А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Зола автора, которого зовут Биргер Алексей. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Зола в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Биргер Алексей - Зола без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Зола = 60.52 KB

Зола - Биргер Алексей -> скачать бесплатно электронную книгу



Биргер Алексей
Зола
АЛЕКСЕЙ БИРГЕР
ЗОЛА
1
Труба дымила. Дым поднимался так высоко, что порой казалось, будто его плотный столб тянется выше небес, становясь канатом между землей и небом канатом на удивление непрочным и ненадежным, несмотря на его неимоверную толщину, канатом, подняться по которому способны лишь те, кто уже не чувствует веса своего тела. Или для них это было не канатом, а башней, с различимыми и для земного глаза винтовыми лестницами в полупрозрачных стенах?
А там, внизу, в здании, из которого тянулась труба, два мужика распахнули дверцу печи и задвинули в неё очередной гроб.
В столбе дыма наметилось темное пятно, поднимающееся все выше и выше. На мгновение из-за туч выглянуло солнце, низкое зимнее солнце, столб дыма порозовел, и темное пятно сделалось густо розовым, с черными крапинками и штришками. Потом оно погасло и исчезло, вместе с опять перекрытом облаками солнечным лучом.
В стену крематория замуровывали очередную урну, устанавливали скорбную табличку. А на той части кладбища, где умершие становятся не ветром и пеплом, а возвращают прах праху, где могилы, кресты, памятники и ограды, бродил человек. В руках он держал букетик цветов и, вроде бы, искал какой-то участок. Кружил он в основном вокруг того квадрата, где могильщики рыли яму, готовясь к новым похоронам. Наконец, он "нашел" "свою" могилу неподалеку от работавших могильщиков, могилу не очень ухоженную, но и не запущенную, снял сумку с плеча, достал "чекушку" и пластмассовый стаканчик, устроился на утлой скамеечке, и стал потихоньку выпивать на помин души.
Между стопочками, он умудрился сделать несколько быстрых фотоснимков: и участка, на котором работали могильщики, и нескольких прилегающих участков, и нового высотного дома за пустырем, глядевшего одной стороной на кладбище.
Особенно его заинтересовал небольшой бачок от мусора неподалеку от могильщиков. Он сделал два или три снимка этого бачка. Приложив ладонь козырьком к глазам, поглядел на новостройку, окна которой отсверкивали на солнце, что-то прикинул. Перевел взгляд на могильщиков, мысленно отметил заснеженный участок рядом. При этом он не забывал периодически выпивать, сохраняя на лице скорбное и постное выражение.
Свои называли этого мужика Жихарь. Сейчас у него было ответственное задание: предстояло устранить одного крупного человека, который был почти неприступен, но на грядущих похоронах должен был появиться наверняка. И если бы вместе с этим человеком удалось отправить на тот свет пару-тройку его приближенных, было бы совсем хорошо.
Допив "чекушку", Жихарь взял её за горлышко, вышел на аллею и опустил в мусорный бачок, так привлекший его внимание. Никто - ни могильщики, ни случайная старушка - даже не оглянулся. Значит, не заметят, если он кинет в бачок и что-нибудь другое - мусор, завернутый в газету, например.
Он задержался у участка на котором работали могильщики.
- Трудитесь, ребята? - спросил он. - Да, в такой морозец не разленишься.
Могильщики, притормозив со своей работой, увидели нормального поддатенького мужичка.
- Тут вообще не разленишься, - сказал один из них, опираясь на лопату и переводя дух. - Знаешь, кого хоронят? Лучше и говорить не буду. И не буду говорить, сколько нам обещано за работу - ну, чтобы все, значит, было тип-топ. За такие деньги поневоле запрыгаешь.
- Ага... - Жихарь глуповато ухмыльнулся. - Какого-то бандюгу сюда положат? Или банкира?
- И то, и другое, - ответил второй могильщик. - Сам знаешь, сейчас одного от другого зачастую не отличишь.
