А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Кук Линда

Серебряный ветер


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Серебряный ветер автора, которого зовут Кук Линда. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Серебряный ветер в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Кук Линда - Серебряный ветер без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Серебряный ветер = 223.7 KB

Серебряный ветер - Кук Линда -> скачать бесплатно электронную книгу



OCR Roland; SpellCheck Ольга
«Серебряный ветер»: АСТ; Москва; 2003
ISBN 5-17-018405-0
Оригинал: Linda Cook, “Silver Wind”
Перевод: Я. Е. Царькова
Аннотация
Мужчина, утративший земли и свободу, и женщина, вынужденная спасать свою жизнь ценой лжи и предательства… Что могло выйти из брака злейшего врага короля, сэра Симона Тэлброка, и королевской «шпионки поневоле» — валлийской красавицы Аделнны?
Смертный приговор для Симона — и вечное горе для Аделнны? Или нежданное счастье подлинной любви? Счастье неудержимой и властной СТРАСТИ, сметающей на своем пути любые преграды?..
Линда Кук
Серебряный ветер
Если нам суждено расстаться, дай мне этот час.
Глава 1
Графство Кент
Начало октября 1190 года
Матильда не присутствовала при расторжении помолвки, братья отослали ее прочь из нижнего зала незадолго до прибытия Симона. Но она могла наблюдать за происходящим и слышать все, что говорилось, — Симон, взглянув наверх, заметил, как на повороте лестницы мелькнул ярким сполохом подол ее платья, и тут же опустил взгляд.
— Тебе придется отказаться от нее, — повторил Юстас Ботвилл.
— Ничего другого мне не остается, — согласился Симон. Солнечный луч проник сквозь бойницу, скользнул по обитой тесом стене и упал на щит с гербом, украшавший боевое знамя ныне покойного отца девушки, Юдо Ботвилла. В ответ щит засверкал.
— Ну вот мы и пришли к соглашению, — со вздохом заключил Юстас. — Так уж суждено. Если бы она отправилась с тобой в изгнание…
Откуда-то сверху донесся испуганный возглас. Симон поднял глаза и увидел бледное девичье лицо — свет падал на нее из застекленного башенного окна; Ботвиллы могли позволить себе такую роскошь. Симон сумел даже разглядеть ужас в глазах девушки. Когда велись переговоры о помолвке, в те, теперь далекие и счастливые времена, он как-то не замечал, что у его невесты маленький скошенный подбородок, как у кролика.
Братья ждали, и он не собирался их разочаровывать.
— На вашем месте я поступил бы точно так же, — сказал Симон. — Я не настолько эгоистичен, чтобы заставлять ее делить судьбу изгнанника.
Юстас облегченно вздохнул, Симону даже показалось, что сверху донесся благодарный возглас. Расторгнуть помолвку с Матильдой Ботвилл не составляло труда, разрыв с предназначавшейся ему в жены превратился в пустую формальность. Расставание же с другими людьми, привычками, вещами и местами дались Симону необычайно тяжело. Последние двое суток он в основном прощался со всем, что было ему дорого.
Симон нахмурился:
— Я хочу, чтобы Матильда узнала о том, как я переживаю, что сожалею о том, что потерял ее. Если бы не свалившаяся на меня беда, я бы почел за честь взять ее в жены.
— Если однажды… — Юстас Ботвилл осекся, заметив хмурый взгляд брата.
— Прощения мне, возможно, не дождаться никогда, — с суровой непреклонностью отозвался Симон.
— Черт их всех дери, — в сердцах тихо пробормотал Юстас и махнул рукой, жестом давая понять, что сожалеет о свалившемся на Симона несчастье, не приближаясь, однако, к несостоявшемуся родственнику. Он предпочитал держаться от Симона на расстоянии вытянутой шпаги.
Симон перехватил взгляд Рональда Ботвилла, направленный в дальний конец зала, туда, где в тишине вдоль стен стояли стражники. Солнце клонилось к закату, окрашивая зал в малиновые тона, сквозь открытую дверь тянуло холодом.
