Фарджон Элинор - Безымянный цветок http://www.libok.net/writer/11292/kniga/45607/fardjon_elinor/bezyimyannyiy_tsvetok 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Я приехал по твоему вызову. Ариетта, телефонистка, сказала мне, что ты напугана до смерти.
– Так оно и было!
– Ты всегда такая пугливая?
– Конечно, нет! Но что ты делал в сарае?
– В каком сарае?
– Ты хочешь сказать, что это был не ты?
– Ты хочешь сказать, что действительно слышала какой-то шум?
– А зачем же мне было вызывать полицию? – вспылила Санни.
Засунув большие пальцы рук за пояс узких джинсов, он вопросительно поглядел на нее, склонив голову набок.
– А я-то решил, ты нарочно придумала все это, чтобы я приехал.
– Ну и самомнение! – негодующе выпалила она, меча искры из глаз. – Я действительно слышала какой-то странный шум в сарае! – сказала она, указывая рукой на кухню.
Не на шутку встревожившись, он нахмурил брови.
– Тогда будет лучше, если я взгляну на твой сарай. А ты оставайся здесь, в доме.
И не думая подчиняться его приказу, Санни тихонько, на цыпочках пошла на кухню вслед за Таем. Она видела, как он открыл дверь черного хода, отодвинул противомоскитную сетку и вышел на улицу. Холодная, безразличная ко всему земному луна достаточно ярко освещала его высокую фигуру, пока он шел через двор к старому сараю. Тай включил карманный фонарик и стал внимательно оглядывать окружавший сарай густой кустарник. Когда отец Санни купил этот кусочек земли у озера, он расчистил от зарослей только небольшой участок для постройки дома.
Осторожно выглядывая из-за двери, Санни увидела, как Бьюмонт исчез за дальней стеной сарая. Она видела пляшущий луч его карманного фонарика. Ей показалось, прошла целая вечность, прежде чем он снова показался у сарая. Выключив фонарик, он спокойно направился к дому и спустя несколько секунд вошел в кухню.
Санни поспешно отодвинулась в сторону, пропуская шерифа в дом.
– Ну что там?
– У тебя действительно побывали непрошеные гости.
– Гости? Так их было много?
– Четверо, – мрачно ответил он.
– Четверо, – пробормотала она, сильно побледнев.
– Ага, енотиха и трое ее детенышей. Санни открыла было рот, но тут же закрыла, поняв, насколько глупо выглядит. Во внезапно наступившей тишине было слышно, как клацнули ее зубы.
– Они рылись в мусоре рядом с ведрами, – спокойно произнес Тай, усаживаясь за стол.
Санни низко опустила голову. Чувствуя на себе пристальный взгляд его пронзительно-голубых глаз, она думала о том, что Тай смеется над ней, и эта мысль была невыносимой.
Внезапно вскинув голову, она вызывающе произнесла:
– Отчасти в этом виноват ты! Кто говорил мне о всяких психах, извращенцах и любителях подглядывать в чужие окна?
– Это ты заговорила о любителях подглядывать, а не я, – невозмутимо возразил Тай и, небрежно положив на стол фонарик, спросил:
– У тебя есть кофе?
– Нет! – отрезала она.
Хотя в доме было совсем темно, она могла бы поклясться, что Тай весело улыбался.
– Неужели не найдется даже чашечки кофе для отважного воина, избавившего тебя от разбушевавшегося семейства енотов?
– Ах как тебе нравится все это! – язвительно произнесла она, уперев руки в бока.
Протянув руку, он поставил на место перевернутую табуретку и широко улыбнулся, глядя на рассерженную Санни.
– Ты права, мне это нравится. Зрелище, прямо тебе скажу, весьма захватывающее.
Только тут Санни вспомнила, что на ней не было ничего, кроме короткой батистовой ночной рубашки на узеньких бретельках, туго натянувшейся на груди. Круто повернувшись, она пулей вылетела из кухни.
