крикнул Калганов.
Юсупов круто повернул повозку, хлестнул лошадей. Громыхая и подскакивая на камнях, она покатила прочь от селения. А сзади уже хлестали выстрелы. Началась погоня.
– Влево! – скомандовал Калганов. Повозка влетела в кусты.
– Стой! – Калганов соскочил на землю, схватился за пленного гитлеровца.
– Понесём!
С тяжёлой ношей нелегко было продираться через колкий, полувысохший кустарник. Но впереди – спасительная чаща леса. Скорее, скорее туда! А пули уже свистят над головами…
Три разведчика напролом, через кустарник, упорно тащили свою добычу. Ведь «язык» может дать ценные сведения. Как же его бросить?
Но погоня всё ближе. Ещё минута, другая – и придётся принимать бой.
Пули прошивали кусты уже рядом. Позади, всё слышнее, орали немцы.
– Бросай! – с болью в сердце приказал Калганов.
«Язык» остался лежать в кустарнике. Три разведчика скинули чужие мундиры и шапки, обернулись, дружно ударили из автоматов.
Мгновенно всё стихло.
– Потащим немца? – шёпотом спросил Юсупов.
– Нет! – твёрдо ответил Калганов. – С ним не оторваться. Пошли!
Разведчики, уже налегке, побежали дальше.
Вот и лес!
Но враги не отстают. Позади всё явственнее слышатся их голоса, всё ближе трещат ветви под их ногами.
Впереди, над кустарником, показалось чёрное, спалённое молнией дерево. То самое! Оно на противоположном краю оврага. Там, на лесной дороге, должны ждать товарищи.
Раздвигая колючие кусты, Калганов, Борисов и Юсупов скатились по крутому спуску в овраг, перебежали скачущий по камням ручеёк и, хватаясь за ветви и торчащие из земли корни, быстро вскарабкались на противоположную сторону… Наверху с треском отлетела от сухого дерева сшибленная пулями ветвь.
– Кривда! Юначёв! – позвал Калганов, пробираясь зарослями от оврага к дороге.
– Есть! – откликнулись впереди.
– Заводи мотор! Давай лошадей!
Ещё несколько мгновений – и все трое уже в сёдлах. Пригнувшись, чтобы не задеть свисающих над дорогой ветвей, они поскакали в сторону наших позиций.
Броневик нагнал их минут через пять: он задержался, чтобы дать несколько пулемётных очередей по фашистам, которые всё ещё гнались за разведчиками.
Докладывать начальнику штаба о результатах разведки лейтенант Калганов шёл с не лёгким сердцем: в Гойтх проникнуть не смогли, «языка» дотащить не удалось и ко всему – противник обнаружил их и чуть не захватил.
И Калганов онемел от изумления, когда начальник штаба сказал:
– Молодцы! Благодарю за службу.
Заметив недоумевающий взгляд лейтенанта, начальник штаба улыбнулся:
– Удивляетесь? Но вы же среди бела дня по немецким тылам проехались, в двух посёлках побывали. Сведения ваши ценные. – И добавил: – А о том, что не всё задуманное удалось, не горюйте. Придёт пора – научитесь действовать без осечки.
Железная памятка

Шло третье лето войны. Под Туапсе врага остановили осенью прошлого, сорок второго года. Уже много месяцев фронт в горах Кавказского побережья оставался неподвижным. Но это было затишье перед бурей. Готовилось теперь уже наше наступление на Новороссийск, в котором засел враг.
К Новороссийску из-под Туапсе были присланы разведчики-моряки – взвод Калганова, к тому времени уже старшего лейтенанта. Здесь им предстояло действовать в местности для них привычной – в лесах прибрежных гор.
Калганов начал с того, что вместе с матросами стал изучать: где же легче пробраться через позиции немцев?
Однажды Калганов, прихватив снайперскую винтовку, ещё до рассвета выбрался на «ничейную» полосу. Он влез на заранее облюбованное дерево, перед которым находилась примеченная им траншея немцев. Густая листва надёжно укрыла разведчика.
Взошло не видное из-за дерева солнце. В траншее было пусто. Калганов ждал.
Но вот он увидел, что в траншее показалось несколько немецких офицеров. Рассматривая их через стёкла прицела, он разглядел, что офицеры сопровождают какого-то важного начальника. Очевидно, он осматривает позиции. Соблазн был велик… Калганов навёл перекрестье прицела на важного гитлеровца, возле которого подобострастно толпились остальные, и выстрелил. К упавшему бросился один из офицеров. Вторая пуля свалила этого. Остальные разбежались.
