А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Браун Сандра

Жар небес


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Жар небес автора, которого зовут Браун Сандра. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Жар небес в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Браун Сандра - Жар небес без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Жар небес = 273.61 KB

Жар небес - Браун Сандра -> скачать бесплатно электронную книгу




«Жар небес»: Эксмо; Москва; 2000
ISBN 5-04-005485-8
Оригинал: Sandra Brown, “Slow heat in heaven”
Перевод: Ольга Анатольевна Дудоладова
Аннотация
Шейла Крэндол вернулась домой в Луизиану, где когда-то узнала горечь разочарований. Приезд любимой дочери самого влиятельного человека штата неожиданно всколыхнул мирную на первый взгляд жизнь городка. И закипели страсти, вырвавшись на поверхность… Предательства, подлоги, измены… События разворачиваются слишком стремительно и неожиданно для всех участников… Лишь мужество Шейлы, ее вера в добро и обретенная среди этого хаоса любовь самого опасного, гордого и неотразимого мужчины помогают ей вырваться из заколдованного круга.
Сандра Браун
Жар небес
Глава 1
В первый момент ей показалось, что это просто продолжение сна.
Она спала, положив голову на согнутую руку, которая теперь онемела и слегка покалывала. Пробудившись и открыв глаза, медленно выпрямила руку, приподняла голову. И тут в поле ее зрения попал этот человек. Она замерла, забыв о затекшей руке. Или это просто шутки полупроснувшегося сознания? А может, виной всему послеполуденный зной? Она несколько раз сморгнула, но видение не исчезло.
Очертание его тела на фоне ослепительного заката было столь четким, что напоминало аккуратно вырезанный силуэт из черной бумаги. Горизонт за его спиной, словно тюрбан турецкого султана, переливался всеми оттенками алого и золотого цвета. Силуэт, безусловно, принадлежал мужчине. Это подтверждала его поза. О да, поза в своей возмутительной самоуверенности была истинно мужская. Одна нога свободно согнута в колене, бедро резко выпячено.
Поневоле станет не по себе, если случится задремать в подобном месте и, проснувшись, обнаружить в двадцати шагах молчаливого соглядатая, наблюдающего за тобой с терпением хищника в засаде. И вдвойне тревожно сознавать, что этот наглец вовсе не любопытный прохожий, а человек, вторгшийся в твои частные владения.
Надо окликнуть его. Потребовать ответа, кто он и что делает здесь. Но она почему-то молчала. В душе возникло нелепое чувство, что хозяин здесь именно он, а вовсе не она. Более того, он казался как бы порождением самой этой природы, неотъемлемой ее частью. Это скорее она, Шейла, здесь чужая.
Неизвестно, сколько времени они так смотрели друг на друга. Наконец до нее дошло, что это становится странным. Она не могла различить его лица и тем более направление взгляда. Однако в том, что он смотрит на нее и стоит здесь достаточно долго, она нисколько не сомневалась. Эта неприятная мысль побудила ее к действию. Шейла резко села. Он не отвел глаз.
Его шаги уверенно зашелестели по невысокой траве. В этом безмолвном приближении ей почудилось нечто зловещее.
Все приемы самообороны, которые она знала, мгновенно улетучились из памяти. Не в силах издать ни звука, не в силах двинуться, она только пыталась вдохнуть побольше воздуха, чтобы закричать. Но воздух вокруг сгустился, словно зыбучий песок. Не помня себя от ужаса, она сжалась за толстым стволом и зажмурилась.
– Проснулась, pichouette?
Шейла широко раскрыла глаза.
– Что?
– Я спрашиваю, проснулись, мисс Шейла? Заслонившись ладонью, чтобы свет не слепил глаза, она попыталась разглядеть его лицо.
Незнакомец спокойно сложил ладони на поставленной вертикально рукояти мотыги и оперся сверху подбородком. На сей раз в его позе не было ничего угрожающего. Наконец она сумела увидеть его лицо:
– Откуда вы знаете меня?
Презрительные губы сложились в некую гримасу, которую едва ли можно было назвать улыбкой, ибо в ней не было и тени приветливости.