- В общем, хрен его разберет, как его называть. Его ж по имени знали, а не по профессии, - добавил третий могильщик. - Главное, что деньги платят.
- Это верно, - кивнул Жихарь. - Пусть хоть их смерть на пользу людям пойдет. Так?
- Так, - охотно согласились могильщики.
- Ну, бывайте, ребята, - Жихарь пошел дальше, и могильщики мгновенно забыли о нем.
2
...Девушка выскочила из квартиры, метнулась к лифту, протянула руку к кнопке вызова, потом, передумав, помчалась вниз пешком, по лестницам. В её ушах стоял нарастающий гул, в этот гул надтреснутыми металлическими ударами вплетались людские крики, и она не могла понять, мерещится ей это или эти звуки поднимаются извне, закипающим прибоем смятения и страха. То ли она сходила с ума, то ли мир, вокруг нее.
За окнами лестничных клеток стояла тьма. Еще было не так поздно, но ведь зимой темнеет рано. И, по контрасту с освещенным подъездом, сумерки на улице - густые, но ещё не непроглядные - казались глухой ночью.
На площадке между первым и вторым этажами она остановилась, отдышалась, поглядела вниз.
Даже сейчас, когда черты её лица были перекошены страхом, можно было разглядеть, что девушка красива - красива той грубоватой чувственной красотой, которую можно было бы даже назвать чуть не по возрасту чувственной, и поэтому, наверно, среди сверстников особым успехом девушка не пользовалась; лишь самым "заряженным" из них дано было смутно распознавать, что, когда это наливное яблочко войдет в полный сок и заиграет изнутри душистым янтарным сиянием, то обещание жаркого лона, аурой окутывающее такую красоту, будет сводить мужиков с ума. Но даже те, кто уже ощущал эту ауру, ранним мужским инстинктом, чуть стыдились, возможно, влечения, которое испытывали к этой слишком "старообразной" - лишенной обаяния юношеской свежести и потому проигрывающей до поры своим менее красивым сверстницам - девушки. Стыдились, потому что слишком мечтали это влечение удовлетворить - утолить не по возрасту грубо и резко - и одновременно подсознательно боялись, что не смогут соответствовать в мужской силе тому пламени, которое сами высвободят из-под спуда. Страх опозориться - один из самых частых комплексов подростков, размышляющих и пытающихся представить, как это впервые с ними произойдет.
На первом этаже никого не было, и девушка, взяв себя в руки, на цыпочках спустилась вниз, приоткрыла дверь подъезда. У неё было полное ощущение, что за дверью должен кто-то стоять, и этот кто-то схватит её сейчас железной хваткой и уже не отпустит.
Но за дверью никого не было. Народ, толпившийся неподалеку, не обращал внимания на подъезд. Окружив что-то, люди галдели и показывали вверх, на одно из окон верхних этажей.
Там, внутри этой группки, все увеличивавшейся, можно было различить что-то темное. С одного краю группка попадала в круг света, падавший от высокого фонаря, и на освещенном кусочке тротуара было видно, как по снегу расползается красное пятно, захватывая все большее пространство вокруг темного нечто. Люди старательно сторонились этого пятна. На секунду, когда кто-то резко подался в сторону, на темном нечто что-то сверкнуло - вроде, прядь волос, то ли золотистых, то ли казавшихся золотистыми в отраженном ими свете, но с расстояния трудно было сказать.
Ей вдруг почудилось на миг, что темное пятно шевельнулось и протяжно позвало ее: "Вии-икааа!.." Девушке пришлось сделать над собой усилие, чтобы не зажать непроизвольно уши.
Секунду помедлив, эта девушка, Вика, выскользнула из подъезда и, не оглядываясь, пошла в сторону, противоположную той, где толпились потрясенные люди. Она отошла, наверно, метров на сто, когда услышала вдали звук сирены...