Не успел Калганов порадоваться своей удаче, как над его головой громко хрустнуло.
«Заметили!» Он камнем свалился вниз. На спину ему упал сбитый пулемётной очередью корявый сук. Прижимаясь к земле, продираясь сквозь цепкую лесную траву, Калганов пополз в сторону своих позиций. А вслед ему стучали пулемёты, с посвистом и щёлканьем, обрывая листья, неслись между ветвями пули…
Только на исходе второй недели наблюдений командир разведчиков смог наконец выбрать место, где безопаснее пройти в тыл врага.
Безлунной июльской ночью Калганов и четыре матроса удачно проскользнули гущей леса между передовыми постами противника. Всю ночь они ходили по лесистым склонам, пробирались в занятые немцами деревни, осматривали лощины и поляны, запоминая, где находятся батареи, склады, штабы.
Разведчики не успели вернуться до наступления утра. Рассвет застал их в густом лесу, по опушке которого пролегала дорога. Приняли решение переждать день.
Можно было бы уйти куда-либо в глухую чащу и там просидеть до вечера, но разведчики не хотели терять времени впустую. По дороге то и дело проходят немецкие машины. Важно проследить, что везут, куда. «Устроиться для наблюдения возле самой дороги небезопасно, – размышлял Калганов. – Вдруг набредут немцы. Наблюдать издали, из леса? Но из-за деревьев ничего не увидишь…»
Калганов в раздумье посмотрел на деревья, плотной стеной стоящие на опушке леса. Между ними ещё белел ночной туман, но он уже редел; наверху, меж ветвями, всё явственнее светлело небо.
«На деревьях засядем!» – решил Калганов.
Разведчики выбрали себе по дереву – старые, развесистые, кряжистые дубы, густо оплетённые лесным виноградом. Каждый взобрался повыше на своё дерево и затаился в гуще листвы.
Стало уже совсем светло. Пятеро разведчиков наблюдали. По дороге проезжали грузовики, обозные повозки, проходили колонны немецких солдат. Видно было, что происходит какая-то перегруппировка. Внимательные глаза разведчиков отмечали всё.
Солнце стояло уже высоко, когда послышался лязг гусениц, тяжёлый гул моторов. Танки?…
Да, это были танки.
Три танка, с чёрными крестами на броне, поравнялись с деревьями, на которых сидели разведчики, и, свернув, остановились прямо под ними. Моторы смолкли, брякнули открываемые крышки люков. Из машин вылезли танкисты и начали располагаться на траве, доставать еду. Стоило только кому-нибудь из них повнимательнее взглянуть вверх…
Матросы и Калганов держали автоматы наготове.
Наконец танки ушли.
Только когда под деревьями всё гуще стали ложиться вечерние тени, Калганов дал матросам знак: спускаться. Поздней ночью разведчики вернулись к своим. После этого поиска Калганов со своими матросами не раз скрытно, по лесным оврагам, проходил за передний край врага, в его тыл.
Но возвращаться становилось с каждым разом труднее. Враг всё более насторожённо следил за подступами к своим позициям.
Однажды рано утром, когда Калганов, на груди которого была запрятана карта с обозначением разведанных вражеских позиций, Юсупов, Юначёв и ещё несколько матросов возвращались из поиска, их обнаружили немцы и погнались за ними. Был один путь: между двумя немецкими дзотами – блиндажами с пулемётами. Незаметно проскользнуть между этими огневыми точками было трудно. Но немцы, что сидели в дзотах, ещё не успели увидеть разведчиков, и Калганов решил воспользоваться этим.

Про отряд Бороды - Стрехнин Юрий Федорович -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Про отряд Бороды на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Про отряд Бороды автора Стрехнин Юрий Федорович придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Про отряд Бороды своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Стрехнин Юрий Федорович - Про отряд Бороды.
Возможно, что после прочтения книги Про отряд Бороды вы захотите почитать и другие книги Стрехнин Юрий Федорович. Посмотрите на страницу писателя Стрехнин Юрий Федорович - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Про отряд Бороды, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Стрехнин Юрий Федорович, написавшего книгу Про отряд Бороды, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Про отряд Бороды; Стрехнин Юрий Федорович, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...