Пора было уходить, не дожидаясь темноты, не принуждая братьев Ботвилл отказать ему в ночлеге. До того, как страх заставит их прибегнуть к насилию.
— Передайте ей мое «прости» и выдавайте за другого. — Симон в последний раз взглянул наверх и заметил, что девушки тамуже нет. В одиночествеон направился к двери.
— Где…
— Как…
Под сводами замка, в перекрестье почерневших от сажи балок, поддерживавших свод, отразилось многократное эхо. Симон остановился и обернулся к родственникам Матильды.
— Я отправляюсь в Уэльс, буду служить Маршаллу в горах, дабы хранить мир. Я не могу рассказать тебе о том, что произошло, — увидев в глазах Рональда немой вопрос, сказал Симон.
— Как мог ты, ты — тот, кого я считал порядочным человеком, войти в аббатство с обнаженным мечом и…
— Оставь, Рональд. — В наступившей тишине отчетливо слышались голоса погонщиков со склонов окрестных холмов. — Скоро стемнеет. Мне нужно проделать немалый путь до наступления ночи.
Конюх стоял все там же, у ворот. Он все еще держал под уздцы коня Симона. Он не стал отводить жеребца на конюшню. Ему не пришлось объяснять, что лорд Тэлброк не станет искать приюта под этой крышей. Все обитатели замка, до последнего смерда, знали, что Симон Тэлброк в опале и только богатство и заслуги его предков спасли безумца от отлучения.
Даже сам дьявол не мог бы добыть для Тэлброка место у очага в замке Ботвиллов этой ночью.
Савар ждал за рекой, сидя на нижней ветке громадного, скрученного от времени дуба, росшего как раз напротив брода.
— Дело сделано? — спросил он, поднимаясь. Симон кивнул.
Савар оседлал своего коня, и они повернули к югу.
— Не будет беды, если мы в последний раз полюбуемся на эти места. Двинемся по вершине холма, над аббатством.
Дорога вела к Мейдстону кратчайшим путем, тогда как самая удобная тропа, которая не просматривалась ни из аббатства, ни из сторожевой башни Тэлброка, вела к цели кружным путем. Симон одобрительно кивнул.
В последний раз ехали они по гребню холма. Окрестный лес тонул в золотистой дымке. Снизу, из кухонь аббатства, в холодное безоблачное небо поднимался ароматный дымок. В воздухе угадывался запах прелых яблок из монастырского сада.
— Здесь безопасно, — сказал Савар.
— Маршалл обещал, что над могилой не будет надругательства, — с трудом оторвав взгляд от стен Тэлброка, сказал Симон.
— К тому же аббату оставлено достаточно золота, чтобы он держал слово и молился за нашего батюшку.
Симон положил руку на плечо Савара:
— Довольно, брат, не будем о прошлом. Скоро мы встретимся с солдатами Маршалла, и в путь — до места назначения.
Савар вздохнул:
— Старый Гарольд уже ждет там. Сказал, что твои доспехи заржавеют от сырости, если его не будет рядом с тобой в Уэльсе, чтобы за ними присматривать. Я бы поехал с вами обоими…
Симон улыбнулся брату:
— Иди своим путем, Савар, как тебе приказал Маршалл. Настанут лучшие времена, и мы вновь встретимся в Тэлброке. — Симон обернулся, прощаясь со своими владениями.
— Когда Богу будет угодно избавить землю от Лонгчемпа и его сподручных, мы все вернем.
— Верно. И если Господу понадобятся хороший меч и крепкая рука для исполнения его воли…
— Ты не станешь предлагать свою. Мы поклялись и клятву не нарушим. Мы не обманем доверия Маршалла.
Савар пожал плечами:
— А что он дал тебе в обмен на клятву? Ты потерял землю, богатую наследницу… — Савар обернулся в седле. — Скажи мне, Симон, тебе горько было расставаться с Матильдой Ботвилл? Ты в душе сожалеешь об этом? Или хотя бы о ее приданом?
