Токарева Виктория Самойловна - Мужская верность http://www.libok.net/writer/2044/kniga/55583/tokareva_viktoriya_samoylovna/mujskaya_vernost 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Уилл Генри

Самый высокий индеец в Толтепеке


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Самый высокий индеец в Толтепеке автора, которого зовут Уилл Генри. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Самый высокий индеец в Толтепеке в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Уилл Генри - Самый высокий индеец в Толтепеке без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Самый высокий индеец в Толтепеке = 29.67 KB

Самый высокий индеец в Толтепеке - Уилл Генри -> скачать бесплатно электронную книгу



Library Г.Любавина: gurongl@rambler.ru
Генри Уилл
Самый высокий индеец в Толтепеке
В провинции Чихуахуа, в том месте, где тракт, что ведет из Толтепека, подходит к Рио-Гранде, переправа получила наименование Старого Брода Апачей. Произошло это потому, что он служил индейцам во время набегов — в Техас и обратно, в Старую Мексику. Место это не пользовалось доброй славой, и переправлялись здесь только те, кто по собственным причинам избегал переправляться у нового, Верхнего Брода.
Эту особенность быта местного пограничья хорошо знал и полковник Фульгенсио Ортега. Он не забыл об индейском «черном ходе», ведущем в Эль-Пасо. Оттого-то именно в этом месте он лично возглавил сторожевой пост.
Очень уж опытен был полковник Ортега. И энергичен. Недаром эти «дескамисадос», иначе говоря, голодные оборванцы, прозвали его Палачом из Камарго. Во всей провинции Чихуахуа не было другой личности, хоть вполовину столь же известной среди нерегулярных отрядов «руралес», то есть вонючих стервятников с пограничья.
В данный момент, вместе со своими людьми — дюжиной негодяев, столь далеких от понятий о пристойности и дисциплине, что лишь их вертикальное положение выдавало человеческую принадлежность, он лежал, развалившись у догоравшего костра, на котором подогревался ужин. Одни из его звероподобных солдат злобно перебранивались, вычищая содержание грязных вещмешков. Другие сидели на корточках вокруг расстеленного на земле серапе, икая да сетуя на невезенье в картах, величина которого измерялась очищенными початками кукурузы, сходившей у них за деньги. Вечерняя духота была невыносимой. Даже сейчас, когда солнце склонялось к закату, прячась за Рио, по-прежнему дышать было трудно. Слепни, поднявшись над ближайшей канавой, все еще роились вокруг и жалили, словно бешеные лисы. Ситуация была самой безнадежной. За весь этот долгий день, что они потеряли здесь, у переправы, ни одна рыбешка не попалась в расставленные сети — ни один путник из Толтепека не попытался проехать через грубую баррикаду, установленную поперек тракта.
— Volgame! — изрек Ортега. — Во имя божье, ну и тягучая же работенка, а, Чиво?
Названное имя означало по-испански «Козел», и бородатый бродяга, отозвавшийся на него, внешне вполне ему соответствовал.
— Верно, хефе, — кивнул он. — Но под вашим руководством учишься терпеть. И голодать. И прятаться. И выносить укусы мух. И вшей. Тому, как вместо денег пользоваться початками. Как жить на одной воде, не разбавляя ее текилой. Словом, многому, экселенсе.
Осклабившись, Ортега наотмашь вытянул его по лицу тяжелой рукоятью своей плети. Удар рассек кожу, хлынула кровь.
— И еще — хорошим манерам, — негромко добавил полковник.
Чиво сплюнул в пыль.
— Си, — сказал он. — Да, и хорошим манерам.
Но вот часовой на баррикаде крикнул начальнику о том, что по дороге кто-то движется.
— На чем? — спросил Ортега, не меняя позы.
— На повозке, запряженной мулом.
— Сколько их?
— Двое. Мужчина и мальчик. Думаю, собирают валежник.
— Ба! Пусть проезжают.
— Мы не станем обыскивать телегу, хефе?
— Чего ради? Дров?
— Нет, хефе — ради Него; ведь это индейцы едут.