И тут же налетела на валявшийся на полу ящик… Одной ногой она раздавила карандаш, а другой наступила на гвоздь. Бормоча проклятия, она поковыляла в свою спальню.
Спустя несколько минут Санни вернулась на кухню, одетая в широкую футболку с вырезом лодочкой и шорты. Свет уже был включен, и Тай колдовал над плитой, на которой стоял кофейник.
– Чувствуй себя как дома! – произнесла Санни.
Не обращая внимания на ее сарказм, он ответил:
– Спасибо, я так и делаю. Она подошла к кухонному шкафчику и стала доставать из него чашки и блюдца.
– Сливки? Сахар? – подчеркнуто безразлично спросила она.
– Предпочитаю черный кофе без сахара. А вот от печенья не откажусь.
Недовольно фыркнув, Санни достала пакет шоколадного печенья, припасенный для недельного пребывания на озере.
– Кстати, – пробормотал он, откусывая большой кусок печенья, – твой прежний наряд нравился мне гораздо больше.
– Не сомневаюсь!
– Впрочем, и в этом ты очень хороша. У него есть свои определенные преимущества…
При слове «преимущества» он уставился на грудь Санни. Под тонкой трикотажной футболкой не было лифчика. И чем дольше он глядел на ее грудь, тем яснее это становилось.
Санни попыталась скрыть свое смущение язвительным вопросом:
– Интересно, знают ли законопослушные налогоплательщики Латам-Грина, что их шериф – сексуальный маньяк?
– А я сейчас при исполнении служебных обязанностей, – хмыкнул он.
– Что-то меня это нисколько не утешает.
– А должно бы. Не будь я сейчас на службе, давно бы затащил тебя в постель.
– Вот уж ни за что на свете, мистер Бьюмонт!
Тай самоуверенно улыбнулся и негромко произнес:
– Он уже готов.
Санни вздрогнула от такой наглости, чем немало позабавила его.
– Кофе, Санни, я хотел сказать, что кофе готов.
Она принялась разливать кофе по чашкам, стараясь не думать о том, что шериф пристально разглядывал ее голые ноги.
– И как долго ты здесь работаешь шерифом? – спросила она, ставя перед ним полную чашку черного кофе.
– С самого приезда. Собственно, я и приехал сюда, чтобы занять эту должность.
– А что ты делал прежде?
Она уселась напротив него, понемногу отхлебывая горячий напиток.
Внезапно его глаза перестали смеяться, у рта залегли две глубокие морщинки.
– Прежде я занимался другой работой.
– Понятно…
Санни все поняла. Он скрывал свое прошлое и не хотел о нем говорить. В этом ему можно было только позавидовать. Ведь свое прошлое она уже скрыть не сумеет, оно известно всему городку, где она родилась и выросла. В Новом Орлеане она чувствовала себя в безопасности. Там никто не догадывался о ее скандальном разрыве с Доном Дженкинсом. Да, ее друзья знали, что она переехала в Новый Орлеан из маленького провинциального города, но никогда не расспрашивали ее о прошлом и причинах, побудивших покинуть родное гнездо.
Именно поэтому она уважительно отнеслась к праву Бьюмонта на личные тайны, хотя он и был самым несносным мужчиной из всех, кого она встретила за всю свою жизнь.
Она перестала задавать вопросы и принялась молча есть шоколадное печенье.
Тай первым нарушил затянувшееся молчание:
– Это что, несчастный случай? Он мотнул головой в сторону валявшихся на полу вещиц из сломанного ящика. В ответ Санни расхохоталась:
– Я хотела найти номер телефона Джорджа Хендерсона и расспросить его о тебе.
– Он бы дал отменную характеристику, потому что работает у меня.
– Джордж работает в полиции?
– Да, он помощник шерифа, то есть мой помощник.
Санни недоверчиво покачала головой.