— Нет, — покачав головой, ответил Симон.
— Ты улыбаешься? Разговор с Ботвиллами получился таким забавным? Симон, временами мне кажется, что ты не в себе. Смеяться в сложившихся обстоятельствах может только безумец.
— Нет, брат, ничего смешного там не было, но когда я покидал замок Ботвиллов, я увидел…
— Кого же ты увидел? Симон широко улыбнулся:
— Кролика. И после этого я с невероятной легкостью расстался с невестой и ее приданым.
— Ты точно повредился рассудком от всех напастей, что посыпались на нас. Прошу тебя, постарайся забыть о Ботвиллах и кроликах к тому времени, как мы подъедем к месту встречи.
Братья повернули на запад. Солнце почти скрылось за горизонтом, сырой ветер дул им в спины, предвещая дождь. Уильям Маршалл должен был поджидать их где-то впереди на дороге в Мейдстон, там был разбит походный лагерь, нигде более братья Тэлброк не рассчитывали получить убежище этой ночью.
Нормандия
Конец октября 1190 года
Заложнице, юной леди, к которой все пять лет, что она прожила в Нормандии, относились неплохо, нежданный приезд королевского советника не сулил ничего хорошего. Встреча с Уильямом Лонгчемпом, епископом Или и канцлером Ричарда Плантагенета, вряд ли могла кого-нибудь обрадовать. Этот человек был наделен властью даровать жизнь или нести смерть. Аделина, дочь мятежного валлийского вождя Кардока, была наслышана о безжалостном и амбициозном канцлере, и ей оставалось лишь молиться о том, чтобы ее отец не перешел дорогу баловню короля.
Опекуны Аделины не ожидали прибытия королевского эмиссара, а слуги — конюхи и кухарки, от которых дочь непокорного валлийца узнавала о том, кем приходятся королю бесчисленные гонцы, зачастившие последнее время к леди Мод — времена наступили неспокойные, — не узнали в худом горбатом всаднике в заляпанном грязью плаще, которого сопровождали два десятка солдат, канцлера королевства.
Только когда леди Мод пригласила Аделину в комнату на верхнем этаже замка, она узнала, что ей предстоит немедленно встретиться и переговорить с канцлером короля Ричарда. Леди Мод выслала служанок из комнаты и сама последовала за ними, оставив Аделину наедине с угрюмым, закутанным в плащ человеком, представившимся Уильямом Лонгчемпом.
Вуаль леди Мод так и осталась лежать на скамье, рядом валялось скомканное рукоделие (салфетке предстояло украсить алтарь часовни) — так торопилась она освободить место для канцлера. За скамьей стоял наспех сдвинутый ткацкий станок, челнок из полированной кости свисал с незаконченного шерстяного полотна, медленно вращаясь на сквозняке.
В комнате пахло розами и сухой лавандой, но за этими знакомыми запахами различались другие — влажной шерсти и горячего сургуча. С вычурных ботинок канцлера на камышовый настил стекала грязь.
Бесцветные глаза канцлера скользнули по лицу Аделины.
— Ты должна понять, дитя мое, — проговорил Лонгчемп, уставившись девушке в глаза, — что поступать вопреки моей воле — это все равно что действовать против короля. Любое насилие, примененное к канцлеру королевства, рассматривается как измена королю. — Лонгчемп сложил длинные узкие ладони на коленях. — Измена — и никак иначе, коротко и ясно.
Аделина сделала над собой усилие: она знала, что голос ее должен звучать тихо и нежно, она умела быть послушной.
— Разве мой отец…
Лонгчемп брезгливо скривил рот. Она посмела заговорить без разрешения. Аделина опустила глаза — девушка порядком устала от прищуренного взгляда из-под нависших черных бровей и принялась изучать обувь канцлера. Она вежливо молчала. Лонгчемп выдержал паузу.
— Нет, — проскрежетал он наконец. — Твой отец, при том, что он весьма легкомысленно позволяет разбойникам хозяйничать у своих границ, еще не превратился в предателя.