В мгновение ока Ортега был на ногах. Еще миг — и он стоял уже на баррикаде, а Чиво вместе с прочими, что сгрудились сзади. Все молча следили за приближением маленькой повозки, запряженной мулом. Начни они рычать или шумно пыхтеть, это показалось бы естественным — так явно напоминали они стаю диких волков.
Сидя на козлах повозки, Диас побледнел и с опаской повернулся к своему малолетнему сыну.
— Чамако, — сказал он. — Там впереди — злые люди, они поджидают нас. Может случиться беда. Если что — скрывайся в кустах. Это враги нашего предводителя.
— Ты их знаешь, папа? Это враги нашего Пресиденте?
— Я знаю того, что стоит с кнутом. Это Ортега.
— Палач, — шепотом произнес мальчик ненавистное имя.
А Хулиано Диас, замедлив ход упряжки, ответил, не поворачивая головы и не сводя глаз с солдат на баррикаде.
— Си, ихо. Это он, убийца из Камарго. Если тебе дорога жизнь, не произноси вслух имени Эль Индио, кроме как проклиная. Эти люди охотятся за ним.
«Эль Индио» было любимым прозвищем, данным неимущими революционному президенту, которого они привели к власти ценою собственной крови. И теперь он отчаянно боролся за жизнь своего правительства и за те свободы, которые стремился даровать «дескамисадос» со всей Мексики, будь они индейцы, как он сам, Хулиано и Чамако Диас, или люди с испанской кровью, или белые. Для малолетнего подростка Чамако Эль Индио был подобен Христу, только более реален. Он никогда не видел ни того, ни другого, но был уверен, что отдаст жизнь за своего Пресиденте — пожалуй, еще скорее, чем за Создателя.
Он кивнул головой, отвечая на предостережения отца, храбрясь, насколько это было возможно для десятилетнего юнца, которому довелось встретиться с Палачом из Камарго.
Что касается Ортеги — мрачное прозвище, быть может, явилось следствием невежественности и стихийного духа несказанно бедных индейцев его отечества. Так он объяснял себе это, решив вопрос раз и навсегда. Но, будучи солдатом, он знал, сколь тяжек груз его ремесла, а люди ведь никогда не способны были понять всей полезности предосторожностей военного времени. Это не значит, что человек, в чьих жилах течет испанская кровь, не может быть щедрым или добрым — конечно, в пределах своего жестокого долга. И полковник весьма доброжелательно помахал своим кнутовищем, приветствуя повозку с мулами.
— Добрый вечер, гражданин, — обратился он к Диасу. — Вы, естественно, удивлены, встретив нас здесь. Но задержка будет недолгой. Потрудитесь сойти с повозки.
— Не паса, экселенсе — в чем дело? — охваченный страхом, Диас совершенно позабыл о приказе полковника сойти с повозки и продолжал сидеть в оцепенении.
— Ах, так вы меня знаете! — довольно проговорил Ортега. — Что ж, я поставил себе целью приобрести. известность среди поклонников Эль Индио. Вы слыхали приказ?
— Что? — переспросил Диас. — Я позабыл. Что вы сказали, полковник?
Ортега ужалил, точно нападающая змея. Взмах кнута — и конец его обвил тонкую шею Хулиано Диаса. Резким рывком предводитель герильясов сбросил тщедушного человечка с повозки на землю, петлей кнута почти переломив ему позвонки.
— Я велел тебе спуститься, индеец, — улыбнулся Ортега. — Ты плохо слушаешь. В чем дело? Разве ты не доверяешь своим мексиканским братьям?
Диас был тщедушен только телом. Сердце его было величиной с гору.
— Вы не братья мне, — сказал он. — Я — индеец.
— Именно, — ответил Ортега, поднимая его из дорожной пыли. — И тот, кого мы ищем, тоже.
Диас гордо выпрямился, отступив чуть в сторону, вне досягаемости добрых рук полковника Фульгенсио Ортеги. На этот раз он промолчал, но мальчик, спрыгнув с козел повозки, ответил за него.
— Как! — воскликнул он, не в силах уразуметь, как это кто-то способен желать зла его дорогому Пресиденте. — Неужели правда, что вы готовы погубить нашего…
Слишком поздно вспомнил он о предостережении отца и осекся.
