А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Перуц Лео

Маркиз де Боливар


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Маркиз де Боливар автора, которого зовут Перуц Лео. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Маркиз де Боливар в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Перуц Лео - Маркиз де Боливар без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Маркиз де Боливар = 140.14 KB

Маркиз де Боливар - Перуц Лео -> скачать бесплатно электронную книгу



Перуц Лео
Маркиз де Боливар
Лео Перуц
МАРКИЗ ДЕ БОЛИВАР
Перевод с немецкого К.К.Белокурова
ПРЕДИСЛОВИЕ
Незадолго до начала франко-прусской войны 1870 года в Дилленбурге, маленьком городке тогдашнего герцогства Нассау, скончался дворянин-землевладелец Эдуард фон Йохберг. Это был чудаковатый старый господин, почти патологически молчаливый и скупой на слова. Большую часть года он проводил в своем имении. Лишь в последнее время болезни вынудили его переселиться в городок.
Никто из тех немногих, кого господин фон Йохберг удостаивал общения, а он вообще предпочитал общество лошадей и охотничьих собак - не подозревал, что фон Йохберг - старый военный, участвовавший в молодые годы в нескольких походах Наполеона I. Старик никому не рассказывал о своих впечатлениях той далекой поры. И все знавшие его были страшно удивлены, когда в его архиве, который он содержал в идеальном порядке, обнаружилась опечатанная стопка тщательно прошнурованных листов, которые - как оказалось при просмотре - содержали воспоминания лейтенанта Йохберга об испанской войне Наполеона I.
Впечатление, которое произвела эта находка во всей провинции Нассау и сопредельном с ней великом герцогстве Гессенском, было чрезвычайным. Местные газеты помещали сообщения и выдержки из мемуаров фон Йохберга, профессиональные историки принялись за их изучение, наследников племянника Вильгельма фон Йохберга, приват-доцента в Боннском университете, и старую даму, фрейлейн фон Гартунг в Аахене, - осаждали издатели и журналисты; короче говоря, мемуары Эдуарда фон Йохберга были у всех на устах, и даже война, разразившаяся вскоре, не вполне уничтожила общественный интерес к ним.
Дело в том, что в этих мемуарах освещалась весьма темная и до тех пор вовсе не проясненная страница отечественной военной истории; уничтожение двух немецких полков, "Нассау" и "Наследный принц Гессенский", служивших Наполеону во время испанской войны 1807-1813 годов.
Об этом эпизоде испанской кампании зимы 1811-1812 годов почти не упоминалось в специальной литературе. Август Шербах, капитан гессенской армии, известный историограф войн наполеоновской эпохи, уделил этой трагедии всего лишь полторы строчки в своей монографии об испанской войне. Доктор Герман Шварце, профессор истории дармштадтского лицея, тщательно изучивший участие гессенских войск в походах Наполеона, вообще не упоминает о факте поголовного уничтожения двух полков Рейнского союза. Вопрос об этом обойден молчанием и в обстоятельных трудах Ф. Краузе, Г. Лейстиков и Фишер-Тюбингена; и только одна, изданная анонимно и, вероятно, принадлежащая перу отставного баденского офицера - участника испанской войны,-историко-критическая статья "Рейнские войска в Испании. Вклад в стратегию безумия" (Карлсруэ, 1826 г.) содержит подробное описание катастрофы в Ла Бисбале, но и в ней нет ни единого свидетельства очевидцев, а только материалы переписки французских штабов. Только в этой статье названо имя командира соединения из двух полков, с которым мы встретимся в мемуарах Йохберга, - его звали полковник Лесли.