Аделина старалась не дрожать, видя, как канцлер поднимается и направляется к ней. Узкая холодная ладонь скользнула по девичьей щеке и замерла там, где на шее бился пульс.
— Твой отец остается нам верен, — чуть слышным шепотом выдохнул канцлер, — только чтобы спасти эту маленькую шейку от виселицы. Он видел, что бывает с заложниками Плантагенета, когда их родственники отступаются от него.
Тошнота, а не страх — вот что едва не лишило Аделину самообладания. Сколько бы былей и небылиц ни слышала она о новом канцлере короля, ни одна из них не подготовила ее к тому омерзению, которое она испытала от прикосновения Лонгчемпа.
Пальцы епископа Или разжались. Аделина подняла взгляд. Канцлер вновь уселся на скамью, он смотрел на нее выжидательно и вкрадчиво. Руки его — такие непередаваемо противные на ощупь — мирно лежали на коленях, укрытых складками плаща.
— А теперь, дитя мое, ты можешь говорить.
Страх сдавил ей горло. Она со свистом вдохнула воздух. Раз, потом еще.
— Разве я… Господин епископ полагает, что я его оскорбила?
Епископ растянул рот в улыбке. Аделина заметила, что заостренный, резко выступающий подбородок покрывает неприятная клочковатая растительность.
— Мне ничего не известно об оскорблениях. Может, на твоей совести все же что-то есть? Тогда расскажи, облегчи душу.
Аделина подняла голову и пристально посмотрела канцлеру в глаза. Она хотела уловить хотя бы намек на ту цель, с которой канцлер вел с ней эту игру, сильно напоминавшую игру в кошки-мышки.
— Я верная подданная короля Ричарда и с почтением отношусь к вам, господин епископ, как к канцлеру моего короля. Верность моего отца короне является и являлась вполне очевидной и за пять прошедших лет ни разу не подвергалась сомнениям.
— Еще до прихода зимы у твоего отца может возникнуть искушение пойти против меня.
Аделина стойко выдержала взгляд канцлера.
— Не могу себе этого представить, мой господин. Лонгчемп сел на скамью и поплотнее запахнул плащ.
— На земли Кардока изгнан предатель — охранять крепость Маршалла, что высится над долиной.
Аделина и бровью не повела, хотя заявление канцлера обескуражило ее. Как мог предатель избежать праведного суда короля и выжить? К тому же как могли вверить предателю нормандскую крепость и гарнизон солдат в придачу? Почему Уильям Маршалл принял к себе на службу бесчестного человека? Ни один изменник, какого бы знатного рода он ни был, не мог обладать тем, что имел человек, о котором рассказывал канцлер.
Глаза епископа Или сузились. Аделина высказала в ответ именно то, что канцлер хотел услышать.
— Мой отец ни за что не станет поддерживать этого человека. Он не ведет дел с изменниками.
Канцлер растянул губы в улыбке. Глаза продолжали смотреть на Аделину с холодным прищуром.
— Конечно, он будет сопротивляться, дитя мое, но помощь ему все равно понадобится. — Лонгчемп наклонился вперед. — А мне нужно знать, если Тэлброк надумает ополчиться против меня.
Аделина впервые за все время разговора испытала приятное чувство. Предатель, о котором шла речь, должно быть, необычайно сильно напугал Лонгчемпа.
— Вы хотите, чтобы я посылала письма отцу, а затем отсылала вам новости о планах предателя?
— А ты умеешь писать? Аделина кивнула.
— Ты ничего не станешь сообщать о наших делах и никому ничего не расскажешь о нашем разговоре. Я отправлю туда своего человека. Он выслушает тебя и передаст нужные сведения мне.
— Тогда как?..
Канцлер встал, прошел к столу леди Мод и уставился на собственное отражение в зеркале из полированной бронзы. Задумчиво почесывая клочковатую бороду, он поманил Аделину пальцем.
— Переговоры относительно твоей помолвки с молодым Неверсом необходимо прервать.