– Помнится, он любил воровать арбузы…
– Так он и сейчас их ворует. Оба рассмеялись, и им стало хорошо – напряжение само собой улетучилось. Вдоволь насмеявшись, Санни внезапно осознала, насколько интимной была сложившаяся ситуация.
– Становится совсем темно. Уже очень поздно, – пробормотала она, чуть ли не силой вынимая у Бьюмонта из рук недопитую чашку кофе и ставя ее в раковину вместе со своей.
– Да ты хромаешь! – воскликнул он.
– Ничего страшного, – ответила Санни, небрежно пожав плечом, и поставила пакет с остатками печенья в шкафчик на прежнее место.
– Ошибаешься.
Она приподняла ногу и сказала:
– Когда я опустилась на колени, то попала на шляпку гвоздя, понятно? – Она показала на небольшую красную ссадину на колене. – Вот и все, ничего страшного.
– От этого не хромают, Санни.
– Потом я ударилась большим пальцем о кухонный стол.
– Так, а где еще ты поранилась?
– Все, больше нигде, – упрямо сказала она.
– А все-таки? – мягко, но настойчиво повторил Тай свой вопрос, и Санни поняла, что он непременно решил вытянуть из нее всю правду.
– Ну хорошо, еще я напоролась ступней на этот проклятый гвоздь! – раздраженно сказала она. – Теперь ты доволен?
– Нет, не доволен; Сядь-ка… Он указал ей на стул, с которого она только что встала.
– Шериф, вам пора уезжать! – насмешливо сказала Санни.
– Если ты не дашь мне осмотреть твою ступню, я сочту своим профессиональным долгом отвезти тебя в больницу, и тогда вся эта невероятная история с енотами и истеричной дамочкой станет великолепной пищей для местных сплетниц и…
Санни сердито плюхнулась на стул.
– Вот так-то лучше, – улыбнулся Тай. – Дай-ка мне ногу…
Не дожидаясь, пока Санни сама это сделает, он быстро нагнулся и поднял ее ногу, так что Санни съехала на самый край стула. Уцепившись руками за сиденье, чтобы не упасть, она испуганно наблюдала за тем, как его большие загорелые руки медленно ощупывают ее узкую ступню.
– Здесь больно? – спросил он, проводя пальцами по подошве. – А здесь?
Он дотронулся до раны, и Санни поморщилась от боли.
– Конечно, больно! Ты ведь надавил на рану!
– Да, тут у тебя большой кровоподтек, да и ссадина тоже… Тебе чертовски повезло, что гвоздь не проткнул кожу, иначе пришлось бы вводить противостолбнячную сыворотку. Все равно, будь поаккуратнее, пока рана не заживет.
– Обязательно! Спасибо за оказанную помощь.
Она попыталась высвободить ногу, но попытка не увенчалась успехом. Тай крепко обхватил ее ступню, зажав между ладонями.
– Пожалуй, слишком худые… Но в остальном у тебя очень красивые ступни.
– Это тоже входит в ваши профессиональные обязанности, шериф Бьюмонт?
– Моя профессиональная обязанность заключается в том, чтобы защищать жителей Латам-Грина и помогать им. Вот сейчас, к примеру, я вижу, что одна из жительниц нуждается в растирании ступни.
Когда он провел большим пальцем посередине ее стопы, Санни чуть не вскрикнула от неожиданности. Это прикосновение невероятным образом вызвало у нее сексуальное возбуждение.
– Однажды мне довелось побывать в Японии, – сказал Тай, растирая ей пальцы и рассматривая каждый блестящий ноготь. – Местные гейши практикуют восхитительный массаж ступней. Они…
– Мне это неинтересно.
–..обычно используют для этого специальный массажный лосьон. У тебя его, случайно, не найдется?
– Как-нибудь обойдемся без лосьона.
– Как хочешь. Так вот, гейши умеют так сжимать каждый палец, не причиняя при этом ни малейшей боли, что по всему телу начинает разливаться блаженное тепло и легкое сексуальное возбуждение.