Сообщения противоположной стороны, естественно, были более обстоятельными. Из числа известных мне больших работ назову воспоминания генерал-полковника дона Сильвио Гаэты, который считал это поражение рейнских частей поворотным моментом в ходе военных действий на севере Испании, ибо оно решающим образом повлияло на дальнейшие операции генерала Куэсты. Далее аптекарь Симон Вентура, написавший кроме "Карманного справочника по грибам", жизнеописания святой Марии из Пацци и тяжеловесной трагедии "Праздник тюльпанов" еще и историю своего родного города Ли Бисбаля, проявил хорошую осведомленность о штурме города партизанами, И Педро д'Ороско упоминает о гибели двух немецких полков в своей - ставшей ныне редкостью - книге "Действия герильи1 в Астурии", но его изложение событий страдает явными неточностями и ошибками.
Для объяснения причин Поразительного факта - уничтожения гарнизона Ла Бисбаля значительно меньшими силами партизан - испанские источники также ничего не дают. И только записки лейтенанта Йохберга пролили свет на странные события в Ла Бисбале.
Если повествование Йохберга верно, то уничтожение полка "Нассау" и приданного ему батальона гессенцев - вероятно, единственный случай в истории войн всех времен - было осуществлено их собственным офицерским составом, причем почти планомерно! Очень трудно в это поверить, хотя в наше время в большом ходу мистика и оккультизм, понятия вроде "самоубийственного психоза" или "внушенной воли". Строгие ученые-историки, конечно, скептически оценили мемуары лейтенанта. Они называли его изображение событий "романтической историей", и я последний, кто станет их оспаривать. И правда - какие критические способности можно признать за человеком, всерьез убежденным, будто он встречал в Испании Вечного Жида!
* * *
Воспоминания лейтенанта Йохберга здесь сокращены примерно до двух третей своего первоначального объема. Многое, что не относится прямо к делу - описания боев у Талаверы и Торре Ведрас, разные экскурсы в историю и разговоры политического, философского и литературного содержания, рассуждения о картинах в ратуше Ла Бисбаля или о родственных связях Йохбергов и капитана графа Шенка цу Кастель-Боркенштейна, - все это исключено при обработке текста.
Итак, предоставим слово лейтенанту Йохбергу, который рассказывает о странных явлениях, пережитых им зимою 1812 года в астурийском горном городке Ла Бисбаль.
Глава I. УТРЕННЯЯ ПРОГУЛКА
Около восьми часов утра мы увидели, наконец, два белых церковных шпиля городка Ла Бисбаль. Мы промокли до шкуры, я и мои пятнадцать драгун, и с нами - полковой адъютант капитан Эглофштейн, прибывший в город для переговоров с алькальдом.
Наш полк выдержал накануне ожесточенный бой с герильясами полковника Сарачо, которого наши люди - уж не знаю, за что, - прозвали Дубильной Бочкой - может быть, за его грузную комплекцию. К вечеру нам удалось сбить с позиций и рассеять мятежников; наша конница преследовала их до лесов, где они укрылись врассыпную, и мы едва не взяли в плен самого полковника Дубильную Бочку, который не мог передвигаться быстро, потому что страдал подагрой.
Потом мы простояли ночь в открытом поле - к досаде моих драгун, которые ругались и злились, что после такого дня им не могут дать хотя бы ночлега на сухой соломе. Я - больше в шутку - пообещал каждому из солдат пуховую постель с шелковой занавеской на следующую ночь, если только мы войдем в Ла Бисбаль, и они успокоились.
Сам я провел часть ночи вместе с Эглофштейном и лейтенантом Дононом в квартире полковника. Мы пили глинтвейн, играли в фараона, чтобы развлечь командира, но он не переставал вспоминать и рассказывать о своей недавно умершей жене, так что нам пришлось отложить карты, слушать и стараться не выдать себя, ибо в полку "Нассау" не было ни одного офицера, который не побывал бы в постели Франсуазы-Марии...
Около пяти утра я отправился с Эглофштейном поднимать моих драгун. "Prenez garde des Guerillas!2" - крикнул вслед мне полковник. Обязанность наблюдать за местностью, разыскивая признаки присутствия герильясов, была самой утомительной, но что делать - я был самым молодым офицером полка.