Аделина уже успела забыть о том, что ее опекуны говорили о свадьбе. Вспомнив рябую физиономию и безусый толстогубый рот жениха, она едва не улыбнулась — Аделина не жалела о том, что свадьба не состоится.
— Мы отправим Неверса домой с полным кошельком золотых, дабы подсластить пилюлю, а затем ты вернешься к отцу.
Домой!
Итак, ей предстояло вернуться домой. Лицо Лонгчемпа поплыло у нее перед глазами. Скоро она вернется домой…
Канцлер наблюдал за ее тщетными усилиями сдержать слезы.
— Грехи твоего отца не принесут ему больших скорбей, и ты сможешь остаться с ним столько, сколько он захочет. Все в обмен на твое обещание посылать мне известия о действиях Симона Тэлброка и о положении дел как у нормандцев, так и у валлийцев. Ты предупредишь меня, если он задумает что-то против меня или короля.
Свобода! Лонгчемп предлагал ей свободу…
— Подойди поближе, — прошептал канцлер.
Он выпростал руку из плаща — словно змея сделала бросок, чтобы ужалить.
— Я знаю, о чем ты подумала. Ты полагаешь, что получаешь свободу за бесценок? Помни, Симону Тэлброку она стоила всего его состояния. Не обошлось здесь и без помощи дьявола. Тэлброк предатель, он убил священника. Убийца священника остался безнаказанным лишь по недомыслию Маршалла.
Аделина хранила молчание, пережидая, пока канцлер изольет свою желчь. Его пальцы больно сжали ее предплечье.
— Симон Тэлброк воткнул меч в сердце священнослужителя, стоявшего перед алтарем в аббатстве Ходмершем. Он убил священника над могилами предков у гробницы собственного отца. Это не просто барон-повстанец, девочка моя, это порождение дьявола! За посланником сатаны ты будешь следить по моему наущению и предупредишь меня, если он станет сеять смуту на этой земле или учинит насилие над помазанниками Божьими. — Лонгчемп отпустил ее руку и принялся натягивать перчатки. — Свободу придется отрабатывать, дитя мое! Если ты подведешь меня, твоего отца проклянут и повесят на твоих глазах заодно с Симоном Тэлброком.
Леди Мод дала ей небольшой сундук и теплой одежды на дорогу и пообещала отправить с ней горничную и пятерых солдат для охраны. Путь предстоял неблизкий — до побережья и далее в Дувр. Аделина хоть и старалась разузнать у солдат, что сказал им Лонгчемп о цели путешествия и месте назначения, однако выяснить ей ничего не удалось. Все домочадцы хранили молчание относительно внезапного приезда гонца и столь же поспешного отъезда. Только грязь на камышовом настиле и запах расплавленного сургуча напоминали о странном визите. И еще страх. Страх, пропитавший все вокруг.
Глава 2
К последнему дню путешествия сильно похолодало, холмы оголились, черными глыбами возвышаясь на горизонте, ветер возвещал о приближении зимы. Солдаты Херефорда поутихли, пристально вглядываясь в даль, — предстояло ехать лесом, таившим в себе всевозможные неожиданности.
В лесу дорога сузилась до тропинки, стражники вытянулись в цепь, Аделина и Петронилла оказались посередине. Аделина обвела взглядом холмы, возвышавшиеся над лесом, но сердце ее молчало. Девушка не чувствовала, что возвращается домой.
Проход между деревьями был узок, ветер пронизывающе холоден, и с каждым порывом обледенелые ветки больно царапали лица всадников. Ветер ворошил полузамерзшие листья осин под обнаженными стволами. Валлийские разбойники могли преспокойно подобраться к ним незамеченными за шумом сухой листвы.
— Варварское местечко, — поеживаясь, заметила Петронилла. — Твой отец мог бы встретить нас и в Херефорде.
Аделина обернулась и кивнула. Петронилла могла бы и не ждать от нее ответа — с тех пор как они выехали из Херефорда, жалобы ее не прекращались ни на час. Обе женщины слышали, что говорили солдаты о Кардоке. Никто не стал бы по доброй воле выманивать из логова старого волка, предпочитавшего в последнее время охотиться неподалеку от своей долины.