Тай сопровождал свои слова соответствующими действиями, растирая каждый пальчик на ноге Санни. Прикосновения его сильных рук отзывались во всем ее теле, и особенно в эрогенных зонах. Действия Тая даже выглядели сексуально – загорелые мужские руки властно мяли ее узкую маленькую ступню. Когда он стал массировать основания пальцев, она едва не соскользнула со стула – до того острые ощущения пронзили все ее тело.
– Кажется, это не совсем то, что мне нужно, – пробормотала она. Он хитро улыбнулся.
– Готов поклясться, что тебе сейчас очень хорошо, разве нет? Давай доставим себе немного удовольствия. Ведь ты пережила ужасные минуты сильнейшего страха, а я спас тебе жизнь…
Его убаюкивающий голос и сонное выражение лица оказались столь же завораживающими, как и медленные движения рук, все еще массировавших ее ступню, поэтому, когда он упер ее пятку между своими бедрами, она даже не стала сопротивляться.
– Потом гейша, расслабив каждый мускул на ноге, принялась массировать только самые кончики пальцев. Вот так… легкими круговыми движениями… Порой мне даже казалось, что она и вовсе не прикасается ко мне…
Санни едва удержалась от стона наслаждения, и ее нога совершенно рефлекторно прижалась к ширинке на его джинсах. Она не смела думать о том, что моментально стало увеличиваться под ее стопой.
– Говорят, – завораживающим голосом продолжал Тай, – что самое утонченное наслаждение получаешь тогда, когда гейша массирует пальцы… языком…
Санни томно закрыла глаза.
И тут же вынуждена была ухватиться за край стула, чтобы не упасть. Неожиданно опустив ее ногу на пол. Тай вытирал руки, словно только что закончил тяжелую и грязную работу.
– Однако массаж языком стоил больших денег, а у меня тогда их не было, поэтому не могу похвастаться личным опытом. А ты? – простодушно спросил он.
Злясь на себя, Санни вскочила на ноги и холодно произнесла:
– Тебе пора уезжать.
«Давно пора! Ой как давно!» – пронеслось у нее в голове. Неужели она и впрямь спятила? Как могла она позволить ему так прикасаться к ней? Да еще говорить такие бесстыдные слова!
Она решительным шагом вышла из кухни, по пути включая свет в гостиной. Ей хотелось наполнить весь дом светом, шумом, только бы развеять эту слишком интимную атмосферу.
– Благодарю за визит, – холодно сказала она, беззастенчиво распахивая перед ним входную дверь, тем самым давая понять, что не хочет продолжать беседу и ждет, когда он уберется восвояси.
– Не стоит благодарности, мне за это платят.
– А как тебе удалось добраться сюда так быстро?
– Собственно, я уже и так был здесь.
– Уже был здесь? Он спокойно кивнул.
– Я решил проверить, не случилось ли с тобой какой-нибудь неприятности.
– Боже, с чего ты взял, что со мной может что-то случиться?
– Ну, я подумал о всяких психах и извращенцах…
– Нет тут никаких психов и извращенцев!
– Никогда нельзя быть в этом абсолютно уверенным. К тому же если ты не смогла справиться даже с семейством енотов, то как, интересно, ты собиралась противостоять настоящему бандиту?
– Спокойной ночи, мистер Бьюмонт.
– Я уже был близко, когда мне сообщили по рации, что тебе нужна помощь и что ты подозреваешь возможное нападение на твой дом. Разве ты не видела свет фар моей патрульной машины?
Чувствуя себя полной идиоткой, она не смела взглянуть в его смеющиеся глаза.
– Нет, я ничего не видела. Я была на кухне. Теперь, зная, что ты патрулируешь окрестности озера, я совершенно спокойна за собственную безопасность.
– А почему ты запаниковала, услышав подозрительный шум? Почему не взяла ружье?
– Ружье?
– Ну да, то самое, из которого сегодня днем грозилась пристрелить меня, если я не уберусь с твоего причала.