– Почему же мне не знать, если весь Лорентский округ говорит о том, что мисс Шейла Крэндол вернулась домой из Лондона?
– Только временно, да и то потому, что у моего отца инфаркт.
Он пожал плечами, выражая полное безразличие к ее словам, и, полуобернувшись, стал глядеть на быстро садящееся солнце. Оно отразилось в его глазах, как в неподвижной воде залива в полдень, когда вода кажется монолитной и твердой, словно металл. Такими же были его глаза в этот миг.
– Что вы здесь делаете? Он снова взглянул на нее.
– Смотрю, как ты спишь.
– А до этого? – резко уточнила она.
– Коренья собирал. – Он похлопал по небольшой кожаной сумке, привязанной к поясу.
– Вы нарушили границы частных владений. Вы не имеете права пользоваться лесами Бель-Тэр.
В наступившей паузе слышалось только назойливое жужжание насекомых. Он напряженно всматривался в ее глаза. А когда заговорил, голос зазвучал мягко и осторожно, будто ветерок:
– Имею, pichouette. Бель-Тэр – мой дом. Шейла еще раз вгляделась в его лицо:
– Будро? – прошептала она, почувствовав комок в горле. Узнавание не принесло приятного облегчения. – Кэш Будро?
– Ну вот! Узнала наконец.
– Я узнала бы и раньше. Но такое солнце… К тому же ведь прошло столько лет!
Увидев, что она смущенно опустила глаза и покраснела, он довольно хмыкнул:
– Но если ты не узнала меня, как ты догадалась, что перед тобой Кэш Будро?
– Ты единственный человек, который живет в Бель-Тэр, и не…
–..не Крэндол.
Она слегка кивнула, явно тяготясь его присутствием. Отец с самого детства запретил им с Трисией общаться с Будро.
Кэш и его мать Моника Будро были таинственны ми обитателями небольшого дома на берегу затона, пересекающего лесистую местность Бель-Тэр. Моника принадлежала к акадцам. Она вообще не занималась воспитанием сына. Он рос как дикарь. Его постоянно обижали, пока он не повзрослел и не поступил в училище, где скоро стал грозой всех и вся. В Хевене, да и, пожалуй, в целом штате Луизиана, никогда не бывало такого исчадия ада, как этот неизвестно откуда явившийся Кэш Будро.
– А твоя мать… как она? – спросила Шейла.
– Она умерла.
Этот короткий ответ, произнесенный вполне спокойным голосом, заставил ее вздрогнуть. Лицо говорившего в скудном свете наступающих сумерек было непроницаемо. Но она не сомневалась, что и при ярком свете дня оно оставалось бы столь же непроницаемо, надежно скрывая малейшее движение чувств. Таинственность, присущая жизни его матери, передалась и ему.
– Извини, я не знала.
– Это случилось давно.
Шейла шлепнула себя по плечу – убила москита.
– Советую поторопиться домой. Москиты сожрут тебя живьем, – усмехнулся Кэш.
Он подал ей руку. Какое-то мгновение она колебалась, снова ощутив нечто невыразимо опасное. Коснуться этой руки было так же рискованно, как погладить водяную змею. Однако в прежние времена она не раз прибегала к его помощи, и не было случая, чтобы он подвел.
Пришлось воспользоваться ею и теперь. Его большая ладонь, твердая и шершавая, давала ощущение плотной теплоты. Поднявшись, Шейла немедленно высвободила руку. Чтобы скрыть досадное смущение, принялась отряхиваться.
– Последнее, что я слышала о тебе, – это что ты поехал в Форт-Полк и готовился к отправке во Вьетнам. Он молчал. Она взглянула на него:
– Впрочем, это было давно.
– Не так уж и давно.
– Я рада, что ты вернулся. Из нашего округа многие погибли.
Он пожал плечами.
– Видимо, я был лучше подготовлен. – Его губы опять скривились в подобие улыбки.