Наконец в самой гуще леса ветер поутих. Аделина поплотнее закуталась в плащ. Лошадь ее нервничала, норовя вырваться вперед. Аделина улыбнулась, заметив, что маленький сверток, который она привязала к седлу, держался по-прежнему крепко.
— Если этот человек, Кардок, не узнает собственную дочь, когда подъедет к нам, что тогда будет? — прорезал тишину голос Петрониллы. — Аделина, выезжай вперед и не забудь откинуть капюшон с лица.
— Заткнись. Она поедет там, где ехала, — грубо откликнулся начальник охраны.
Петронилла понизила голос до срывающегося шепота. Непривычная к отсутствию внимания со стороны молодых мужчин, Петронилла узнала горькую правду о том, что путешествие с закаленными в боях воинами по чреватой опасностями дороге в варварском краю не похоже на веселое приключение.
Аделина выпрямилась в седле и закрыла глаза, стараясь представить лицо отца. После пяти лет разлуки узнает ли она родителя и, главное, узнает ли он свою столь долго отсутствовавшую дочь? Эта мысль не давала ей покоя. Но если встреча пройдет нормально, потом возникнет еще множество вопросов. И этого момента Аделина опасалась больше всего. За долгие бессонные ночи, проведенные в раздумьях, она так и не придумала, что будет отвечать отцу.
Сзади чихнула Петронилла.
— Неужели здесь негде остановиться, чтобы немного согреться?
— Только не здесь, — покачав головой, ответила Аделина.
— Неужто поблизости не найдется ни дома, ни хутора? Аделина махнула рукой в сторону голых холмов.
— Как видишь, места здесь безлюдные. — Она оглянулась, окинула Петрониллу сочувствующим взглядом и, вытащив из рукава шелковый платок, протянула девушке: — Возьми, у тебя глаза слезятся.
Петронилла промокнула слезящиеся глаза, высморкала нос и злобно покосилась на солдат.
— Солдаты леди Мод куда любезнее. Они бы давно нашли для нас укрытие. Не надо было позволять им покидать нас в Херефорде. Этот край необитаем, и мы заблудились.
Аделина задумчиво огляделась, потом вновь обернулась к Петронилле. Лицо сопровождающей свело от злобы. Солдат, находившийся неподалеку, закатил глаза.
— Эти люди знают дорогу, — сказала Аделина, кивнув на тех, кто ехал впереди. — Мы скоро приедем в долину, живые и невредимые.
— Живые и невредимые? Я рассталась с этой надеждой еще в море, а теперь, когда охраны леди Мод с нами больше нет, нам вообще не на что надеяться. Разве ты не видишь — мы пропали. Твой отец перебьет нас как перепелок раньше, чем мы его заметим.
— Мой отец не убивает путешественников. — Аделине хотелось в это верить.
— И все же, если ты поедешь вперед, так, чтобы твой отец мог тебя видеть…
Предложение Петрониллы не было услышано. Она тяжело вздохнула, недобрым словом поминая тот злосчастный день, когда, выполняя приказ леди Мод, отправилась провожать заложницу домой. Аделина искоса взглянула на несчастную.
— Если ты не хочешь оставаться до зимы, я отправлю тебя назад в Херефорд, — сказала Аделина. — Мой отец даст тебе серебра на проезд.
— Ехать одной? Я не хочу. — Петронилла поплотнее укуталась в плащ. — Мы слишком далеко заехали. Леди Мод и представления не имеет, как это далеко и как тут холодно. — Петронилла еще раз громко чихнула в подтверждение собственных слов.
Аделина вздохнула и, набрав в грудь побольше воздуха, подготовилась продолжить дискуссию. Разговор должен был поддержать бывшую горничную леди Мод, не дать ей окончательно раскиснуть в пути. Только так она могла помочь Петронилле сохранить присутствие духа. Разговор на одну и ту же, давно надоевшую тему, казалось, не прерывался с тех пор, как они высадились в Каене.