– Я не… Наверное, мой отец забрал его с собой… я даже не знаю, где… Оно не было заряжено!
– Что-то слишком много вариантов объяснения. Ты уверена, что в твоем доме есть оружие?
– Спокойной ночи, мистер Бьюмонт, – процедила она сквозь зубы.
– А это что такое?
Тай с интересом смотрел на стол, где были разложены блокноты с карандашными набросками. Рисунки по большей части не были закончены.
Санни тяжело вздохнула, подчеркивая свое раздражение и нетерпение. Чтобы не напустить в дом комаров, ей пришлось закрыть входную дверь.
– Мои рисунки.
– Что это за жуки? – спросил он, критически разглядывая один из ее рисунков.
– Это стрекоза!
– Опять какие-то стрекозы… Это твое хобби? А художник из тебя неважный, надо признаться, – прямодушно сказал он.
Выхватив рисунок из его рук, она положила его на стол.
– И шериф из тебя тоже неважный. Ты даже не носишь форму.
Он был одет в джинсы и белую рубашку с закатанными до локтей рукавами. Белый цвет выгодно оттенял его бронзовый загар и подчеркивал ярко-голубой цвет глаз.
– Зато у меня есть фирменный значок шерифа и патрульная машина с сигнальными огнями и сиреной. Если будешь хорошо себя вести, когда-нибудь я покатаю тебя на своей служебной машине.
– Сомневаюсь, что хорошим поведением женщина может от вас, мистер Бьюмонт, чего-то добиться.
Ничуть не смутившись, он снова улыбнулся и направился к двери. Дойдя до порога, он внезапно остановился, повернулся и, прищелкнув пальцами, сказал:
– Кажется, я забыл фонарик! И решительно двинулся на кухню. Санни выжидательно стояла у входной двери. Прошло две минуты, а он все не возвращался. Интересно, что там можно так долго искать?
– Шериф, вы нашли свой фонарик? – громко спросила она.
Не услышав в ответ ни звука, она нетерпеливо топнула ногой. Прошла еще минута, а он все не возвращался. Озадаченная столь странным поведением, Санни пошла на кухню… и увидела, что он сосредоточенно рассматривает свои наручные часы.
– Какого черта ты здесь делаешь?
– Иди сюда, – позвал он ее, не сводя глаз с циферблата.
Заинтригованная, Санни осторожно подошла к нему и тоже уставилась на циферблат часов. Секундная стрелка быстро бежала по кругу, отсчитывая последние мгновения уходившего дня – была уже полночь.
– Пять, четыре, три, два, один, – вел обратный отсчет Тай.
– И что все это значит?
– А это значит, милая Санни Чандлер, что ты влипла.
Резко развернувшись, он зажал ее в угол между двумя кухонными шкафчиками и всем телом загородил ей выход. Сжав руками ее бедра, он придвинулся к ней вплотную.
– Все, наступила полночь, – тихо проговорил он.
– И теперь ты снова превратишься в крысу? – язвительно поинтересовалась Санни.
– Да, в каком-то смысле, – улыбнулся он. – Мое дежурство закончилось в полночь, теперь я уже не на работе.
– Выпусти меня! – вспылила она.
– Перестань, Санни, не будь дурочкой. – Взяв прядь ее волос, он стал легонько щекотать ее шею. – У меня только что закончился рабочий день, а сегодня он был не из легких. Мне пришлось разнимать двух подвыпивших драчунов, искать потерявшегося ребенка и арестовать одного лихача за управление машиной в нетрезвом состоянии. Я уже не говорю о том, что целый день провел за рулем патрульной машины, а потом еще спасал одну истеричную дамочку от енотов. Ты понимаешь, к чему я веду весь этот разговор? Говорят, делу – время, потехе – час. Ну вот он и наступил, час потехи. Разве ты не хочешь провести его со мной?
– Нет, и пожалуйста… – Она оборвала фразу на полуслове, вздрогнув от удивления. – Ты что делаешь?