Ей не хотелось говорить на эту тему. Но ничего другого на ум не приходило. Внезапно Кэш Будро поднял руку и смахнул с ее шеи москита, примостившегося на нежной коже. Грубые пальцы мягко коснулись ее обнаженной шеи и скользнули чуть ниже. В лице отразилось напряженное ожидание ее реакции. Глаза его выражали откровенное желание. Он прекрасно знал, что делает. Он совершал неслыханное посягательство: Кэш Будро дотрагивался до Шейлы Крэндол! И он еще смел притворно виноватым голосом пояснять свои действия:
– Они знают, где самые вкусные места! Шейла сделала вид, что ее не волнует провоцирующий взгляд.
– Ты, я вижу, как был наглецом, так и остался.
– Не хотелось бы разочаровать тебя.
– Мне это безразлично.
Скованная его непреодолимым влиянием, она изо всех сил старалась сохранить внешнюю невозмутимость.
– Мне пора. Как раз успею к ужину. Рада была повидать вас, мистер Будро.
Он изобразил легкий поклон.
– Доброй ночи, мисс Шейла.
Она кивнула с высокомерием, свойственным скорее ее сестре Трисии, чем ей самой, и направилась по тропинке к дому. Можно было не сомневаться, что он смотрит ей вслед.
Глава 2
Шейла пробиралась между деревьями, то и дело спотыкаясь о кочки, торопясь укрыться в стенах дома. Ночной воздух испускал тысячи пряных запахов. На берегах ручья благоухала жимолость. Откуда-то лились ароматы гардении, дикой розы, магнолии, лигуструма с твердыми, будто восковыми, листьями. Шейла различала и узнавала эти запахи. Они словно поднимались из глубин ее подсознания, и каждый был связан с отдельным воспоминанием, отдаваясь в душе сладкой болью.
Никакой запах на земле не похож на запах садов Бель-Тэр, на запах родного дома. Если бы ее ослепили и привезли сюда, она безошибочно узнала бы это дорогое ее сердцу место.
Ночной хор лягушек и цикад гремел во всю силу. Закрыв глаза, она прижалась лбом к шершавому стволу флоридской сосны. Неужели она снова дома, в Бель-Тэр, в душистую летнюю пору! На какой-то миг она словно наяву ощутила холодную пелену зимнего лондонского тумана.
Затем, не выдержав, открыла глаза. Пред ее восхищенным взором возвышался дом, легкий и белоснежный. Он располагался в центре широкого пространства, освобожденного от лесных зарослей.
Желтый свет электрических ламп освещал часть веранды, которая опоясывала дом с четырех сторон.
В одном из углов веранды Коттон когда-то устроил для Шейлы и Трисии веревочные качели. Бостонские папоротники, нежные, точно лебяжий пух, росли в двух вазах по обеим сторонам от входной двери. Веда очень любила эти папоротники, вечно суетилась вокруг них и бранила всякого, кто проходил мимо слишком близко.
Веды больше нет в Бель-Тэр. Коттон балансирует на грани жизни и смерти в больнице святого Джона. Только сам дом остается пока незыблемым и неизменным.
«Бель-Тэр», – прошептала она благоговейно, будто слова молитвы, и отойдя от дерева, нагнулась и, уступая неожиданному желанию, сняла сандалии. Горячие босые ступни погрузились в прохладную, совсем недавно политую мягкую траву.
На аллее, посыпанной толчеными ракушками, ей пришлось поморщиться от боли. Но и в этой боли было забытое и теперь ожившее вновь радостное воспоминание детства.
Знакомый хруст и покалывание ракушек. Знакомый скрип входной двери. Бель-Тэр все тот же. Наконец-то она вернулась домой.
Не правда! Это больше не ее дом. Это их дом. Его и Трисии. С тех пор как он женился на ней.
Оба уже сидели в столовой за длинным обеденным столом. Трисия потягивала из бокала бурбон со льдом.
– Сколько можно тебя ждать! – в сердцах бросила ее благовоспитанная сестрица.
– Прошу прощения. Бродила по лесу и совсем позабыла о времени.
– Не бери в голову, Шейла, – улыбнулся Кен Хоуэл. – Не так уж долго мы ждали.