Но дорога была свободна, мы не столкнулись с мятежниками и не видели их следов. Заметили только нескольких убитых мулов. Подъезжая к деревне Фигеррас, видели и двух мертвых испанцев, которых, очевидно, довезли туда смертельно раненными; один из них был бойцом отряда Сарачо, другой - в униформе полка "Нумансия", и, вероятно, их надеялись довезти до деревни, но смерть настигла их в пути.
Сама деревня Фигеррас была совершенно покинута жителями, все крестьяне вместе со стадами овец ушли в горы. Только в кабачке при выезде из деревни сидели три или четыре испанца. Это были disperses3, бойцы из отряда Сарачо, и они немедленно убежали, завидев нас, а с опушки леса кричали нам: "Muerte a los Franceses!" - "Смерть французам!", но ни они, ни мы не сделали ни одного выстрела. Только один из моих людей, капрал Тиле, крикнул им в ответ: "Вовеки! Аминь, козлы чертовы!"; он вообразил, верно, что "Muerte a los Franceses!" означает что-то вроде "Хвала Иисусу Христу!"
Когда мы подъехали к Ла Бисбалю, нас встретил на дороге местный алькальд, он выехал за городские ворота навстречу конному отряду. Мы слезли с лошадей, он подошел и приветствовал офицеров обычными в таких случаях словами. Город, сказал он, настроен в пользу французов, поскольку герильясы полковника Сарачо причинили горожанам большой ущерб, сожгли немало строений, а в округе угоняли у крестьян скот. В городе лишь очень немногие настроены враждебно к императору, но они ушли к герильясам. Он просил пощадить город, заверяя, что горожане полны желания сделать для храбрых солдат великого Наполеона все, что в их силах.
Эглофштейн коротко ответил, что он лично не может ничего обещать, так как обращение с населением города полностью зависит от полковника. Затем он вместе с алькальдом и его письмоводителем отправился в ратушу, чтобы подготовить расквартирование подразделений полка. Горожане, составлявшие свиту алькальда, в явном страхе, не надевая перед нами свои шляпы, поспешили по домам - к своим женам.
Я с несколькими драгунами занял городские ворота. Расставив посты, я прошел в "посаду" - то есть кабачок, - стоявший перед воротами у самой дороги, чтобы подождать подхода остальной конницы нашего полка за чашкой шоколада, которую хозяин живо приготовил и подал мне.
Но после завтрака я вышел в сад, потому что воздух в тесной комнате провонял жареной рыбой и чесноком. Вернее, это был не сад, а огород, небольшой и плохо ухоженный: хозяин засадил его без всякого порядка луком, чесноком, тыквами и конскими каштанами, но аромат сырой земли и травы после дождя был мне приятен. За огородом сразу начинался большой парк, где высились дубы, ильмы, ореховые деревья, а узкая тропа была обсажена живой изгородью и вела между газонами к пруду, а вдали виднелся белый домик, шиферную крышу которого, блестевшую после дождя, я заметил с большой дороги.
Позади меня шагал мой капрал, вышедший из кабачка с недовольным видом.
- Господин лейтенант! - крикнул он мне. - Утром у нас - суп из скверной сечки, в обед - то же, вечером - хлеб с чесноком. И на таком рационе мы сидим неделями. Если кто из наших реквизирует у крестьянина десяток яиц ~ тут же военный суд. Но вы же обещали нам, что в Ла Бисбале нам накроют столы, поставят в холодную воду лучшее вино и в каждом котелке будет добрый кусок мяса. А теперь...
- Теперь? А что вам подал хозяин?
- Тухлых карасей, по двенадцать штук за грош! - со злостью бросил в ответ капрал и протянул мне мелкого маринованного карасика, каких заготавливают впрок в уксусе с солью и оливковым маслом испанские крестьяне.