Но Ортега любил мальчиков и делал скидку на их невинность.
— Успокойся, молодой петушок, — вкрадчиво сказал он. — Я ведь ничего не говорил о том, что мы собираемся как-то повредить Эль Индио. И кроме того, я ведь вообще ничего не говорил о вашем великом Пресиденте. Откуда же ты взял, что именно его-то мы и ищем?
Всей Мексике был ведом ответ на этот вопрос. Уже несколько недель окраины гудели от слуха, что Эль Индио собрался ехать в Соединенные Штаты, чтобы занять денег и пожать руку дружбы, протянутую другим великим Пресиденте, Авраамом Линкольном. Все понимали, что такое путешествие будет протекать в тайне, дабы обмануть бдительность врага на всем пути следования. Но от Оахаки до техасской границы «дескамисадос» были начеку, ожидая низкорослого индейца, чтобы в любой момент прийти ему на помощь, способствуя этому путешествию.
Чамако Диас заколебался, не зная, что ответить.
Его отец, храбрый Хулиано, прервал затянувшееся молчание, чтобы подать совет.
— Ничего не говори, сынок, — тихо сказал он и чуть больше выпрямился, словно стал выше, произнеся это.
Чамако кивнул. Он тоже подтянулся и встал, высокий, рядом с отцом.
«Больше они ничего не скажут», — понял Ортега.
— Дети мои, — произнес он, — вы не так меня поняли. Мы далеки от того, чтобы вредить Пресиденте, мы хотим только остановить его.
Даже встав во весь рост, Чамако по-прежнему оставался всего лишь маленьким мальчиком, не обученным искусству лицемерия.
— Зачем же тогда останавливать нас, полковник? — спросил он прямо. — Мы — всего лишь бедные дровосеки из Толтепека, и направляемся в Эль-Пасо.
— Именно это меня и касается, — пояснил Ортега, картинно поводя кнутовищем. — Видишь ли, бедняк, согласно моему приказу с каждого индейца, переправляющегося через границу, снимают мерку — сверяют его рост с той отметкой, что виднеется там, на мертвом дубе. — Он указал на высушенный солнцем ствол своим кнутовищем. — Видишь эту отметку на стволе?
— Си, полковник.
— Что ж, она Проведена точно в пяти футах от земли, чико. Именно такова высота вашего великого Пресиденте — пусть и не слишком точно. Но беда в том, что я лично незнаком с этим великим человеком. Повстречай я его — я прошел бы мимо, не узнав. Но нам сообщили его рост, и я придумал этот способ — скажем так, чтобы исключить любую возможность для Эль Индио перейти на ту сторону реки, в Соединенные Штаты, и совершить свое путешествие.
— Полковник, — вмешался Хулиано Диас, бледнея, несмотря на всю свою храбрость, — что это вы такое говорите?
Ортега добродушно пожал плечами.
— Только то, что если ты индеец, незнакомый мне или моим людям, и если твой рост совпадает с ростом Эль Индио, — я останавливаю тебя, и тем предотвращаю возможный побег вашего великого Пресиденте, так ведь?
— Вы хотите сказать, будто я, Хулиано Диас из Толтепека, и есть… — он не закончил фразы, столь абсурдной она показалась его бесхитростному уму. Мог ли этот мятежный полковник и вправду поверить в подобную вещь? Что он, Диас, является лидером, великим Эль Индио? Диас впервые почувствовал признаки облегчения. В конце концов, в этом было что-то комичное, невзирая даже на боль в шее от кнута. — Пожалуйста, экселенсе. — закончил Диас, выдавив из себя, чтоб подбодрить Чамако, слабую улыбку, — отведите меня к дереву и поставьте у отметки, чтобы мы с сыном смогли продолжить путь в Эль-Пасо. Моя добрая жена болеет, и нам пригодится выручка от этих дров, чтобы купить в Техасе лекарство.
— Чиво, — гаркнул Ортега, оставив улыбки. — Измерь этого индейца.
Чиво схватил Диаса и оттащил его к дереву. Толкнув его к порезу на стволе, он воззрился на отметину.