– Слушаю твой пульс, – безмятежно ответил он, положив руку чуть выше левой груди Санни. – Когда я вошел, то сразу увидел, что у тебя учащенный пульс. Это было видно здесь, – Тай нежно и сильно прижал ладонь к ее груди, – и здесь, – он коснулся мягкими губами основания ее шеи. – Знаешь что? – Он осторожно просунул руку под ее футболку. – Сдается мне, твое сердечко и сейчас сильно бьется.
Что и говорить, он был абсолютно прав. У нее не только сильно билось сердце, но и дыхание стало прерывистым. Тай не снимал своей ладони с ее левой груди, сосок затвердел в ожидании ласки. Но ее не последовало, и это сводило Санни с ума…
– Оставь меня, – едва слышно пролепетала она, но в ее голосе не было должной настойчивости. Да и откуда ей было появиться, если Тай покрывал всю ее шею нежными поцелуями?
– Хочешь, я тебе кое-что скажу? – прошептал он, целуя ее в ушко. – Когда я увидел тебя в дверях в одной батистовой ночной рубашке, у меня тоже сильно забилось сердце. Оно и сейчас бьется. Хочешь послушать?
Свободной рукой он взял ее руку и, просунув под сорочку, прижал к своему сердцу. Санни тут же почувствовала всей ладонью сильные ритмичные толчки. Ей было невыразимо приятно ощущать тепло его кожи, мягкость курчавых русых волос на груди.
Он нежно прикусил мочку ее уха и стал слегка теребить языком бриллиантовые сережки.
– Ты думала обо мне, когда я уехал от тебя сегодня днем?
– Нет.
– Лгунья, – прошептал он, осторожно раздвигая ее бедра и всем телом прижимаясь к ней, – ты думала обо мне, о нас с тобой… ты вспоминала тот поцелуй.
– Нет, нет, ничего подобного… В ответ на ее слабый протест он хрипловато засмеялся.
– Думала, конечно же, думала! Признаться, и я тоже не мог думать ни о чем другом, как о тебе, о том, как сладко было тебя целовать, – он слегка коснулся губами ее полураскрытого рта, – как сладко было ласкать твои губы и весь рот…
– Перестань… не надо… – едва слышно прошептала она, не в силах терпеть сладостную муку ожидания страстных ласк.
– Ни за что, Санни. Я не перестану, пока не увижу тебя под собой, обнаженной и жаждущей любовных ласк…
Он снова поцеловал ее, как тогда, на причале. И снова весь мир для нее исчез. Теперь она чувствовала только вкус и запах Тая, это была вселенная, полновластным хозяином которой был только он, и никто другой.
Тай мягким движением опустил руку чуть ниже, но так и не коснулся набухшего соска. Обвив руками его шею, Санни страстно отвечала на его поцелуй. Невольным движением она полностью раскрыла бедра, крепко прижимаясь к его напрягшейся плоти. Оба испытали настоящий шок от этого прикосновения.
Потемневшими от страсти глазами он взглянул на влажные розовые губы Санни. Она тоже смотрела на него из-под длинных пушистых ресниц откровенным чувственным взглядом.
– Однако действительно становится слишком поздно, – неожиданно ровным голосом произнес Тай.
Санни не поверила своим ушам!
Осторожно выпустив ее из объятий, он вышел из кухни. Спустя несколько секунд она услышала, как закрылась входная дверь и на улице взревел двигатель автомобиля. К тому времени, когда она совсем пришла в себя, Тая уже и след простыл.
Схватив свою чашку с остатками кофе, она с силой запустила ее в стену кухни, призывая на голову Тая Бьюмонта все мыслимые и немыслимые кары небесные.
Глава 4
Стараясь держаться как можно увереннее, Санни опустилась на предложенный ей стул и скромно одернула юбку, заметив краем глаза, что ее торопливое движение оценил сидевший за столом напротив нее мужчина.