Достав из буфета хрустальный графин с бурбоном, он наполнил свой бокал.
– Тебе налить чего-нибудь?
– Джин и тоник, пожалуйста. Льда побольше. Жара ужасная.
– Духота, я бы сказала. – Трисия раздраженно помахала перед собой жестко накрахмаленной льняной салфеткой.
– Нормально? – спросил Кен, подавая Шейле бокал.
Та сделала глоток и ответила, стараясь не глядеть в его немигающие глаза:
– Прекрасно. Спасибо.
– Кен, прошу тебя, пока ты не сел, скажи миссис Грейвс, что Шейла наконец изволила прийти и мы ждем ужин.
Трисия махнула рукой в сторону двери, которая вела в кухню. Муж кинул на нее раздраженный взгляд, но пошел исполнять указание.
– Честное слово, Шейла, – возмутилась Трисия, заметив сандалии сестры, сброшенные под столом, – не успела ты вернуться домой, как тут же вспомнила свои дурные привычки, которые всегда доводили маму до безумия, покуда она была жива. Ты ведь не собираешься сидеть за столом босая?
Чтобы не дразнить Трисию, которая и так уже прямо-таки кипела из-за промедления с ужином, Шейла нагнулась и надела сандалии.
– Странно, что ты не любишь ходить босиком, – только и произнесла она.
– Странно, что ты это любишь. – Наверное, сам Микеланджело был бы рад позаимствовать улыбку Трисии для одного из своих ангелов. Однако внутренняя сущность этой женщины вряд ли могла кого-либо вдохновить. – Очевидно, все дело в том, что у меня врожденный аристократизм. А твоя наследственность очень сомнительна.
– Возможно, – равнодушно отозвалась Шейла, сделав глоток и с удовольствием ощущая на языке тающую льдинку и кисловатый лимонный привкус джина.
– Неужели тебя это совсем не волнует? – удивилась Трисия.
– Что именно?
– То, что ты не знаешь своего происхождения? У тебя иногда такие плебейские выходки. Можно не сомневаться, что твои родители были неудачниками.
– Я никогда не думала о своих настоящих родителях, – ответила Шейла. – Впрочем, нет. Когда подросла, иногда думала. Особенно когда меня обижали или бранили.
– Бранили? – с недоверием повторила сестра. – Не припомню, чтобы тебя когда-нибудь бранили. Может, подскажешь ну хоть один-единственный случай?
Шейла пропустила это замечание мимо ушей.
– В такие минуты мне бывало очень жаль себя. Вот я и воображала, как была бы счастлива, будь у меня настоящие родители. Такая чепуха! – она печально улыбнулась.
– Как странно, что ты так решила. Твои настоящие родители наверняка принадлежали к низшему классу, уж какое в этом счастье? – возразила Трисия, рассеянно вращая кусочек льда в бокале своим изящно отполированным ноготком. Затем, слизнув с него прозрачную каплю коктейля, добавила:
– Не сомневаюсь, что моя мать, конечно, была девушкой из высшего общества. Чопорные престарелые родственники заставили ее расстаться со мной из злобы и высокомерия. Мой отец, конечно же, обожал ее, но не мог жениться, потому что его сварливая жена не давала развода.
– По-моему, ты просто наслушалась душещипательных радиосериалов для домохозяек, – сказал Кен, шутливо подмигнув Шейле. Она тоже улыбнулась в ответ.
– Возможно, они были не очень богаты, – продолжала Трисия. – Но плебеями они не были. Чего не скажешь о родителях Шейлы. Уж они-то точно из простых.
Сладко улыбнувшись, она потянулась через стол к сестре и взяла ее за руку.
– Надеюсь, я не обидела тебя, дорогая?
– Нет. Не обидела. Меня очень мало занимает этот вопрос. В отличие от тебя. Я счастлива, что стала дочерью Коттона и Мэйси.
– Вот уж верно! Ты всегда была рада до поросячьего визга, что Коттон носится с тобой как курица с яйцом.