— В самый раз, хефе. Подходит точно.
— Хорошо. Останови его.
Для полковника Ортеги вопрос был исчерпан. Он отвернулся к огню, не обернувшись на револьверный выстрел, оборвавший жизнь Хулиано Диаса. И совершенно не слыша истошного крика Чамако Диаса, он лишь раздраженно кивнул золотушному сержанту:
— Кофе, Порталес. Иисус-Мария! Ну и пекло. Черт бы побрал эту приречную округу!
Никто не знает, как сложилась бы судьба малышка, Чамако, — Чиво уже тащил его за шиворот к огню под дулом пистолета, намереваясь, с позволения полковника, прикончить и его. Неизвестно также, как отнесся бы к этой просьбе полковник. Потому что в этот смертный миг послышался топот копыт с американского берега, и всадник в высоком сомбреро явно мексиканского происхождения устремил своего измочаленного коня через брод и резко осадил у огня Палача из Камарго.
— Полковник! — вскричал он. — Я скачу из Эль-Пасо! Есть большие новости. Эль Индио там, в городе. Он уже побывал у американского Пресиденте и возвращается назад, в Мехико!
Ортега отшатнулся, словно его ударили в лицо собственным кнутом. Волчья стая подручных подтянулась к нему ближе. Чиво, в изумлении от того, что Эль Индио удалось выбраться из Мексики, и он вот-вот готов снова в нее вернуться, разжал свою хватку. То было знамением свыше — и его оказалось достаточно для смышленого индейского подростка. Одним стремительным прыжком он достиг зарослей прибрежного кустарника и исчез, с запозданием исполняя наказ погибшего отца.
Чиво, с еще дымившимся револьвером, возглавил шайку герильясов, с воем устремившихся в погоню. Ортега, кляня своих подчиненных, круша все вокруг хлещущим кнутом, вопил:
— Прикончить его, скоты! Он не должен перебраться через реку. Стреляйте! Стреляйте! Выгоните его из кустов и стреляйте. Он не должен предупредить американцев, что мы знаем! За ним, кретины, за ним!
Чамако, извиваясь, полз и бежал через кустарник, спасая собственную жизнь. Злые колючки меските, «кошачьих когтей»и черного чапарраля рвали тело. Он слышал, как пыхтели и бранились солдаты на расстоянии броска камня от его пяток. На бегу он оплакивал убитого отца, но продолжал бежать! Если Господь поможет, он доберется до другого берега реки — и до Эль Индио.
И в тот же миг, как в его уме сложилась эта отчаянная клятва, впереди он увидел просвет в чаще. Там, в сгущающихся сумерках, бежали серебристые закатные воды Рио-Гранде.
Продвигаясь в сумерках в сторону Эль-Пасо, Чарли Шонто ехал верхом, погруженный в думы, неспособные разгладить его выдубленное солнцем лицо. По крайней мере, неспособные придать ему приятности.
Что ж, работа есть работа, но только выходило так, будто чем дальше, тем работа становилась тяжелее, а плата — меньше. Кто же он такой, Чарли Шонто? И что такое представляет собой компания «Техасская Экспресс»? И почему сочетание этой пары слов причиняло ему такие муки? Тут он поцокал языком, обращаясь к своему усталому каурому, в черных полосах, мерину, и ласково проговорил: «Спускаемся, лошадка, скоро тебя ждет славная травка и вода».
Что ж, между людьми вроде Чарли Шонто и «Техасской Экспресс» сформировалась некая близость. Компания представляла собой захолустную линию дилижансов, которая сводила концы с концами настолько, насколько это возможно для заурядной грузо-пассажирской службы, и все-таки была способна всегда держать в готовности четверку крепких лошадей; а Чарли Шонто числился особым агентом» упомянутой компании. Однако Чарли Шонто не прельщал звонкий титул: было для него и более короткое название, куда вернее обозначавшее работу, которую он выполнял для «Техасской Экспресс». Если быть точным, выходило что-то очень похожее на «наемный стрелок».