3
Приблизительно в это же время хмурый мужик средних лет, выглядевший старше своего возраста, заканчивал сборку взрывного устройства. Он сидел в неприбранной комнате, за старым столом, крышка которого, светлого полированного дерева, была вся в царапинах и в разводах от пролитых химикалий, в кружочках от горячих металлических кастрюль и подстаканников, которые без зазрения совести ставили прямо на стол. Но насколько неухожена была мебель, насколько царило в комнате запустение, настолько аккуратно и четко все было разложено на столе. Человек работал, не совершая ни одного лишнего движения. Он был профессионалом своего дела, одним из лучших. Можно сказать, что он жил своей работой, чувствуя себя творцом, почти равным Богу. Правда, Бог умел творить и жизнь, и смерть, а этот человек - только смерть. Что ж, его устраивало такое равенство наполовину.
Закончив сборку, он бережно положил изделие в коробку из-под обуви и снял очки. Он стеснялся очков и надевал их только тогда, когда его никто не видел. Очки чуть портили образ хмурого и сурового творца смерти без нервов и комплексов, который он старательно пестовал. Поэтому он никому не позволял присутствовать при своей работе. Впрочем, он никому не позволял присутствовать и тогда, когда ещё не нуждался в очках. И не только из чисто практических соображений - что заказчик-остолоп мог сунуть нос не туда, куда надо, и все напортить. Скорей, он не хотел, чтобы кто-либо разглядел потаенную страсть, с которой он работал над каждым заказом. Ему не хотелось, чтобы эту страсть прочти в его скупых бережных движениях, в почти чувственных ласковых прикосновениях, с которыми он монтировал тончайшие детали и присоединял тончайшие проводки. Для него это было как близость с женщиной и даже больше, чем близость с женщиной. Женщины его не интересовали. Всю жизнь он был влюблен только в смерть, которую творил своими руками. Ну, может, он ещё любил деньги - очень большие деньги которые ему платили. Насчет гонораров он вообще был прижимист. Заказчики считали его скупцом, называли его порой "живоглотом", гадали, зачем ему такие суммы, если он живет бедно и одиноко, не тратясь ни на какие радости жизни. Но платили всегда столько, сколько он называл, не торгуясь, что бы они потом ни думали и ни говорили о нем у него за спиной. Он приучил! Наверно, деньги нравились ему потому же, почему нравилась смерть, которую он почти ежедневно держал в руках: они тоже даровали ощущение высшей власти. Он мог бы купить все что угодно - включая самые роскошные вина, любовь самых роскошных женщин - но его это, можно ещё раз повторить, не интересовало. Его раздражали идиоты, которые растрачивали и разбазаривали свою жизнь на все эти пакости, и с тем большим удовольствием он сеял смерть среди этих недоумков.
Он снял очки, потом опять надел, заметив какое-то движение в углу. Это с потолка спускался паук, суча из брюха свою паутинку - этакий крохотный альпинист. Человек поглядел на паука, подмигнул ему.
- Письмецо несешь? - голос у него был из тех подсевших голосов, которые и повысить невозможно, даже если очень захочется - из-за то ли изношенности, то ли особого устройства голосовых связок. Спокойно звучал этот голос, не окрашенный никакими эмоциями, спокойно и равнодушно. - Или добрую весть? Или гостей ждать велишь? Что ж, гости скоро будут - хорошие гости. Порадуют нас с тобой, так? Впрочем, для тебя главная радость - когда муха запутается в твоей паутине. А я ведь тоже... свою паутину плету. Мы с тобой понимаем друг друга, так?
В этом взрывник был очень похож на многих одиноких людей - избегая и сторонясь себе подобных и разговоров с ними, они с удовольствием могут разговаривать сами с собой, с предметом мебели, с пауком, с бьющейся о стекло бабочкой.
Паук, ничего не ответив, продолжал свой спуск. Взрывник усмехнулся и покачал головой.