Появление миссис Грейвс позволило Шейле не отвечать на очередную колкость сестры. Вряд ли можно было найти еще одну столь же угрюмую женщину, как новая экономка. Все в ней было полной противоположностью Веде. Глядя, как она с неприступным лицом обошла стол, разливая по тарелкам суп, Шейла остро ощутила отсутствие старой негритянки. Ласковое лицо цвета черного кофе с цикорием уходило в такие глубины памяти, которые она едва сознавала. Необъятная грудь Веды была такой же мягкой, как пуховая подушка, и такой же надежной, как крепость. От нее всегда пахло крахмалом, лимонной цедрой, ванилью и лавандой.
Вернувшись в Бель-Тэр после долгого отсутствия, Шейла прежде всего мечтала попасть в медвежьи объятия старой Веды. Но ее ждало поистине сокрушительное разочарование в лице миссис Грейвс. Кушанье было так же пресно и бездушно, как женщина, которая его приготовила. Глотнув ложку остывшего супа, Шейла нашла его совершенно несъедобным.
– Я помню, как Веда готовила этот суп. Он был таким душистым и густым, что в нем стояла ложка.
– Я так и знала, что ты будешь пилить меня.
– Я не собиралась…
– Она стала слишком стара. Ты не видела ее много лет, поэтому не имеешь права судить. Она стала неряшлива, готовила из рук вон плохо. Ведь правда, Кен? – вскользь спросила она, но не дала мужу произнести в ответ ни слова. – У меня просто не было выбора. Глупо держать кухарку, которая не способна исполнять свои обязанности. И в этом меня никто не переубедит.
Прижав для полной убедительности ладони к своей красивой груди, она продолжала:
– Я тоже любила ее. И ты это прекрасно знаешь.
– Да, знаю, – отозвалась Шейла. – Я не собираюсь упрекать тебя. Просто скучаю по ней. Без нее наш дом опустел.
Какая все-таки жалость, что она в то время была в отъезде и не смогла помешать сестре выгнать старую няньку! Пусть Трисия рассказывает кому-нибудь другому о том, что Веда стала неряшлива и плохо готовила. И о своей фальшивой любви к ней тоже могла бы помолчать. Слишком свежи в памяти ее многочисленные стычки с Ведой. Однажды она так оскорбила негритянку, что даже Коттон возмутился. Был ужасный скандал. Трисии запретили выходить из своей комнаты целый день и лишили возможности пойти на вечеринку, о которой она мечтала больше месяца. Ни для кого не секрет, что злоба ее сестрицы не имеет предела. Но от Веды она, очевидно, избавилась по какой-то иной, более важной причине.
Никакие добавки соли или перца не смогли придать вкус цыпленку табака, который последовал за остывшим картофельным супом. Однако ей не хотелось наживать врага в лице миссис Грейвс. Поэтому она оправдалась полной потерей аппетита, с тех пор как Кен сообщил ей о сердечном приступе Коттона.
Она тогда тотчас поспешила в Луизиану с быстротой, на какую только была способна. Дома ей сообщили, что отец все еще без сознания и находится в реанимационном отделении больницы святого Джона. Состояние серьезное, но изменений к худшему сейчас нет. Со времени своего приезда она уже несколько раз была в больнице, но застать отца в сознании не удавалось. Один раз он даже открыл глаза и посмотрел на нее. Но в лице ничто не изменилось, глаза закрылись, не выразив радости узнавания. Неужели он умрет, так и не поговорив с ней!
– Шейла!
Вздрогнув, она взглянула на Кена через стол.
– Я, кажется, задумалась, извините… Нет, миссис Грейвс, я больше не хочу, – сказала она, заметив вопросительно-осуждающий взгляд кухарки.
– Ты собираешься сейчас в больницу, Шейла? – спросил Кен.
– Да. Вы что, тоже хотите ехать?
– Только не сегодня, – сказала Трисия. – Я устала.
– Еще бы! Игра в бридж весь день напролет – очень тяжелая работа.
Его колкость осталась незамеченной, и Трисия сообщила как ни в чем не бывало:
– Учитель из папиной воскресной школы дал нам письмо, в котором вместе со всем классом желает ему скорее поправляться.