Но не риск, связанный с этим званием, привлекал Шонто. Ведь быть «подвижной пушкой», все равно — со «смитом» на козлах, или «паркером» на коленях, или в седле с «винчестером», зачехленным под коленом, — это приносило деньги, а с ними и надежды на лучшую работу. Шонто не удивило, когда за ним послали из «Техасской Экспресс» для выполнения «особого задания». Сюрприз мог заключаться в самом задании, но смуглый всадник сильно в этом сомневался. Можно было быть уверенным, что когда «Техасская Экспресс» посылала за Чарли Шонто, от «шанса на продвижение» уже отказались и армия США, и рейнджеры, не говоря уж о Уэллс-Фарго, Сухопутной Почте или любом другом крупном дилижансном объединении.
Шонто снова поцокал языком, обращаясь к кауро-гнедому, на котором ехал.
— Сразу за поворотом, Пострел, — ухмыльнулся он запыленным ртом, — постой для тебя и пули для меня.
Пострел, длинный худощавый конь, чистый тигр, который выглядел настолько злобным и норовистым, что казалось, мог жевать камни, не выплевывая сердцевины, повел злобным глазом на хозяина, дернув потрепанным кончиком левого уха. Если у него и имелись какие-то более пространные комментарии, кроме этого, исполненного гонористого презрения, они потонули в лени.
Не успело еще замечание о «пулях» слететь с уст Шонто, как его осыпало внушительным градом на излете. Следом за свинцовым авангардом последовали звуки выстрелов — разрозненные винтовочные залпы.
Инстинктивно он взбодрил Пострела шпорами, и сухопарый мерин, словно скакун на короткие дистанции, рванул к ближайшему повороту. Но едва оказавшись за ним, Шонто осадил коня. За Рио-Гранде растрепанная толпа мексиканских «нерегулярных» практиковалась в меткости, стреляя по черному предмету, пересекающему стремнину. Первой реакцией Шонто было облегчение — стреляли не в него. Второй — естественное любопытство: во что же они палят? И тут его утомленному взору открылось нечто, от чего губы его сурово сжались. То был ребенок, плывущий с той стороны к американскому берегу.
Ночь в Эль-Пасо близилась к концу. В конторе «Техасской Экспресс» ожидали три человека. Задернутые наглухо занавески, притушенный свет лампы, беспокойные взгляды, бросаемые на стенные часы, тикающие на станционной конторке, — все это говорило красноречивее самых громких речей.
— Эх, хотел бы я, чтоб Шонто был уже здесь, — сетовал агент «Экспресса» Диймс Хартер. — Не в его привычках опаздывать. В ночной темноте Ортега мог перейти реку и застать его врасплох.
Второй человек, плотный, в костюме восточных штатов, спокойный и слегка отчужденный, покачал головой.
— Шонто не того сорта, чтобы его застать врасплох, Диймс. Вы забываете, что он прежде уже работал со мной. Так что выбор на него пал не совсем случайно.
Диймс Хартер напрягся:
— Это не значит, что Ортега тоже случайно выскочил из-под сомбреро!
Шериф Носеро Кейси, последний из троих, кивнул головой, соглашаясь:
— Диймс прав, мистер Хэллоран. Дело не в том, что Чарли опаздывает. Просто это на него не похоже. Если Ортега и вправду слыхал, что мы послали за Чарли Шонто… — Он прервал себя, нахмурившись.
— Но ведь не оттого же, — быстро прервал его Хэллоран, — что Шонто опаздывает, вы так беспокоитесь, не правда ли? Я на вас рассчитывал, шериф. Ведь не мог же я импортировать из США кучу полицейских. Надеюсь, вам не знобит ноги?
— Нет, сэр. Меня беспокоят только соображения здравого смысла. Эта работа выбивается из моей юрисдикции. Правительству следовало послать войска или кого-то еще, чтобы ее выполнить. Она слишком серьезна.
Хэллоран снова затряс головой.
— Правительство США не может ни ногой ступить на тот берег реки, шериф. Вы это знаете. Таков закон. Вот почему мы и призвали вашего «особого агента». Мистер Шонто — человек, знающий закон. Он ценит их достоинства — и принимает тот вызов, который они бросают.