Возле его калитки послышался автомобильный гудок, тут же залаяла собака, загремев длинной цепью. Взрывник выглянул в окно.
- Приехали, - сообщил он пауку. - Серьезные люди. Взять не какую-нибудь расхожую игрушку, а за пятнадцать тысяч баксов - это тебе не хухры-мухры. Что ж, нам же лучше.
И он пошел открывать.
Жихарь предусмотрительно ждал за калиткой, не суясь на клыки здоровому псу. Взрывник кликнул пса, посадил на цепь, Жихарь вошел в калитку.
- Готово? - спросил он, и сам, рассмеявшись, махнул рукой. - Прости, Наум. Знаю, что у тебя всегда все готово в срок. Просто работа предстоит подковыристая, вот и дергаюсь.
- А ты не дергайся, - с хмурой ехидцей посоветовал взрывник. - Не кукла, чай, чтоб на ниточках дрыпаться. А то от лишних дрыганий ниточки оборвутся - и куклу в печь. Ну, в ящик, в крайнем случае. Только куклу из ящика достать можно, а человека уже нет, не достанешь... - пока взрывник говорил это, они прошли в дом. Взрывник кивнул на стол. - Вот. Вещица компактная, где угодно спрятать можно, а разнесет все на пятьдесят метров, как ты и просил. Сработает без подвоха. Радиус действия дистанционного управления - до двух километров. Хватит тебе?
- Хватит, - кивнул Жихарь. - Там не больше полутора километров, от точки до точки... - он вынул несколько пачек долларов и выложил на стол. Вот. Пятнадцать тысяч, как договаривались.
- Порядок, - сказал взрывник, составляя пачки одну на одну.
- Пересчитывать не будешь?
- Нет. Чай, не первый день знакомы... Видно, крупную птицу долбануть собираешься, раз заказчики так расщедрились.
- Очень крупную, - согласился Жихарь. - Тут надо, как говорится, без сучка и задоринки. Я, правда, интересный путь отхода придумал...
- Смотри, не переусердствуй. Где тонко, там и рвется.
- У меня не порвется. Сейчас главное - мальца подходящего найти.
- Чтобы на щенячьи выходки все списать? Ой, смотри, Жихарь, не связывался бы ты с мальцами.
- Да что он сделает... мертвый? - ухмыльнулся Жихарь.
- Да что угодно. Пацанам знакомым что-нибудь сболтнет, перед тем, как отвлечься. Малец не мужик, у него такая дурь в голове вертится... Пуберантный период, понимаешь?
- Чего-чего? - переспросил Жихарь.
- Ну, период полового созревания, когда им что-то новое и непонятное яйца крутит, а ум за разум заходит. Такое могут отмочить, что охнешь.
- Ну, у меня план хитрый...
- Да не рассказывай ты мне о своем плане. Мне его нет никакого интереса знать. Я свое дело сделал - и довольно.
- И хорошо сделал, - сказал Жихарь. - Одного не пойму, зачем тебе столько денег. Живешь у себя в глуши, особняк не возводишь, на баб не заглядываешься... У тебя, небось, яйца не крутило, даже когда ты мальцом был?
- Не крутило, - спокойно согласился взрывник.
- И неужели никогда не хотелось, не влекло тебя?
- Ну... - Взрывник пожал плечами. - Врать не буду, но так не помню, чтобы глаз западал.
- И не думал о том, чтобы кто-нибудь рядом был? Чтобы не помирать в одиночестве?
- Нет. От женщин расход один. Нервы и хлопоты. Да ещё неприятности. Подкатывала тут одна. Банкирша, понимаешь, - губы взрывника скривились в издевательской улыбке. - Вроде, деловая, а послушал, чего она хочет и как... Тьфу! С такой и влипнуть недолго, сама попадется в два счета, и в два счета же тебя заложит. Я перед ней вообще сделал вид, что она адресом ошиблась и за другого меня принимает. Нет, женщин и деньги разводить надо, а то... - он покачал головой, подбирая выражение поточнее. - Такую свинью подложат, что век из-под неё не вылезешь.