- Тиле! - сказал я, улыбаясь. - В Библии написано: все живое, что ходит, летает и плавает, да будет вам в пищу. Так почему бы и не та рыбешка?
Капрал готов был гневно возразить, но не сразу нашелся, чем ответить на мою библейскую цитату. А в следующий миг он прижал палец к губам и схватил меня за руку. Он заметил что-то, что заставило его забыть о рыбе и своем раздражении.
- Господин лейтенант! - шепнул он. - Там кто-то лежит, спрятался за кустами!
Мы оба сразу бросились на землю и бесшумно подползли к забору.
- Это - герильяс! - шепнул капрал над моим ухом.-Там, под кустом.
И я действительно увидел шагах в десяти человеческую фигуру, укрывшуюся в лавровых кустах. Правда, у него не было ни ружья, ни сабли, и могло быть только спрятанное под одеждой оружие - пистолет или нож...
- Вон еще один. И там - тоже! И там, и там! Да их тут дюжина целая! Что за дьявольскую штуку они задумали?
Да, за стволами ильмов и ореховых деревьев, за живой изгородью, на поляне - всюду я разглядел лежащих или сидящих на корточках людей. И, очевидно, никто из них нас не заметил.
- Я сбегаю в кабак и приведу наших! У герильясов тут - засада. Наверное, и Дубильная Бочка где-то недалеко! - прошептал Тиле.
В то же мгновение я увидел высокого старика в бархатном плаще, который спокойно вышел из ворот ограды белого особняка и начал медленно спускаться по ступеням парковой дорожки, низко склонив голову.
- Они ждут его, готов поспорить, - прошептал я и вынул пистолет.
- Эти бандиты хотят его убить! - прошипел капрал.
- Если я прыгну через забор, следуй за мной, саблю наголо! - приказал я; тут же один из людей поднялся из-за кучи песка и приблизился сзади к старику.
Я поднял пистолет и прицелился. Но через секунду опустил оружие: мы увидели признаки странного поведения, какое мне уже случалось видеть раньше. Брат моей матери был врачом в доме умалишенных в Киссингене, мальчиком я раза два гостил у него. Должно быть, подумал я, в этом особняке лечебница для умалишенных... Ибо за шаг до старого господина тот человек встал как вкопанный, снял шапку и крикнул неестественно громко:
- Господин маркиз де Болибар! Желаю доброго утра, ваша светлость!
В следующую секунду еще одна фигура - лысый долговязый мужчина, по виду - погонщик мулов, - поднялся на негнущихся ногах к старику и, кланяясь, закаркал:
- Мое почтение, господин маркиз! Да проживете вы тысячу лет!
Но самое странное было то, что старик словно не замечал этих людей и не слышал их приветствий. Он подошел ко мне ближе, и я смог разглядеть его лицо. Оно казалось слишком застывшим и безразличным. Волосы были совершенно седые, лоб и щеки - бледные. Глаз старик не поднимал, и все же я никогда не забуду его резкие, почему-то - даже пугающие черты...
И когда он шел дальше, со всех сторон вскакивали люди, один за другим подбегали к нему и кричали:
- Ваш покорнейший слуга, господин маркиз! Добрый день, господин маркиз! Как здоровье вашей милости? Мое почтение, высокородный господин!
Но маркиз был одинок среди этой лакействующей толпы, которая роилась вокруг него, словно мухи у тарелки с медом; он никак не откликался на назойливые приветствия, лицо его оставалось неподвижным, будто весь этот угодливый шум относился не к нему, а к кому-то другому, невидимому для меня.
Мы с капралом смотрели на этот странный спектакль, широко раскрыв рты. Вдруг из-за кустов выскочил маленький лохматый парень, короткими шажками словно танцмейстер - приблизился к старику, остановился, зашаркал ногой, как курица в навозе, и заговорил на ломаном французском:
- О, смотрите, мой друг Болибар! Рад встретить вас!