– Я постаралась сделать как можно более подробный финансовый бизнес-план, мистер Смит. К нему приложено несколько рекомендаций для получения кредита, налоговые декларации за последние три года, а также расчеты предполагаемых доходов от осуществления проекта.
– Я вижу, вы много поработали, мисс Чандлер.
Дежурный комплимент ровным счетом ничего не говорил о том, что этот банковский служащий на самом деле думает об аккуратных колонках цифр, которые он внимательно разглядывал вот уже десять минут.
Отодвинув наконец в сторону тщательно подготовленные документы, он положил на стол руки и окинул Санни таким взглядом, словно собирался сообщить ей грустное известие о том, что никакого Санта-Клауса на самом деле не существует. Глядя на его слегка высокомерное, но полное снисходительного сочувствия лицо, Санни приготовилась к краху своих надежд на собственное дело. Опять дискриминация по половому признаку!
– Подготовленные вами, мисс Чандлер, цифры весьма впечатляющи.
– Надеюсь, вы сочли их абсолютно реалистичными, – улыбнулась она, стараясь не выдать свою тревогу. Ей было отлично известно, что банки не дают ссуду тем, кто откровенно показывает, что остро нуждается в ней.
– Я искренне восхищен вашим предпринимательским энтузиазмом, но, боюсь, вы слишком оптимистически смотрите на вещи.
– Напротив, во всех своих планах я очень консервативна.
– И все же, – откашливаясь, произнес мистер Смит, – это только планы.
– Они основаны на личном опыте, – рискуя показаться завзятой спорщицей, возразила Санни, не желавшая смириться с очередным поражением. – Мне прекрасно известно, какие деньги готовы заплатить клиентки – да и клиенты, кстати говоря, – за сделанные мной вещи. У них, как правило, имеется стабильный источник доходов, и неплатежей ожидать не приходится.
– Однако в настоящий момент никаких клиенток у вас нет, – рассудительно возразил ей мистер Смит.
– Именно поэтому мне нужна ссуда, мистер Смит! Уже сейчас есть люди, готовые давать заказы только мне. Я работаю с ними три года, не будучи пока хозяйкой собственного дела. Узнав, что я наконец открыла свой бизнес, они с радостью станут исключительно моими клиентами.
Выражение лица мистера Смита было весьма скептическим, но он терпеливо выслушал ее, ничего не возражая. Затем красноречиво взглянул на часы, давая понять, что Санни и так отняла слишком много его драгоценного времени.
– Что же касается обеспечения ссуды…
– Небольшой коттедж на озере.
– Да, но ведь формально он принадлежит вашему отцу, – Я предоставила вам официальное письменное разрешение на использование его в качестве обеспечения ссуды. Или вы думаете, что подпись моего отца поддельная, мистер Смит?
– Конечно же, нет, Санни, – сказал он, фальшиво улыбаясь и называя ее по имени. Это прошло незамеченным для обоих, потому что он знал ее с детства.
– Тогда я не вижу, в чем проблема. Стоимость коттеджа и прилегающей к нему земли с лихвой покрывает ту ссуду, о которой идет речь. Как вам, должно быть, известно, мой отец является весьма уважаемым бизнесменом, и он не стал бы рисковать собственной недвижимостью, если бы не верил в успех затеянного мною предприятия.
– Однако организация собственного дела является весьма рискованной идеей, особенно для молодой женщины.
Выпрямившись на стуле, Санни с вызовом взглянула на него:
– Вы хотите сказать, что, будь на моем месте мужчина, банк не колеблясь выдал бы ему необходимую ссуду?
Смит поднял руки вверх:
– Нет, этого я не говорил. Наш банк отвергает подобные предубеждения.
«Наглая ложь!» – пронеслось в голове у Санни.
– Просто большинство местных девушек собственному делу предпочитают замужество и…
Смит слишком поздно понял, что совершил непоправимую ошибку, и вспыхнул от смущения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
Загрузка...