- Что девки за деньги - это и накладно, и ненадежно, кто ж спорит, заметил Его собеседник. - Но ведь иногда въедет в тебя девка и по любви...
- Ну, это ещё неизвестно, от кого больше горя нахлебаешься, - возразил хозяин, - от тех, кто за деньги или от тех, кто по любви.
- Ну, так ведь и деньги в могилу не унесешь! - попробовал подначить Жихарь. - Если оставлять некому, то хоть пожил бы в радость.
- А я радуюсь тому, что они у меня есть, - сказал взрывник.
И сказал это так, что Жихарь больше не задавал вопросов. Только поглядел на взрывное устройство на краю стола и задумался. Видно, о своем "хитром плане", который взрывник осудил, даже подробности выслушать не пожелав.
4
В двери квартиры что-то звякнуло и зацарапало, дверь открылась. Темная фигура проникла в прихожую, порылась в наплечной сумке. Щелчок - и лучик фонарика скользнул по темному пустому помещению. В свете фонаря стало видно, что человек, в пустую, ещё не обставленную, квартиру - совсем молодой парнишка. Скорее подросток, чем юноша, и скорей старшеклассник, чем студент. Светя фонариком в пол, он прошел в одну из комнат, подошел к окну. За окном темнела огромная труба, сейчас не дымившая. Паренек, облокотясь о подоконник, поглядел вниз. Кирпичная постройка, из которой поднималась труба, сейчас тоже была различима лишь неясными очертаниями - этакое смазанное неровное пятно посреди мерцающего снега. Снег мерцал и отсвечивал даже на пространстве, где не было фонарей: последний фонарь горел над воротами ограды, примыкавшей к постройке, а дальше тянулось не освещенное поле. Паренек вытащил из наплечной сумки большой полевой бинокль, поднес его к глазам, повертел колесико настройки, стал пристально вглядываться в темноту и тишь за окном. Видно, и в этой тьме он различал нечто очень важное для себя - вся его поза говорила о возрастающем напряжении.
Положив бинокль, он теперь глядел во тьму невооруженным глазом. Его пальцы машинально барабанили по подоконнику, выбивая знаменитый бразильский ритм из кинофильма "Генералы песчаных карьеров", потом паренек замурлыкал мелодию себе под нос и, забывшись, пропел два раза подряд про то, что "... если б мне хоть раз набраться сил, вы дали б мне за все ответ". Возможно, его самого смущало, что силенок у него недостаточно, и терзали его подростковые комплексы, что он никогда не возмужает и не заматереет. Вот тут он ошибался. Долговязый, с узкими плечами, с худой шеей - этакий немного смешной гусенок - он был из тех, кто на самом деле стоит на пороге быстрого, почти стремительного, возмужания, когда буквально за несколько месяцев крепнет каждый мускул, плечи раздаются, гусенок превращается в орленка, с хищной уверенностью поглядывающего вокруг. Такие пареньки нравятся и девочкам, и взрослым женщинам - постороннему эта привлекательность может показаться странной, но, если вдуматься, в ней нет ничего удивительно. Женщин притягивает это магнитное поле готовой расцвести и проявиться силы, хотя многие женщины этого не осознают и объясняют свое влечение тем, что такие нескладные пареньки будят в них защитный материнский инстинкт, стремление взять их под свое крылышко... Но все совсем наоборот: безошибочным инстинктом женщины угадывают, что это они найдут лучшую защиту под мощным крылом такого паренька, когда его крылья окончательно разовьются и окрепнут. Приблизительно таким "нескладенышем", которому надо только помочь осознать заряд его мужской силы, Байрон изобразил своего Дон Жуана в главах о его детстве. Что ж, Байрон был прав: потенциал Дон Жуана стал бы различим в этом закомплексованном тинэйджере всякому, умеющему видеть и понимать.