Но и этого, представлявшегося другом маркиза, старик не удостоил даже взглядом. Он шагал, погруженный в свои размышления, одинокий, потом повернул к особняку, поднялся по ступеням и исчез в темном проеме дверей, так и не издав ни звука.
Поднявшись с земли, мы смотрели на окружавших маркиза людей, которые сбились в кучки и, покуривая, болтая между собой, рука об руку пошли вслед за своим господином во двор особняка.
- Эх, что же это все, к черту, значит?! - обратился я к капралу.
Он чуточку подумал.
- Это испанцы из высшей знати, - предположил он, - все надуты важностью и всяко изображают печаль. Это их манера...
- А я думаю, этот маркиз де Болибар должен быть просто явным идиотом, и его люди ведут себя с ним как с идиотом и насмехаются над ним. Хозяин, конечно, объяснит нам, почему все эти садовники, кучера, конюхи и лакеи так торжественно встречают господина маркиза, а он нимало не благодарит их за это!
- Может быть, сегодня они празднуют день его святого, - отозвался капрал. - Если вы справитесь, я останусь на воздухе, мне неохота заходить в это мышиное гнездо, там и скатерть изодрана, как наше полковое знамя после штурма Талаверы, а на полу натоптано столько навоза, что хватило бы на все испанские поля до самой Малаги!
Он остался перед дверями, а я направился к владельцу "посады", который у плиты поджаривал тонкие ломтики хлеба в масле. Хозяйка устроилась на полу, мешая угли в камине, причем вместо кочерги она орудовала старым ружейным стволом.
- Кому принадлежит особняк там, перед воротами? - спросил я.
- Уважаемому человеку, - ответил хозяин. - Самому богатому и знатному человеку нашей провинции.
- Да я и сам вижу, что такой дом - не для гусей и козлов! - усмехнулся я. - Но как зовут владельца? Хозяин глянул на меня недружелюбно.
- Дом принадлежит его светлости, высокородному господину маркизу де Болибару, - пробурчал он.
- Маркиз де Болибар! - повторил я. - Этот высокомерный господин, который чересчур гордится своей знатностью?
- О нет, да как вы такое подумали? Самый приветливый и благосклонный к людям господин, несмотря на высокое происхождение! Истинно скромный христианин и вовсе не гордый, он с последним водоносом на улице беседует так же приветливо, как со священником!
- Но, верно, - возразил я, - он не в полном рассудке. Уличные мальчишки, должно быть, бегают за ним - мне так рассказывали. Дразнят его, окликают по имени, высмеивают между собой...
- Сеньор кабальеро! - испуганно возмутился хозяин. - Кто вам мог сказать такую чушь? Да в провинции не найти человека умнее, позвольте вам сказать. Крестьяне из всех деревень округи приезжают к нему, когда у них бывают затруднения - со скотом, или с женами, или из-за высоких налогов. Он всем дает советы, а если надо - помогает деньгами!
Эти слова хозяина никак не вязались у меня с той сценой, свидетелем которой я был только что. Образ старика, безразлично шествующего среди толпы шумно приветствующих его лакеев, стоял у меня перед глазами. Я хотел было рассказать хозяину о том, что видел. Но туг до моих ушей донеслась трель горна, а затем - и стук копыт. Я вышел и увидел всадников.
Наш полк прибыл. Гренадеры, грязные и покрытые потом после многочасового марша, рассаживались прямо на землю у дороги. Офицеры спрыгивали с лошадей и звали своих денщиков. Я подошел к полковнику и отдал рапорт.
Полковник выслушал меня весьма небрежно. Он осматривал местность, соображая, как лучше обустроить линию укреплений, и мысленно возводил земляные валы, бастионы, минные траншеи и редуты для обороны города.