– Да, все в городе переживают за Коттона, – сказал Кен, обильно сдабривая желе сладким кремом и, по-видимому, нимало не заботясь о своей фигуре, которая сильно округлилась за время счастливого супружества. – Пока иду в контору, по крайней мере дюжина встречных спросит, как он себя чувствует.
– Естественно, все беспокоятся, – подхватила Трисия. – Он, можно сказать, первый человек в Хевене.
– Меня тоже кое-кто спрашивал сегодня о его здоровье, – сказала Шейла.
– Кто же это? – сразу заинтересовались супруги и даже перестали жевать.
– Кэш Будро.
– Кэш Будро? Ну-ну. – Трисия томно облизала чайную ложечку сначала с одной, затем с другой стороны. – Надеюсь, «молния» на его джинсах была застегнута?
– Трисия!
– Успокойся, Кен. Или ты думаешь, что такие деликатные леди, как я, не должны знать о подобных вещах? – Она бросила кокетливый взгляд в сторону мужа. – По-моему, в городе нет ни одного человека, кто не знал бы о похождениях Будро. Когда он бросил эту дуру из Уоллеса, она целое субботнее утро выкладывала в парикмахерской всю подноготную их гнусной маленькой интрижки. – Трисия интимно понизила голос. – До малейших подробностей. Целую толпу собрала. Всем было ужасно стыдно, тем более что бедняжка была изрядно пьяна. Но мы ловили каждое слово. Если он хотя бы наполовину так хорош, как она описывает, тогда это просто… – Она потупила взор, будто была не в силах выразить свое потрясение.
– Я вижу, этот Будро – нечто вроде племенного быка у вас в городе? – сухо спросила Шейла.
– Боевого, я бы сказал. Любая юбка действует на него как красная тряпка.
– Ну уж это ты зря, дорогуша, – осадила его Трисия. – Он, как я слышала, очень и очень разборчив. А почему бы и нет? Он вполне может себе это позволить. Женщины со всего округа буквально вешаются ему на шею.
– Прямо-таки луизианский донжуан, – съязвил Кен, наливая себе еще стакан лимонного морса.
– Тебя, я вижу, это здорово волнует. Не будь таким ревнивым.
– Ревнивым?! К этому ублюдку, незаконному сыну приблудной нищенки? Человеку, у которого в рваных джинсах не найдется и двадцати центов?
– Уж если говорить о том, что найдется в его джинсах, то дамы и не собираются искать там деньги. Но похоже, что именно содержимое этих самых джинсов позволяет ценить его на вес золота, – с умильной кошачьей улыбкой насмешливо протянула Трисия. – Но тебе нечего тревожиться. Ничто низменное меня не привлекает. Я просто говорю, что Кэш Будро очень обаятельный мужчина. Так где же ты встретила его, Шейла?
– Здесь.
– Как здесь?! – Ложка Кена застыла в воздухе. – Возле усадьбы?!
– Он сказал, что собирает коренья.
– Для своего зелья, – понимающе кивнула Трисия.
– Зелья? – недоуменно переспросила Шейла.
– Он занимается тем же, чем и Моника, его мамаша. Шейла все с тем же недоумением смотрела на сестру.
– Неужели ты не знаешь, что Моника была ведьмой? – удивилась Трисия.
– Слышала, конечно. Но это же просто смешно!
– Ты напрасно смеешься. С чего бы еще папа стал держать здесь этих нищих столько лет? Разумеется, он боялся, что она наведет порчу на всех нас, если он ее выгонит.
– Опять тебя тянет на мелодраму, – сказал Кен. – Но что правда, то правда, Моника действительно занималась знахарством, по обычаю своих предков. Она многих вылечила. И до самой смерти раздавала всякие настойки и припарки.
– У меня есть доказательства, что Моника была ведьмой!
– Боже мой! Неужели ты это всерьез! Если Моника и обладала какой-то там силой, она пользовалась ею не во зло, а для лечения людей, – сказал Кен. – Все ее снадобья и заклинания передавались через поколения акадцев с восемнадцатого века. И они полностью безвредны. Так же, как она сама.