Оторвавшись от окна, паренек посветил фонариком по стенам комнаты, потом пошел в другую. Он явно что-то искал - но что можно было найти в совершенно пустой, не обжитой квартире. Совершая обход, он потрогал батареи. Батареи работали. Он прошел на кухню, потом заглянул в ванную. В ванной он не побоялся зажечь свет - ведь этот свет невозможно было увидеть извне. Он пустил воду - вода потекла, и горячая, и холодная. Теперь, при свете, стало заметно, насколько он бледен - мертвенно, смертельно бледен... То есть, если бы было, кому замечать.
Впрочем, кажется, полуночный визит паренька в квартиру только-только сданного и не до конца заселенного дома - в квартиру, к которой он, совершенно очевидно, не имел никакого отношения - не остался незамеченным. Входная дверь тихо открылась - настолько тихо, что паренек вряд ли бы что-нибудь расслышал, даже если бы вода в ванной не шумела. В дверном проеме на секунду возник силуэт большого грузного мужика - именно силуэт, в коридоре было включено освещение, и черты мужика, входившего во мрак против яркого света, невозможно было разглядеть. Дверь так же тихо затворилась. Мужик прислушался к шуму воды, удовлетворенно кивнул сам себе. Подкрался к приоткрытой двери ванной, заглянул в щелочку. Теперь, когда лицо его озарилось вертикальной полоской света, можно было разобрать, кто он такой это был Жихарь.
Мальчишка закрыл краны, поглядел на воду, собравшуюся в ванной. Попробовал её пальцем, отдернул руку - вода была горячей. Он улыбнулся отрешенной улыбкой - той улыбкой, что возникает из пустоты и в пустоте растворяется, улыбкой, в которой нет радости, нет грусти, нет вообще никаких эмоций, которая больше похожа на машинальное движение губ, чем на живое отражение внутренней жизни человека. Закатав рукава, паренек поглядел на свои запястья, задумчиво потрогал их. Потом выдернул затычку, вода стала быстро уходить, образуя водоворотики над стоком. Он глядел, как утекает вода, периодически переводя взгляд на свои руки. Вытащил карманный ножик, открыл, провел ножиком по одному запястью, потом по другому, словно примеряясь, как это будет, когда он чиркнет с настоящей силой, опять улыбнулся - нехорошей улыбкой человека, рвущегося поиграться со смертью, и при этом ещё не очень представляющего, что такое смерть.
Жихарь присвистнул, и паренек шарахнулся в дальний угол, уткнулся спиной в раковину.
- Здорово! - сказал Жихарь, открывая дверь. - Я-то решил сперва, что ты из тех молодцов, которые сантехнику прут из незаселенных квартир, а ты, оказывается, вон что задумал. С чего тебе так жить надоело?
- Я... - паренек судорожно искал слова, но не мог найти.
- Ладненько, потолкуем, - усмехнулся Жихарь. - Во-первых, как тебя звать?
- Стас, - сказал паренек, во все глаза глядя на незнакомого - и, по виду, очень крутого, мужика.
- Что ж, Стас, может, и хорошо, что ты такой - не из воришек, а из этих, кому жизнь не мила. Думаю, мы с тобой ещё лучше договоримся. Рассказывай, что тебя достало. Как на духу, понятно? Я - тот, кто может тебе помочь.
5
Дым, поднимавшийся из высокой трубы в ясное морозное небо, был нежно розов в лучах утреннего солнца; только зимой, когда солнце ходит низко, за несколько часов проделывая свой путь над землей, а его свет по-особому преломляется в прочищенном, почти продраенном, морозцем воздухе, можно увидеть такие нежные розовые оттенки дыма и тумана. В другие времена года они бывают и грубее, и ярче, иногда в них больше великолепного золота, но этой ласковой нежности не увидишь никогда. Правда, порой за этой нежностью мерещится что-то ледяное и жестокое, будто эта нечаянная ласка, проявленная дымом - ласка Снежной Королевы, способной убить своим поцелуем.