— Да-да, это-то меня как раз весьма интересовало, — протянул шериф. — Но не буду спорить.
— А-а, ну хорошо. Видите ли, нет такого закона, который запрещал бы «Техасской Экспресс» переправить груз, подобный нашему драгоценному «Объекту № 13», в Толтепек. Скоро такие операции будут происходить ежедневно — после того, как новую линию, Центрально-Мексиканскую, дотянут до этого города.
Агент Диймс Хартер стоном прервал этот оптимистический монолог.
— Великий боже, мистер Хэллоран, что пользы толковать о том, что мы можем переправлять, когда эта растреклятая Центрально-Мексиканская железка станет регулярно бегать между Толтепеком и Мехико-сити? Они еще даже не проделали ни одного пробного рейса по этой новой линии, о которой я только и слышу. И эти чертовы шпалы до Толтепека пока что еще источают сок живых деревьев!
Массивная челюсть Хэллорана приняла вызывающий вид.
— А вам тоже зазнобило ноги, Диймс? Я-то думал, что мы уже обо всем договорились относительно нашего дела. В чем же проблема?
Агент Диймс воззрился на вопрошавшего так, словно того покинули последние из немногих проблесков разума, какой изначально имелся в наличии у оперативников правительственной секретной службы.
— В чем дело, вы говорите? Ах, да почти что ни в чем, мистер Хэллоран! Вы всего лишь просите нас доставить этот ваш бесценный «Объект № 13»к железнодорожной ветке на Толтепек, что в Мексике, за пятьдесят миль на тот берег реки, сегодня ночью, и никак иначе, как прямиком сквозь всю северную половину лойялистской армии герильясов, гарантируя посадку на поезд в Толтепеке, в целости и сохранности, телом и духом, а затем возвратиться с ухмылками да пожиманьем плеч, приговаривая: «И всего-то ничего! Дело привычное!» Мистер, вы не просто с ума сошли — вы сумасшедший с большой фантазией.
— Значит, дело настолько дрянь, да?
— Чертовски к тому близко, — вставил шериф Кейси. — Мы не знаем, окажется ли мексиканский поезд в Толтепеке вовремя. Мы даже не знаем, есть ли вообще какой-либо поезд у этих диких кофейных бобов с вытаращенными глазами. Все, что мы знаем, — это утверждение представителей правительства, то есть ваше, будто у них есть поезд, что он будет ждать в Толтепеке, если мы доставим туда этот «Объект № 13». Ну, а это довольно сильно растяжимое «если».
Хэллоран был осторожен. Он знал, что только эти местные жители, техасцы, которым ведомы след каждого койота и каждая лисья тропа, ведущая в Чихуахуа, смогут осуществить доставку «Объекта № 13». Поэтому здесь очень важно было взять верный тон.
— Если уж мы осуществили доставку «Объекта» сюда за пять тысяч миль, шериф, то «Техасская Экспресс», уж конечно, в состоянии обеспечить доставку на оставшиеся пятьдесят до Толтепека.
— Ха! — воскликнул Диймс Хартер. — У вас больше веры в «Техасскую Экспресс», чем у нас. Собственно, речь идет о сорока девяти милях. И как агент компании, я гарантирую доставку вашего бесценного груза не больше чем ровным счетом на одну милю, то есть отсюда до Рио-Гранде. По ту сторону я не дам и пяти центов за ваш шанс сесть на этот поезд в Толтепеке. Если вообще в Толтепеке есть поезд.
Хэллоран невозмутимо покачал головой.
— Строго говоря, я полагаюсь не на собственную веру в «Техасскую Экспресс», Хартер. Мы все делаем ставку на Чарли Шонто.
— Верно, — заметил едко Диймс Хартер. — И в данную минуту ставка на Чарли Шонто выглядит довольно бледно.
— Ну, во всяком случае, — вмешался шериф Носеро Кейси, переместившийся к окну, чтобы снова взглянуть на улицу, — она выглядит подмоченной. Вон идет наш специальный коммивояжер, и сдается мне, будто он уже побывал на той стороне реки. С него все еще течет ручьем.