Около повозки с вещевыми мешками офицеров стоял капитан Брокендорф. Я подошел к нему и сразу же рассказал об удивительной утренней прогулке маркиза де Болибара. Он выслушал меня, недоверчиво покачивая головой. Но лейтенант Гюнтер, присевший рядом на походное ведро, заметил:
- Среди этих испанских аристократов попадаются удивительные чудаки. Они не могут наслушаться своих бессчетных, красиво звучащих имен, которые так длинны, что за то же время можно прочитать "Отче наш". Им доставляет удовольствие целый день выслушивать из уст своих лакеев свой полный титул. Когда я жил в Саламанке на квартире у одного графа де Вейра...
И он рассказал сцену, которую наблюдал в доме гордого испанского аристократа. А лейтенант Донон вдруг вмешался;
- Болибар? Ты говоришь, его зовут Болибар? Но ведь и наш маркезино был тоже Болибар!
- И правда, как это я забыл! - вскричал Брокендорф. - И он же мне рассказывал, что у его родственников есть имения около Ла Бисбаля!
В нашем полку служил добровольцем молодой знатный испанец, один из немногих среди своей нации, кого увлечение идеями свободы и равенства перед законом привлекло на сторону Наполеона и Франции. Со своей семьей он порвал совершенно и сообщил о своем подлинном имени и происхождении только двум-трем товарищам. Но испанские крестьяне знали его и звали "маркезино" он был небольшого роста и хрупкого сложения, - и под этой кличкой его знал весь полк. Несколько дней назад он погиб в бою с герильясами, и мы похоронили его на кладбище деревни Баскарас.
- Нет сомнения, Йохберг, - продолжал Донон, - этот ваш маркиз де Болибар - родственник нашего маркизика. И наш долг - сообщить старому маркизу - конечно, осторожно, самым щадящим образом - о смерти нашего храброго товарища. Не желаете ли сделать это сами, Йохберг, раз вы уже знаете господина маркиза?
Я отдал честь и направился с одним из моих солдат к особняку аристократа, обдумывая по дороге, с какими словами мне подобает к нему обратиться и как смягчить жестокое известие.
Особняк от дороги отделяла стена, но в ней было несколько проломов, так что сократить путь не составило труда. Когда я приблизился к зданию, внутри послышались крикливые не то жалобные, не то возмущенные голоса. Я постучал в дверь.
- Кто там? - спросили изнутри, и шум сразу стих.
- Мирные люди, - ответил я.
- Какие люди?
- Я - немецкий офицер.
- Ave Maria purissima!4 Это - не он, - жалобно воскликнул голос за дверью.
Дверь отворили, и я вошел в дом.
Я стоял в передней и смотрел на слуг, тех самых, которых уже видел в парке. Тот лохматый малый, что называл маркиза своим другом, тоже был здесь и подошел ко мне своей танцмейстерской походкой. Он раскраснелся от волнения как вареный рак и горделиво представился мне гофмейстером и управляющим имения господина маркиза.
- Но я хотел бы поговорить с маркизом лично! - возразил я.
Гофмейстер набрал полную грудь воздуха и забавным жестом схватился за виски.
- Господина маркиза? - простонал он. - О, милосердный Боже! Боже милосердный!
Он сделал короткую паузу и продолжил:
- Господин лейтенант, или господин капитан, или как вас называть? Увы, господина маркиза нет дома...
- Как - нет дома? - строгим тоном спросил я. - Полчаса тому назад я видел его в парке!
- Да, полчаса назад, - а теперь он исчез... И гофмейстер тут же обратился к человеку, только что вошедшему в переднюю:
- Паскуаль! Ты был на конюшне? Которой лошади там недостает?
- Все лошади на месте, сеньор Фабрисио.
- И верховые Иноходец Капитан и Сан Мигель? И Эрмоса - тоже в деннике?
- Все на месте, - заверил конюх. - Ни одной не брали...
- Тогда - помоги нам Бог, святая Дева и все святые... С нашим господином случилось какое-то несчастье, он исчез...
Я вмешался:
- Когда вы в последний раз видели господина маркиза?