Видно, приблизительно об этом подумала Вика, смотревшая, задрав голову, на клубы розового дыма, достигающие небес.
- Как странно... И страшно, - она приложила руку козырьком ко лбу и прищурилась. - Знаешь, на что похож этот дым? На обнаженную красавицу, которую видишь словно сквозь туман, или сквозь пелену брызг... Ну, как это в кино любят делать, когда красивая девушка моется под душем, ещё задернув полупрозрачную занавеску, а в это время к ней подкрадывается маньяк с ножом...
Ее спутник, Стасик - тот, который успел побывать в этом же доме ночью и столкнулся с Жихарем - нервно хмыкнул.
Стасик и Вика были приблизительно одного возраста - и рядом друг с другом смотрелись как "классические", то есть, вполне соответствующие расхожим представлениям о них, современные тинэйджеры.
- Ну, ты скажешь? Особенно про маньяка!
- Извини... - девушка невольно поежилась. - Но ведь и правда... И оттого особенно жутко... Я имею в виду, потому что знаешь, откуда берется этот дым. Будто...
- Будто что?
- Будто они на какой-то миг вновь обретают тело, и силятся что-то сказать, что-то сделать...
- Да ну тебя! - Стасик начал сердиться. - Напридумываешь такого, что мурашки по коже! Пойдем! Ты ведь хотела увидеть, да?
Вика поглядела на дом за покосившимся забором, некогда возведенном строителями вокруг стройплощадки.
- Ты уверен, что все будет в порядке?
- Разумеется! Я ещё вчера все проверил! И самый кайф, что отопление уже включено - не замерзнем!
- А если попадемся?.. - девушка переминалась в нерешительности.
- Отбрешемся! Да никто нас и не заметит. Сторож водку хлещет, чего ему? Дом-то уже сдан и начал заселяться. Жильцы друг друга не знают. Примут нас за въезжающих, в крайнем случае. Не боись, все просчитано!
- А как мы попадем в квартиру?
- Увидишь! Пошли, а то пропустим самое интересное!
Вика ещё колебалась, но Стасик уже направился к дальнему подъезду большого высотного дома за остатками строительного забора, и она в конце концов последовала за ним.
- Придется подниматься пешком, - предупредил он, когда они вошли в подъезд. - На всякий случай, не стоит рисковать столкнуться с кем-нибудь в лифте. Вдруг начнутся ненужные вопросы?
- И высоко?
- На одиннадцатый этаж. В этом подъезде этажи с девятого под двенадцатый ещё вообще не заселены, так что нормально... На тринадцатом две семьи, но они нас не прочухают.
- Я вижу, ты здорово все разведал, - сказала девушка, поднимаясь по лестницам вслед за ним. Она остановилась на секунду, перевела дух, скинула капюшон дубленки, размотала шарф. - Фу, уже жарко становится! А ведь ещё только четвертый этаж!
- Ничего! - усмехнулся Стасик. - Спускаться вниз будет намного легче!
Они поднялись на лестничную клетку одиннадцатого этажа, и Стасик уверенно направился к нужной двери.
- Вот сюда! Квартира выходит как раз на ту сторону, и дверь, как я поглядел, на фиговом замке! Сейчас, одну секунду! У меня все с ночи готово.
Он достал из наплечной сумки отвертку, плоскогубцы, ещё кой-какой инструмент и несколько минут провозился с замком.

Зола - Биргер Алексей -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Зола на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Зола автора Биргер Алексей придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Зола своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Биргер Алексей - Зола.
Возможно, что после прочтения книги Зола вы захотите почитать и другие книги Биргер Алексей. Посмотрите на страницу писателя Биргер Алексей - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Зола, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Биргер Алексей, написавшего книгу Зола, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Зола; Биргер Алексей, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...