— Леди Мод щедро отблагодарит тебя весной, когда вернешься. Она сказала, что ты самая храбрая из ее служанок и самая практичная. Из всех домочадцев она выбрала именно тебя.
Петронилла презрительно поджала губы.
— Клянусь, у леди Мод были свои причины отправить меня с тобой.
— Какие? YI
— Тебя это не касается, Аделина.
Петронилла впервые намекнула на скандал в доме леди Мод еще в Каене и с тех пор постоянно напоминала об этом. Все это превратилось в ежедневный ритуал в течение трех долгих недель путешествия. Аделине даже понравилось собирать воедино мозаику из намеков и обрывков сплетен, которыми так гордилась Петронилла. Сегодня она почувствовала в намеках Петрониллы некий мрачный подтекст.
— Уверена, что леди Мод выбрала тебя из-за твоих особых достоинств, — продолжала Аделина.
Петронилла вскинула голову.
— Конечно, госпожа ведь должна была отправить какую-нибудь женщину тебя сопровождать, и первая, к кому она обратилась, была я.
— Спасибо, что согласилась, — сказала Аделина.
— Ты не могла одна отправиться в гнездо воров и разбойников, после того как почти шесть лет провела среди благородных людей. — Петронилла с опаской оглянулась. — Почему они не послали гонца к твоему отцу, чтобы он на нас не напал?
Солдаты помоложе, те, что оставались сзади, подъехали поближе.
— Женщина права, — сказал тот, что повыше. — Лучники Кардока стреляют без промаха.
Второй солдат рассмеялся:
— Тогда ты скачи вперед, чтобы сообщить старому разбойнику о том, что мы едем.
— Не стану я этого делать!
— Тогда заткнись и раскрой глаза пошире. Казалось, они вот-вот подерутся. Аделина глянула через плечо:
— Он увидит меня среди вас. И даже если отец меня не узнает, он не станет нападать на женщину. К тому же атаковать нормандцев он не станет в любом случае. Это будет расценено как измена, а Кардок держит слово, данное королю, и хранит мир. Судя по тому, что сказал Лонгчемп, отец действительно держит слово, по крайней мере держал до сих пор.
Стражники замолчали. Петронилла глубоко вздохнула, озвучив страхи самой Аделины. За пять лет, проведенных за границей в заложницах, из дома она получила всего два письма: одно от отца Катберта, священника, — тревожное послание, в котором тот просил сообщить подробности гибели в Нормандии матери Аделины, и немногословное поздравление с Рождеством, написанное тоже Катбертом, за подписью Кардока. Отец желал Аделине не отчаиваться среди вассалов Генриха Плантагенета. Нормандцы, говорил Аделине Кардок, родня ей по матери, и не станут причинять вред одной из своих.
Аделина снова и снова перечитывала последнее отцовское напутствие. Что имел в виду Кардок, призывая ее положиться на доброту нормандцев? Задумал ли он нарушить условия договора? Если да, то доброта предков ее матери — все, на что могла уповать Аделина. Страх не покидал ее, он постоянно омрачал ее общение с опекунами-нормандцами. Она ни на минуту не забывала о своем статусе заложницы. Любой гонец, любое послание вызывали страх. Она сжилась с ним, и помолвка с молодым Неверсом стала казаться ей спасением, несмотря на то что у юного нормандца не было ни гроша за душой. От Кардока из Уэльса она больше не получила ни одной весточки.
Всадники, ехавшие впереди, выбрались из леса, и перед ними вновь открылся вид на холмы, возвышавшиеся над верхушками деревьев.

Серебряный ветер - Кук Линда -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Серебряный ветер на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Серебряный ветер автора Кук Линда придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Серебряный ветер своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Кук Линда - Серебряный ветер.
Возможно, что после прочтения книги Серебряный ветер вы захотите почитать и другие книги Кук Линда. Посмотрите на страницу писателя Кук Линда - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Серебряный ветер, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Кук Линда, написавшего книгу Серебряный ветер, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Серебряный ветер; Кук Линда, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...