– Вряд ли. Все эти средства связаны с африканским колдовством, которое акадцы переняли у негров, когда прибыли в Луизиану. Это чистейшая черная магия.
Кен нахмурился.
– А я тебе еще раз повторяю, что Моника Будро не ведьма. Потому что она никогда никому не делала зла. Кстати, она была удивительно красивой женщиной. Возможно, именно поэтому все наши дамы, включая тебя, предпочитают чернить ее.
– Интересно, кто ее лучше знал, я или ты? Не забывай, что ты появился здесь незадолго до ее смерти.
– Мне много рассказывали о ней.
– Ерунду тебе рассказывали. Да и к тому времени она была уже старой, и вся ее красота давно испарилась.
– Это мнение женщин. А я сам видел, как она была прекрасна.
– А ее сын, – спросила Шейла, чтобы увести разговор от предмета, грозящего вызвать семейную сцену, – чем он зарабатывает на жизнь?
Вопрос почему-то показался им странным. Оба пристально поглядели на нее. Затем Кен сказал:
– Он работает у нас, для фирмы «Крэндол Логинг». Теперь дело несколько прояснилось для Шейлы. Значит, Кэш Будро находится на содержании Крэндолов. Однако его поведение при сегодняшней встрече не отличалось почтительностью. Ничего похожего на разговор наемного работника с хозяйкой.
– И что он делает?
– Он лесоруб. Не правда ли, коротко и ясно? – усмехнулся Кен, вытирая губы и бросая салфетку на стол.
– Не совсем так, Шейла, – внесла поправку сестра. – Он пилит, грузит, управляет машинами. Выбирает нужные деревья. Он делает абсолютно все.
– Он все еще живет в том доме на берегу затона?
– Конечно. Нам он не докучает. Мы тоже его не трогаем. Коттону приходится общаться с ним на лесозаготовках, но и только. Мне и в голову не могло прийти, что он позволяет себе появляться возле усадьбы. Они оба, Коттон и Кэш, дали слово Монике Будро перед смертью, что будут работать вместе. Коттон хотел было убрать его отсюда. Но Кэш как-то уговорил его. Коттон остался верен своему слову.
– Он верен своей выгоде, – сказала Трисия. – Кэш ему необходим.
– Может, и так. Но Коттон его не выносит. И при этом доверяет ему, кстати, по-моему, напрасно. На месте Коттона я постарался бы как можно скорее избавиться от такого помощника… Он не обидел тебя чем-нибудь? – с внезапной тревогой спросил Кен, наклонившись к Шейле через стол.
– Нет-нет. Мы просто перекинулись двумя-тремя словами.
– Ну ладно. Но, если он вздумает грубить, скажи мне.
– И что ты тогда сделаешь?! Дашь по физиономии? – Трисия так расхохоталась, что замерцали, покачиваясь, хрустальные подвески на люстре. – Говорят, Кэш не терял даром времени в джунглях Вьетнама. Из любви к дракам и убийствам он даже завербовался в десантники на второй срок. Вернулся еще более отвратительным, чем ушел. Хотя уже в детстве он был чудовищен, как смертный грех. Боюсь, дорогуша, ты не представляешь для него реальной угрозы.
Шейла снова ощутила подспудную вражду между супругами.
– Думаю, мне не придется больше общаться с мистером Будро. – Она встала, отодвинув стул. – Хочу немного освежиться, перед тем как отправлюсь в больницу.
Шейла ополоснула лицо, подкрасилась перед большим зеркалом в тяжелой раме и стала расчесывать волосы, свободно падающие на плечи.

Жар небес - Браун Сандра -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Жар небес на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Жар небес автора Браун Сандра придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Жар небес своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Браун Сандра - Жар небес.
Возможно, что после прочтения книги Жар небес вы захотите почитать и другие книги Браун Сандра. Посмотрите на страницу писателя Браун Сандра - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Жар небес, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Браун Сандра, написавшего книгу Жар небес, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Жар небес; Браун Сандра, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...