Хэллоран и Хартер присоединились к нему, всматриваясь в щелку сквозь задернутые занавески. Первым опомнился агент компании.
— Господи боже, — выдохнул он. — Что это он тащит на спине?
Шериф Носеро Кейси прищурился.
— Ну, — сказал он, — свет огней Эль-Пасо — не лучшие условия делать ставки, но если мне позволят сделать примерную догадку на таком расстоянии, да еще в темноте, я бы сказал, что это насквозь промокший и весьма малорослый для своего возраста индейский мальчуган из Чихуахуа.
В зашторенном помещении «Техасской Экспресс» вновь воцарилась тишина. Момент первых приветствий остался позади. Шонто и Хэллоран бегло припомнили совместный опыт былых времен войны между Севером и Югом, и предмет этот очень быстро подвел к тому моменту, когда все замолкают, отдавая себе отчет в том, что теперь будут произнесены слова, за которые платят деньги. Шериф Кейси, агент Хартер, Шонто и даже малолетний Чамако Диас — все смотрели на Хэллорана.
— Ну вот что, Чарли, — сказал этот последний, — мы послали за тобой не для того, чтобы повспоминать о переделках, в которых тебе когда-то довелось побывать. — Он позволил себе небольшую гримасу, которая могла сойти за улыбку, и чуть смягчила грубоватые черты его лица. — Но я, право же, подумал, что краткое упоминание о наших прежних связях поможет подготовить тебя к нынешнему заданию.
— Другими словами, мистер Хэллоран, вы полагаете, будто вашей ирландской лести удастся усыпить мой здравый смысл. — Значение ухмылки Шонто понять было нелегко. Она была жесткой как кремень, но непонятным образом согрета его добродушием или, по крайней мере, признанием жизни как она есть и чем движется. — Но вы напрасно растрачиваете свой пыл, — закончил он. — С тех пор, как на вашей службе я перестал ходить в тыл конфедератов, я дважды уже праздновал день рождения, и теперь меня не завербуешь просто ради похлопывания по спине, которым удостоят меня сограждане. С той поры, как война закончилась, я убедился, что на признательность правительства не купить и кисета табаку «Булл Дарем». Но так и знайте: это не к тому, что я сожалею о службе в «молчаливом департаменте». Просто не хочется кричать повсюду о своем геройстве. Особенно, если ты совершил великие дела во имя Севера, а потом вернулся зарабатывать себе на хлеб на Юге. Когда живешь в Техасе, мистер Хэллоран, не особенно стремишься напоминать местным жителям, что получал жалованье зелеными купюрами северян. Компренде?
Хэллоран быстро кивнул.
— Не будь ослом, Чарли, — сказал он. — Эти джентльмены, Хартер и шериф Кейси, были тщательно проверены, прежде чем мы упомянули твое имя. Они не испытывают мук по поводу потерянного Дела Юга. Мы можем забыть отныне о твоей миссии военных лет.
— Очень признателен, что вы сообщили мне об этом, мистер Хэллоран. Да только вот я почему-то все время о ней вспоминаю. Между прочим, другой раз еще просыпаюсь в холодном поту. А теперь, значит, я могу об этом и позабыть. Здорово, правда?
— Шонто, — жесткое лицо Хэллорана вновь стало холодным, — подойди сюда, к окну. Я хочу кое-что тебе показать.
Он взял с конторки Хартера бинокль, и Шонто последовал за ним к задернутой занавеске. Там Хэллоран передал бинокль ему и тихо сказал:

Самый высокий индеец в Толтепеке - Уилл Генри -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Самый высокий индеец в Толтепеке на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Самый высокий индеец в Толтепеке автора Уилл Генри придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Самый высокий индеец в Толтепеке своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Уилл Генри - Самый высокий индеец в Толтепеке.
Возможно, что после прочтения книги Самый высокий индеец в Толтепеке вы захотите почитать и другие книги Уилл Генри. Посмотрите на страницу писателя Уилл Генри - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Самый высокий индеец в Толтепеке, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Уилл Генри, написавшего книгу Самый высокий индеец в Толтепеке, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Самый высокий индеец в Толтепеке; Уилл Генри, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...