- Около получала назад, в его спальне, он там стоял и смотрел в зеркало. А я должен был, как у нас заведено, поминутно заглядывать в комнату и спрашивать маркиза о самочувствии; то я спрашивал, как господин провел ночь, то изображал его друга из Мадрида: "Небо да приветствует тебя, Болибар! Как ты доехал?" И это я повторял несколько раз, пока он изучал свое лицо перед зеркалом...
- А сегодня утром в парке?
- О, господин маркиз был сегодня очень странный. Нам всем велел спрятаться в кустах, окликать его и приветствовать. Один Бог знает, что имел в виду наш господин, но только он никогда и ничего не делает без цели и смысла...
Тем временем пришел садовник со своими помощниками. Гофмейстер обратился к ним и строго спросил:
- Вы еще ждете здесь? Вы должны выкачать воду из бассейна, и поскорее! - И - уже мне - добавил со вздохом: - Дай Бог, чтобы мы смогли его по-христиански и с честью похоронить, если найдем его тело на дне бассейна...
* * *
Я покинул дом и сообщил товарищам, что я услышал. Пока мы громко обсуждали дело, нас окликнул один офицер, который лежал на соседней повозке, - он был ранен в последнем бою.
- Болибар? - вскричал он резко. - Кто тут говорит о маркизе де Болибаре?
Офицер был одет в униформу другого полка, но я его знал. Это был лейтенант фон Рон из ганноверских гусар, с которыми мы были прошлым летом расквартированы в одной деревне. У него в груди сидела испанская пуля.
- Это я говорил, - отозвался я. - Кто такой маркиз де Болибар? Вы его знаете?
Он смотрел на меня испуганно. Глаза лихорадочно засветились.
- Схватите его, и скорее! - вскрикнул он страдальческим голосом. - Или он всех нас уничтожит!
Глава II. ДУБИЛЬНАЯ БОЧКА
Лейтенанта фон Рона из ганноверского полка через два дня переправили на лечение в пригородный монастырь Санта Энгрессия, который мы сразу по приходе в Ла Бисбаль превратили в госпиталь. За это время наш полковник и капитан фон Эглофштейн расспросили фон Рона во всех подробностях о его встрече с полковником Сарачо - Дубильной Бочкой - и маркизом де Болибаром. Раненый не всегда был в ясном сознании, и все же из его сбивчивого рассказа мы уяснили, что в ночь после большого боя с герильясами в его присутствии в часовне святого Роха около деревни Баскарас происходило совещание между Сарачо, маркизом де Болибаром и английским капитаном Уильямом Коллагеном, офицером связи англичан при отряде герильясов. Его сообщение дало полное представление о характере и способностях старого маркиза и о том, чего мы должны остерегаться со стороны этого опасного врага Франции и императора.
Лейтенант фон Рон был командирован полковником ганноверцев с важными бумагами - списками наличного состава полка, штабным расписанием офицеров и другими - в штаб маршала Сульта, находившийся в Форгосе,-послан, потому что субинспектор бригады не хотел выплачивать полку денег. Так как между главной квартирой четвертого корпуса маршала Сульта и расположением бригады генерала д'Ильера в это время находились отряды инсургентов, которые занимали и Ла Бисбаль с окрестностями, лейтенант фон Рон был вынужден избегать удобной проезжей дороги и пробираться лесными и горными тропами, ведущими в сторону Форгосы.

Маркиз де Боливар - Перуц Лео -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Маркиз де Боливар на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Маркиз де Боливар автора Перуц Лео придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Маркиз де Боливар своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Перуц Лео - Маркиз де Боливар.
Возможно, что после прочтения книги Маркиз де Боливар вы захотите почитать и другие книги Перуц Лео. Посмотрите на страницу писателя Перуц Лео - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Маркиз де Боливар, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Перуц Лео, написавшего книгу Маркиз де Боливар, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Маркиз де Боливар; Перуц Лео, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...